Искусство исследовать усадьбы. Дело №1-17 - Дмитрий Борисович Ойнас
Плодовый сад. При относительно непродолжительных сроках жизни плодовых деревьев трудно назвать плодовый сад стабильным ориентиром в комплексе усадьбы. Если даже садовые долгожители – яблони и груши – при самых благоприятных условиях южных губерний редко доживают до 200–220 лет[53] (в основном это 100–150 лет), то что же нам может помочь определить местоположение плодового сада и, что еще невероятнее, его планировку? Тем не менее и здесь мы можем обнаружить подсказки, если немного разберемся с историческими технологиями подготовки участка под посадку сада.
Для того чтобы уберечь плодовый сад от холодных ветров, его обсаживали живыми стенами. Это могли быть как древесные, так и кустарниковые насаждения. Достаточно часто для этого использовались хвойные – ель обыкновенная, например. Один из самых распространенных видов кустарниковых насаждений, применяемых в обсадке плодовых садов, – акация желтая, обыкновенная. Но могли быть также лещина, боярышники, черемуха в кустарниковой форме и даже сирень и клен татарский.
Чтобы живая стена не перекрывала солнечный свет в саду, ее иногда удерживали в стрижке на определенной высоте. Причем обсадка территории сада могла быть и со всех четырех сторон, но разной высоты. Северная сторона, как самая опасная, обсаживалась наиболее высокими насаждениями и наиболее плотно. При обсадке остальных сторон могли использовать более низкорослые насаждения или удерживать деревья в стрижке.
Территорию плодового сада достаточно часто оканавливали по периметру или только с тех сторон, которые лежали ниже по склону. В эту периметральную канаву сводили все поверхностные дрены[54], которые обеспечивали осушение территории сада. Это делалось особенно в тех местах, где грунтовые воды были достаточно близко к поверхности или верховые воды интенсивно подтапливали территорию. В саду или около него иногда выкапывали пруд, и он становился важным элементом этой гидротехнической системы, работавшей как на осушение территории сада, так и на его полив.
Технологические проезды и проходы в саду достаточно часто мостили, иногда кирпичным щебнем, а иногда просто просыпали крупнозернистым песком. Следы этого мощения легко обнаруживаются ранней весной или поздней осенью, или как только вы слегка приподнимете небольшой слой дерна.
Возьмем для примера усадьбу Чифировка, принадлежавшую семье М. Л. Толстого. Сегодня она, как и многие усадьбы, в совершенно разоренном состоянии, построек здесь не осталось, парк зарос и частично вырублен. Не сохранился и плодовый сад, хотя, как свидетельствуют документальные источники, он был весьма обширный и урожайный: около 1500 плодовых деревьев. И Михаил Толстой, и его соседи-помещики Лопухины в Хилково за рекой, и Бибиков в Спасском были знатными садоводами. Даже после революции сады давали большие доходы, так как сдавались новыми властями в аренду, причем часто бывшим же владельцам. Но сегодня о когда-то существовавших здесь обширных садах нам может поведать только рельеф.
Обширный участок, примыкающий к долине реки Уперты, изрезан многочисленными канавами, проложенными в определенном порядке. Это и есть следы подготовки поверхности почвы для посадки плодового сада. Такая основательная подготовка, как в Чифировке, характерна для мест, где близко к поверхности расположены грунтовые воды или территория подтапливается вешними верховыми водами. Подобную подготовку территории под плодовый сад можно встретить и в дореволюционных садовых руководствах. Поверхность разбивается на выпуклые гряды шириной в 2 сажени (это 4,26 м). Между ними выкапываются канавки глубиной от 1/4 до 1/6 сажени для оттока излишней влаги и внесения удобрений. В Чифировке хорошо видны и технологические проезды, также рекомендованные в саду. Деревья сажаются на гряды рядами, в зависимости от выбранного метода, парно или в шахматном порядке. Последовательность посадки в старых садах также иногда можно отследить. Из-за продолжительного ухода за яблонями поверхность между деревьями в ряду стаптывается, понижается, что дает возможность выявить точки посадки деревьев.
Интересный пример можно наблюдать в усадьбе Богимово. Здесь плодовый сад существовал, судя по всему, до 20-х годов XIX века. Затем владельцы решили перенести его, а на освободившемся месте развить структуры усадебного парка. Тем не менее при закладке новых парковых структур хозяева усадьбы не стали выравнивать поверхность почвы и потому хоть и сильно оплывшая, но все еще заметная нарезка боровков для сада сохраняется. Время этой замены достаточно легко определяется по возрасту выросших на этом месте парковых насаждений. В частности, липам мелколистным на момент исследования в 2006 году было порядка 180–190 лет.
В усадьбе Бахтимерово обширная территория сада не только разбита на боровки для посадки плодовых, она имеет сетку внутренних дорог, разбита на сектора, видимо, для разделения сортов яблонь, обладает развитой дренажной системой. По периметру сад окружен достаточно внушительной канавой и валом, а также довольно плотной липовой аллеей, защищающей сад от ветров.
Эти приемы касаются прежде всего хозяйственных, так называемых торговых садов, которые часто покрывали собой не одну десятину земли. Но были и другие сады, небольшие и, как правило, не утилитарные, которые в усадебной традиции рассматривали как символический образ Рая – своеобразный «личный Рай». Их сажали в виде небольшой рощи или аллеи недалеко от главного дома или где-то вблизи жилого ядра усадьбы. При их посадке, как правило, не производили такую интенсивную подготовку территории.
В каких-то случаях символическая идея и прагматический подход находили общий знаменатель. И тогда крупные пространства, засаженные плодовыми деревьями, окружали ядро усадебного ансамбля, обрамляли его. Таким образом жилище владельца символически как бы оказывалось в «Райском саду», как, например, в усадьбе Знаменское-Раек или в усадьбе Репец. В другом случае плодовый сад мог примыкать к храму, как в усадьбе Белкино, и к семейному кладбищу, и тогда, в «Райском саду» оказывались усопшие предки владельцев усадьбы. Или, как в усадьбе Воронино в Ярославской области, «Райский сад», располагаясь между главным домом и родовой усыпальницей, соединял два мира – мир живых и мир мертвых.
Планировочно и символически эти сады включались в декоративное и смысловое убранство придомового пространства усадьбы. С ними дело обстоит несколько сложнее, так как для них не делали такой интенсивной подготовки рельефа, как для торговых садов. Их планировка подчинялась логике семантической и композиционной организации придомового пространства. Как правило, в этих садиках росли не только яблони или вишни, но и многочисленные декоративные, цветочные кустарники – сирени, розы, спиреи и прочее. А вот они-то сохраняют свое местообитание дольше, чем плодовые. Они и могут выступить своеобразной подсказкой,
