Три поколения железнодорожников - Хван Согён

нельзя было предугадать, когда Капитал нарушит их. Работодатели создавали марионеточные профсоюзы для ослабления и развала демократических профсоюзов, задействовали бандитов и власти для их физического уничтожения. Существует же саркастическое высказывание: «Договоренности существуют для того, чтобы их нарушать». Победили ли мы?

В обед две уволенные женщины, отвечавшие в приюте за готовку, принесли узелок с едой.

– Давно не виделись. А куда делись все остальные? – громко спросил с трубы Ли Чино, и одна из женщин, сложив ладони рупором, крикнула в ответ:

– Несколько человек пошли в полицейский участок. В профсоюзе готовятся к мероприятию.

Корзина спустилась и поднялась. Ли Чино поверить не мог, что это его последняя трапеза на трубе. Он залил рис бульоном из термоса. Потому что сегодня не смог бы запихать в себя сухомятку. И к тому же беспокоился о женщинах из приюта, ждавших внизу, пока он поест. Корзинка опустилась, женщины помахали Ли Чино и ушли. В час за ограждением раздался шум – вереницей подъехали автозаки. Этих так называемых «курятников» с решетками на окнах оказалось больше десяти. Они встали друг за другом вдоль ограждения ТЭЦ. Вышедшие из автобусов полицейские-срочники построились и по команде промаршировали через открытые для них главные ворота. Они были полностью экипированы для подавления митинга. Каждый из них был одет в толстый защитный костюм, имел на голове шлем с решетчатым забралом, в одной руке держал дубинку, а в другой – щит. Полицейские приблизились к трубе и окружили ее. Один отряд перекрыл проход к трубе от ворот, а второй – встал перед воротами и установил железные заграждения. Одетые в штатское люди с рациями, а также омоновцы в легкой форме и шлемах расположились за проходной. С лязгом медленно подъехал громоздкий кран. Омоновцы раздвинули заграждения и открыли ворота, кран миновал их и осторожно приблизился к трубе. Под конец появился похожий на командный автомобиль минивэн, и из него вышли несколько полицейских во главе со старшим инспектором. Они отправились на проходную.

Издалека зазвучал рокот мегафона, послышалась маршевая песня рабочего движения, и показалась колонна рабочих. Колонна надвигалась на полицейских-срочников, перегородивших дорогу. Полицейские сомкнули щиты, и рабочие, подойдя вплотную к щитам, стали выкрикивать лозунги. Со стороны полиции загремел мегафон: «Соблюдайте порядок! Проведите митинг в дозволенном месте! Зачинщики беспорядков будут наказаны по закону». Ким пошел влево вдоль щитов, обратился к похожему на руководителя человеку в спецовке и проследовал за ним в ворота, а потом на проходную. Наверное, они что-то между собой уточнили. Ким выглянул, махнул рукой и участники протестной акции Чон, Пак, Чха, а также мать Ли Чино Юн Понне и его жена протиснулись сквозь толпу митингующих и прошли на территорию ТЭЦ. Они достигли трубы и, встав среди полицейских, замахали руками. Юн Понне крикнула: «Сынок, ты молодец! Спускайся быстрее!», и жена Ли Чино замахала руками с удвоенной силой. Две женщины обнялись и расплакались. На пустыре за ТЭЦ началось мероприятие, подготовленное в знак солидарности общественными организациями. Ким Чхансу сказал Ли Чино по телефону:

– Пока не будет отозвано постановление об аресте, не спускайся. Сейчас это обсуждается наверху.

– Ладно. Летом можно потерпеть.

Прошло три часа, и кран зашевелился. Ким и Чон забрались в люльку, за ними двое оперативников. Как только люлька поднялась до площадки, Ким вышел из нее, а Чха перегородил путь оперативникам.

– Дайте им переговорить.

Оперативники, которые и так не испытывали рвения лезть на узкую площадку, облокотились на перила люльки и бросили:

– Только давайте побыстрее!

Ким прошептал Ли Чино:

– Они вопят, что уже спущен ордер на твой арест. Мы должны потянуть время и предать это широкой огласке. Они испугаются общественного мнения и вскоре отпустят тебя. Ничего не поделаешь… Внизу тебя ждут родные, но ты даже поесть с ними не сможешь…

– Сказал же им сидеть по домам, мама-то зачем вообще пришла?

– Ты понял? Будут тащить насильно, вались на землю. Ты должен упираться и тянуть время. Мы тоже будем сопротивляться.

Он передал собранные вещи товарищам в люльку. И сам перебрался туда. Люлька начала медленно опускаться, и Чон протянул Ли Чино маленький беспроводной микрофон. Оперативник попытался его выхватить:

– Нельзя. Это нарушение договоренностей.

– Затеем здесь драку – все сдохнем! – заорал Ким, и оперативники отпрянули.

Ли Чино принялся кричать людям, собравшимся за ограждением на мероприятие. Почему залез на трубу, что его радовало и огорчало во время протеста. Стал называть имена рабочих, погибших в борьбе в других местах. Толпа начала вторить ему.

– Я провел сотни дней в воздухе и видел драгоценные звезды.

Ли Чино указал пальцем на предзакатное небо.

– Они, став звездами, смотрели на нас.

Люлька опустилась ниже, и стена закрыла ему обзор.

Примерно через месяц Ли Чино после многих перипетий вышел на свободу. Теперь, в соответствии с договоренностями, одиннадцать уволенных, боровшихся до конца, должны были быть восстановлены на работе. Они встретились в Сеуле, сели на скоростной автобус и поехали на завод в регион. На безлюдном заводе стояло лишь несколько ржавых станков. Предоставленное жилье оказалось давно заброшенной малоэтажкой, в которой стены были покрыты плесенью, а полы с ободранным линолеумом проваливались тут и там. Они в гневе позвонили в главный офис компании, но связаться с руководством не смогли. Рядовой сотрудник несколько раз повторил, что скоро на завод наберут новых рабочих, а до тех пор придется подождать. Одиннадцать человек горестно посмеялись и даже поругались между собой. Некоторые ушли, а некоторые остались и, выбравшись из руин, на автобусной остановке решили, прежде чем расстаться, выпить соджу. Трое оставшихся мужчин, стараясь не смотреть друг на друга, уставились на рюмки. А потом Ким, сидевший с понурой головой, взглянул на Ли Чино и сказал:

– Надо опять лезть наверх. На этот раз полезу я.

Чха добавил:

– Я тоже. Тоже полезу.

На этом разговор и кончился. Никто больше не сказал ни слова.

Спасибо за выбор нашего издательства!

Поделитесь мнением о только что прочитанной книге.

Примечания

1

Ли Чино делает популярное упражнение «бёрпи».

2

Ттакчи – корейская игра с квадратными фишками, свернутыми из листочков бумаги. Цель игры: бросая свои фишки, перевернуть фишки противника.

3

Чаджанмён – лапша в черном соусе.

4

Тубу – соевый творог, больше известен в России как «тофу».

5

Пхён – мера площади, примерно равная 3,3 кв. м.

6

Рами – ткань из волокон китайской крапивы.