Кондитерская на Хай-стрит. Жизнь с чистого листа - Ханна Линн

Из плетеной корзинки Агнес вытащила большой коричневый бумажный пакет, открыла его и протянула Холли. Там лежали куски подсохшего хлеба.

– Оставшийся хлеб мы забираем в булочной по пути сюда. Нам нравится начинать утро вот так, с кормления уток. От этого настроение сразу повышается. Правда, пока утки от жадности не начинают драться и клевать друг друга, но на это мы стараемся не обращать внимания.

По-прежнему не слишком понимая, что происходит, Холли вытащила из пакета кусок черствого хлеба. Она то и дело посматривала на женщин, но те тоже вытащили по куску и принялись крошить хлеб и бросать в реку. Обе дикие утки, до того мирно спавшие, теперь окончательно проснулись и насторожились. Видимо, вести о кормежке распространялись мгновенно, поскольку к ним почти сразу присоединилась еще добрая дюжина. Уток становилось все больше, но вели они себя очень тихо, не хлопали крыльями, не крякали и лишь иногда сталкивались друг с другом, стремясь поскорее добраться до угощения. Когда хлеб в пакете кончился, Агнес ссыпала оставшиеся крошки в воду, и вот тогда-то птицы и вступили в лихорадочную борьбу за остатки.

– Ну, хорошо, – сказала Агнес, поворачиваясь к Холли, сворачивая бумажный пакет и убирая его в корзину, – с этим делом покончено. Пора начинать рабочий день.

Ни разу в жизни Холли не нервничала так сильно, как тогда, торопливо шагая следом за Мод и Агнес к магазину. Когда Агнес отперла дверь и над головой звякнул колокольчик, ее ладони вспотели от волнения. Мод задавала ей какие-то вопросы, но какие именно, Холли вспомнить не могла. В эти мгновения она могла думать только о том, как будет стоять за прилавком и взвешивать товар на гигантских металлических весах.

– Итак, сегодня твой первый рабочий день, – сказала Агнес, когда они вошли внутрь. Потом вдруг снова сунула ключ в замочную скважину, открыла дверь, проверила, по-прежнему ли дверная вывеска повернута на «Закрыто», и продолжила: – Ты, должно быть, очень волнуешься. Кстати, хорошо, что ты пришла в удобной обуви. Вскоре ты будешь очень рада, что так поступила, – ведь тебе практически весь день придется стоять на ногах. В десять мы обычно принимаем товар, и коробки с помадкой и нугой нужно сразу отнести наверх.

Ну-га? – повторила про себя Холли незнакомое слово. Впрочем, она догадалась, что вскоре выяснит, что это такое.

– На обеденный перерыв у тебя есть полчаса, – продолжала Агнес, – как и у нас, но не беспокойся: мы едим по очереди, и кто-то всегда будет рядом с тобой. Хотя, боюсь, иной раз тебе придется проявлять гибкость и отступать от графика, но это в тех случаях, когда покупатель валит валом. Тогда бывает, что и перерыв сделать невозможно. Ну и когда у офисных служащих обеденный перерыв, мы тоже вряд ли сможем тебя отпускать. Короче, все зависит от того, много ли в магазине народа.

– Да ты не беспокойся, голодать мы тебе не позволим, – тут же вмешалась Мод, на другом конце магазина подправлявшая красивые арки, выстроенные из нарядных коробок с шоколадом. – В случае необходимости всегда можно подкрепиться, например, леденцовым «камнем»[6].

– Ой, да я с собой сэндвичи принесла, – сказала Холли. – Я прекрасно обойдусь.

На лицах ее работодателей промелькнуло новое выражение, которое Холли расшифровала как отвращение или смущение, и от этого сердце у нее забилось так, словно готово было выскочить.

– Сэндвичи? Ну что за глупости! Мы не позволим тебе приносить с собой завтрак. Нам ведь нужно поддерживать бизнес соседей. У нас и расписание имеется. Сегодня, например, суббота, а значит… А что это значит, Мод? Что мы едим по субботам?

– Мясной пирог и сладкие пирожки, – откликнулась Мод, теперь переместившаяся к противоположной стене и поправлявшая ряды стеклянных банок со сластями. – А этими леденцовыми батончиками ты лучше не злоупотребляй. Дрянь ужасная. И зубы от них гнить начинают.

– Значит, мясной пирог и сладкие пирожки. Совершенно верно. Это из булочной, что возле музея. И совершенно не имеет значения, какое сейчас время года. Мы всю еду получаем из нашей деревни. Заодно узнаем местные новости, а в спокойные дни можно и приятную беседу с людьми затеять.

– Ой, понимаете… – Холли чувствовала себя так, словно пропустила некое важное объявление учителя и в итоге забыла подготовиться к контрольной, хотя на самом деле такого с ней никогда не случалось, – я ведь и денег с собой не взяла, чтобы за ланч заплатить.

– Естественно, не взяла. Мы тебе и не говорили, чтобы ты брала с собой деньги. Мы сами за все заплатим. Считай это маленьким бонусом, прибавкой к твоей зарплате.

Ее зарплата! Вопрос о зарплате был одним из самых первых, которыми засыпали ее школьные приятели, когда она рассказала, что нашла работу. И она сразу поняла, что ответа на этот вопрос у нее и нет. И сейчас, уже стоя в магазине и готовясь приступить к работе, она понятия не имела, сколько ей будут платить, если, конечно, не считать всякие там пироги и сладости.

– Ах да! – Мод перестала расставлять банки и подошла к ним. – Мы так и не обсудили денежный вопрос. В прошлом году к нам по субботам регулярно приходила одна девушка, и мы платили ей три фунта в час. Хотя у нее имелся кое-какой опыт. Но мы и с тобой решили придерживаться прежней ставки.

– Разве что немного прибавить в связи с инфляцией, – вставила Агнес. – Помнишь, мы говорили?

– Конечно помню! – решительно отвергла всяческие сомнения Мод. – Итак, ты будешь получать три фунта двадцать пять центов в час, и мы рассчитываем на полный восьмичасовой рабочий день. Пока ограничимся субботами, чтобы ты понемногу сориентировалась, но во время каникул хорошо бы тебе приходить четыре раза в неделю – скажем, с четверга по воскресенье, – а если тебе понадобится дополнительный свободный день, тебе нужно будет нас предупредить по крайней мере за неделю.

– Разумеется, речь не идет о всяких непредвиденных обстоятельствах, – опять вступила Агнес. – Мы же понимаем, что такое возможно.

Четыре дня по восемь часов… Холли попыталась было произвести в уме математические расчеты, но оказалось, что женщины еще не закончили.

– Твой обеденный перерыв нами оплачиваться не будет, поскольку ланч мы обязуемся тебе покупать, но если все пойдет хорошо и на Рождество ты все еще будешь здесь работать, мы рассмотрим вопрос о повышении заработной платы до трех с половиной фунтов в час. И разумеется, не станем возражать, если ты время от времени будешь съедать какую-нибудь конфетку. Тут главное – держать себя в руках. А еще ты сможешь получить пятидесятипроцентную скидку