Сочинские рассказы - Юлия Александровна Волкодав
Отношения дяди Сосо с гаишниками заслуживают отдельного рассказа. Или даже поэмы. Однажды я наблюдала, как его попытались остановить в самый ответственный момент – на повороте к строительному рынку. Поворот там резкий, с эстакады, а сразу за ним нужно искать место для парковки. Милиционер махнул палочкой, а дядя Сосо в ответ махнул ему рукой, мол, не видишь, поворот тут, парковаться надо, не до тебя вообще. И проехал. Я думала, за нами наряд выедет. Но ничего не произошло.
Наш посёлок мрачный, хмурый и тихий. Тучи висят низко и пахнет снегом. Только бы не выпал. Но выпадет, зараза. И мы опять будем таскать на себе дрова, уголь, продукты. Людей на улице почти нет. Все уехали в Адлер на Олимпиаду? Или отправились по магазинам делать запасы? Во второе я поверю быстрее.
В Сочи тоже особенно праздника не чувствуется. Я думала, здесь будут толпы весёлых туристов, концерты на каждом шагу, раздача шариков и бутербродов. Но на набережной попадаются лишь редкие группки болельщиков, растерянных и замёрзших. То ли они не поняли, где здесь праздник, то ли их поразило коварство нашего города, где при плюсовой температуре можно околеть, особенно возле моря.
Но стоит дяде Сосо высадить меня в Адлере, как я оказываюсь в центре веселья. На каждом углу волонтёры в пёстрых куртках показывают и рассказывают, как доехать до Олимпийского парка, общаются, раздают какие-то карты. По главной улице туда-сюда шныряют новенькие огромные автобусы с пандусами для инвалидов. Почему-то именно пандусы поражают меня больше всего. И активно ими пользующиеся инвалиды на колясках – весёлые, красиво одетые, говорящие по-английски. Словом, рвущие все наши шаблоны с места. Народ радостный, оживлённый, везде только и разговоров, что о хоккее. А я как из леса. Собственно, я из леса и есть.
Я даже не знаю, что хочу увидеть. Ну, Олимпийский парк. В него можно попасть либо по билету на соревнование, либо по билету просто на посещение парка. То есть ты платишь за то, чтобы походить между олимпийских объектов, потолкаться среди болельщиков, вечером посмотреть церемонию награждения и какой-нибудь концерт. У меня есть билет на фигурное катание, выступление мужчин-одиночников. И это хоть как-то оправдывает мой иррациональный вояж. Потому что сам Олимпийский парк я потом буду видеть сто пятьдесят раз, когда угодно и совершенно бесплатно. И, признаться, смотреть там особо и не на что: огромное пространство, заполненное бетоном и асфальтом. Стадионы, да. И?
Мамы – они обычно оказываются правы, как бы мы ни старались это отрицать. Если бы я не увидела Олимпийский парк именно тогда, в дни соревнований, таким бы и воспринимала его, как он выглядит сейчас: бетон, асфальт, фонтан. А благодаря маминой настойчивости даже жарким летним днём в Олимпийском парке я чувствую влажный холод сочинской зимы, тёмное небо и горящий на его фоне яркий олимпийский факел, слышу, как звенят медали на «Медаль Плаза» у чемпионов, как толпа ревёт «Россия!», размахивая триколорами и полотенцами с изображением медведей. И как шарахаются в стороны перепуганные таким проявлением патриотизма иностранцы. На их месте я бы тоже шарахалась.
Первое впечатление от парка – он огромный! Но мне сто километров не крюк, и путешествие к «Айсбергу», где будут проходить соревнования, мне кажется настоящим приключением. По огромной дорожке-реке идут радостные, улыбающиеся люди. Вот вроде я взрослый человек, а не перестаю удивляться открытости европейцев. В дудки дудят, в шапках смешных ходят, с медведями-зайцами-леопардами, все в обнимку с мягкими символами нашей Олимпиады. На каждом углу какое-нибудь развлечение: тут на баянах русские народные песни играют, а там шведские шоколадки бесплатно раздают. За шоколадками, понятно, очередь побольше, чем за народными песнями.
Никогда раньше я не бывала на спортивных соревнованиях, зато много и часто ходила на концерты. Наверное, поэтому мне кажется, что всё должно происходить примерно так же: шоу, музыка, сценарий с нарастающей драмой. Да и деньги отданы такие, что концертов на пять хватило бы. И я наивно думаю, что эмоций тоже должно быть в пять раз больше. К тому же я болею за Плющенко. На полном серьёзе болею, я его выступления ещё в детстве смотрела по телевизору, когда он с Ягудиным за золото боролся.
Теснота на трибунах поражает, я-то привыкла к просторным и мягким сиденьям концертных залов. Зато ощущаешь себя единым целым с другими болельщиками, рядом со мной почти все из России, но география родины представлена очень широко: и Челябинск, и Ростов, и конечно же Москва. На встречный вопрос: «А вы, девушка, откуда?» – гордо отвечаю, что местная. И слышу завистливые вздохи. Ну да, местная. Правда, только что вылезла из леса, где сижу без воды, электричества и возможности ездить на собственной машине, потому что «всё для фронта, всё для победы», то есть Олимпиады. Но я вам об этом не скажу, а буду улыбаться и махать флагом. Ибо нефиг. Всё у нас хорошо, а станет ещё лучше.
И вот разминка, на льду появляется Плющенко. Трибуны ревут. Спортсмены катаются, делают какие-то фигуры. Что произойдёт дальше, вы все знаете. Прыжок, падение и отказ от участия в соревнованиях. Теперь трибуны ревут уже разочарованно. Многие зрители покидают свои места. Несмотря на запредельную цену билетов. Их можно понять – некоторые соревнования накладываются по времени, мужики из Челябинска, например, прибежали на фигурное катание с хоккея, еле успели. А потом им, наверное, ещё куда-то надо бежать. Да и устали все к вечеру, надо думать. К тому же соревнования проходят не только в прибрежном, но и в горном кластере, и расстояния получаются немаленькие.
Но мне бежать некуда, у меня билет только «на Плющенко». И я сижу, и смотрю, как катаются другие спортсмены. И понимаю, что дома у телевизора было бы лучше по одной банальной причине – здесь никто не комментирует происходящее. И если ты не бог весть какой эксперт в данном виде спорта, то ни черта ты не понимаешь. Правильно он прыгнул или смазал? Тройной прыжок или четверной? Это сложно или легко? Конечно, если спортсмен упал и влетел в бортик, всё очевидно. Но если речь идёт о деталях, которых в фигурном катании очень много, сидишь ты дурак дураком.
Не надо было одной сюда идти. Но Алекс категорически отказался от моей затеи. Во-первых, он тоже не любитель спорта и массовых скоплений народа. Во-вторых, никакой семейный бюджет таких вылазок не выдержит. А у меня даже Интернет в телефоне не работает – на территории Олимпийского парка во время Олимпиады обеспечивал связь
