Принц и квакерша - Виктория Холт

Мистер Фокс и леди Каролина отправились в Сомерсет в сопровождении сына, Чарльза Джеймса, а также герцога и герцогини Ричмонд. Сара была очень рада их видеть. Надо признать, она оказалась на редкость послушной больной и, пока Сьюзен была рядом и развлекала её беседами, почти не тяготилась своей недвижностью.

— Видишь, — сказала она Сьюзен, — какой важной персоной я стала.

День за днем она тщетно ждала визита Ньюбаттла, пока леди Каролина не сообщила ей с изрядной долей злорадства, что лорду Ньюбаттлу доложили о несчастном случае.

— И что же он сказал? Что предпринял?

— Принял известие с полнейшим хладнокровием, — ответила леди Каролина. — Его замечание, признаться, уже пересказывают шепотом при дворе.

— О? — На щеках Сары показались ямочки. — И что же это за слова?

— Всего лишь то, что беды в том нет никакой, ибо ноги твои и прежде были не бог весть какой красы.

— Я не верю!

— Полно, не волнуйся так. Пора бы тебе уже понять, что он за человек. Ему до тебя нет дела, он просто забавляется. Его чрезвычайно веселит, что ты оказалась такой дурочкой и едва не выбросила на ветер главный шанс в своей жизни… ради ничего.

Губы Сары задрожали. Как мог он быть столь жесток? Сначала даже не удосужился навестить её, потом не выказал ни капли сочувствия, когда она сломала ногу. Но бесчувственнее всего были эти злые слова о ней!

— Не будь глупой, — отрезала леди Каролина. — Ты вернешься в Лондон, как только нога позволит тебе путешествовать. И тогда, я надеюсь, ты покажешь королю, как польщена его вниманием.

Обсуждая это со Сьюзен, Сара признала правду в словах сестры. Георг был человеком куда более достойным — и к тому же королем. В характере Сары было то, что, едва решение за неё приняли обстоятельства, она с прежним пылом ухватилась за новую возможность. Теперь она вела себя так, будто выйти за Георга — предел её мечтаний.

Пока длилось выздоровление, они со Сьюзен долгими часами обсуждали, как упоительно быть королевой. И едва окрепнув, Сара вернулась в Лондон.

***

Был май. Как только Георг узнал о её возвращении, он пришел в крайнее возбуждение, и Бьют печально сообщил принцессе, что король ослеплен страстью сильнее прежнего.

Прослышав, что леди Сара собирается в театр — это был её первый выход после возвращения в дом зятя, — Георг объявил, что тоже намерен там быть. Все заметили, что он весь вечер смотрел на леди Сару, а не на сцену. Всеобщее внимание было приковано к ним. Становилось очевидным: Георг твердо решил на ней жениться.

В следующее воскресенье, когда она явилась на прием, король, едва завидев её, тотчас оказался рядом и не отходил ни на шаг до конца церемонии. Она разительно отличалась от той кокетки, что дерзко осадила его перед отъездом; теперь она улыбалась и всем видом показывала, как ей дорого его внимание. В таком расположении духа Сара была пленительнее, чем когда-либо, и придворные шептались, что они — на редкость красивая пара. «Скоро, — с тревогой думала принцесса Августа, — об этом узнают и на улицах. Народ будет приветствовать их ликованием, ведь ничто не обрадует толпу больше, чем женитьба короля на соотечественнице, да еще и англичанке. Такому союзу они будут рады куда больше, чем браку с немкой».

Вдовствующая принцесса была вне себя от беспокойства. Она вызвала свою старшую дочь Августу и велела ей сделать всё возможное, чтобы на любом приеме преграждать королю путь к Саре Леннокс. Августа младшая, девушка невысокая и вовсе не красавица, хотя и наделенная фамильной свежестью лица, светлыми волосами и голубыми глазами, втайне завидовала неоспоримой красоте Сары. Она не слишком любила мать, которая никогда не проявляла к дочери особого интереса — как, впрочем, и к остальным детям, сосредоточив всё внимание на Георге, — но Августа младшая обожала вмешиваться в придворные интриги. Это был отличный случай, и она решила приложить все силы, дабы расстроить планы брата.

Леди Бьют, которая в последнее время стала часто бывать при дворе — и её муж, и принцесса Августа согласились, что вечно прятать её в тени невозможно, — казалось, принимала связь супруга с принцессой без тени ревности. Она была достаточно мудра, чтобы понимать, какие выгоды сулит ей и её детям эта близость к королевской семье: ведь Бьюта обожала не только принцесса, но и сам король. В марте по воле монарха Бьют стал государственным секретарем, и его жена окончательно осознала, что глупо протестовать против чего бы то ни было, способствующего его возвышению. Посему она была верной союзницей принцессы и своего мужа и была готова исполнить свою роль, чтобы растоптать надежды девчонки Леннокс.

К делу привлекли и леди Сьюзен Стюарт, камеристку принцессы. Всем втроем им полагалось окружать леди Сару плотным кольцом, заслоняя её от короля: Георг был слишком хорошо воспитан, чтобы просто оттолкнуть их, если они встанут на его пути.

Слабое утешение, соглашалась принцесса, но всё же это было хоть что-то, а положение было столь отчаянным, что пренебрегать помощью не приходилось. Скоро должны были прийти вести из Германии, и тогда, надеялась Августа, короля удастся убедить исполнить свой долг.

***

Четвертого июня состоялся бал в честь дня рождения короля, на котором присутствовала и Сара. Поскольку её нога еще не совсем зажила, танцевать она не могла и была вынуждена весь вечер сидеть. Это дало королю возможность поговорить с ней, и «почетному караулу» дам было непросто ему помешать.

Сара явно наслаждалась ситуацией: она сидела в окружении гостей, затмевая своей красотой всех присутствующих, и постоянно ловила на себе обожающие взгляды короля. Она отвечала ему тем же — отчасти потому, что твердо решила стать королевой Англии, отчасти же назло своей «страже», чьи намерения видела насквозь.

При мысли о том, как пренебрежительно обошелся с ней лорд Ньюбаттл, она вскипала от ярости. «Одного этого довольно, — твердила она себе, — чтобы полюбить Георга, ведь он совсем другой». Она сидела, грезя о том, как станет королевой и как будет управлять им — в чем ни капли не сомневалась. Он будет добрым и верным мужем, всегда готовым угодить жене. Совсем не то что лорд Ньюбаттл!

Сестра короля, Августа младшая, подошла к ней в сопровождении леди Бьют и леди Сьюзен Стюарт. Как же это несносно! Они обступили её, закрывая от неё короля. Как