Сценаристка - Светлана Олеговна Павлова

— Вот! Я не пойду забирать анализ, умру, как Фреди Меркьюри. А пока просто буду жить на полную катушку!

— Это типа на диване смотреть тик-токи?

— Ты очень злая, Сеня.

— Сейчас семь утра, Зоя.

— Ну проснись, ну, пожалки, выпей кофе, поговори со мной, поддержи меня, пока я буду идти в лабу.

— Боже, ну ладно, сейчас.

Послышался плеск воды, звук кофемашины, кряхтение, мат, чирканье зажигалки.

— Давай я не пойду, и просто с этого дня начну жить, как будто у меня очередной новый день — последний? И умру как рок-звезда.

Сеня зевнула.

— Не, Зой, ты точно идиотка. Ты вообще понимаешь как умирают люди в терминальной стадии СПИДа? Скинуть тебе картинки? Там нет ничего красивого, поверь мне.

— Нет! Молю, нет! Я уже вчера насмотрелась…

Замолчали.

— Ты идёшь?

— Иду-иду.

— Вон, вспомни, Саманта тоже боялась. И ничего.

— Я люблю тебя, Сенечка.

— И я тебя.

Зоя пришла к лаборатории, опережая открытие, и обнаружила лишние сорок минут, с которыми нечего делать. Пошла в круглосуточную кофейню, где сидела вчера после того, как сдавала кровь. Взяла кофе, но не смогла сделать и глотка. От шепчущихся бариста долетал смех и слово «похмелье». Зоя не обиделась. Да, она плохо выглядит: она давно не ела, давно не мыла голову, давно не чистила зубы и давно не спала. Отстаньте все от неё. Ей скоро умирать.

В качестве подтверждения этой истины появившийся за стойкой менеджер начал отчитывать стажёра:

«Я же сказала: не сюда, а вот сюда жми, на „спид“!»

Зоя вздрогнула. Ей уже без разницы, что речь про кнопку SPEED на кофемашине, меняющую скорость помолки зерна.

Бариста, видимо сжалившись над Зоей, спросил: «Какую музыку хотите? Мы вам любую поставим».

Зое пожала плечами, но предложила: «Давайте Земфиру». Бариста вбил что-то в телефон, Зоя зажмурилась. Ей страшно услышать:

Я сняла наушники, слушала ветер

В открытые двери пустой маршрутки[52].

Заиграли «Ромашки».

Зоины мысли прервало сообщение от Ларисы.

Зойка ты чего пропала. Когда приедешь к нам? Три недели не ела жареной картошки, потому что врач запретил. Хвали меня!

Зоя отправила в ответ одобряющие смайлы и выбрала старое селфи, где улыбается. Отправила Ларисе с подписью: «Тётик, всё хорошо, живу, работаю, тусуюсь. Береги себя».

Без двух минут. Зоя вышла из кофейни. Переступила порог лаборатории, надела бахилы, протянула на ресепшен паспорт, в тайне радуясь, что сегодня смена новой ресепшенистки, а не той, которая вчера справедливо наорала на Зою по телефону за навязчивые звонки с вопросом: «А почему так долго?».

У меня ВИЧ. Девушка с ресепшен заклацала по клавишам длинными ногтями, вбивая Зоино ФИО. У меня ВИЧ. Нахмурила брови. Ну это точно: там что-то страшное написано. «У вас ошибка тут в серии и номере паспорта, исправим?», — спросила девушка с ресепшен. Зоя готова завыть. Ей всё равно на ошибку, у неё же ВИЧ. Ну исправьте, ответила Зоя тоном, чтобы было понятно, как девушка её раздражает. Девушка продолжила клацать, потом отсканировала паспорт, потом много раз пощёлкала мышкой. Всё это очень долго. У меня ВИЧ. Готово, сейчас распечатаю ваш анализ, сказала девушка. Да а чего его печатать, я и так знаю, что у меня ВИЧ.

Наконец Зоя заметила, что принтер начал рожать листок с её анализом. Машина издавала ритмичные звуки, выдавая сантиметр за сантиметром вердикт Зоиному будущему.

у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ у меня ВИЧ

Зоя взяла из рук девушки листок.

№ заказа 746863

ФИО пациента: Зоя Владимировна С.

Пол пациента: женский

№ страхового полиса: отсутствует

Зоя поблагодарила девушку на ресепшен. Прямо в бахилах вышла на улицу, шарахнула дверью, прислонилась к стене и сползла по ней на асфальт.

Зоя сама с собой

История с совершёнными «наоборот» ритуалами перед походом за результатом как бы намекнула Зое: кажется, цвет трусов и порядок их надевания всё-таки не влияют на её жизнь. Зое понравилась эта мысль. И она стала носить «несчастливые» вещи. Сначала не рисковала, выбирала на сто процентов безопасные мероприятия: встречи с Сеней, поход к терапевту, шоппинг. Небо не падало, Земля не сходила с орбиты.

И всё же с магическим мышлением нужно было что-то глобально решать. Особенно чётко Зоя поняла это после того, как купила на «Озоне» набор свечей, заряженных на любовь. В комплекте было три вида: одна на страсть, вторая на нежность, третья на что-то ещё. Они отличались по оттенкам — от бледно-розового до насыщенно фиолетового. Для усиления эффекта в инструкции предлагалось скрутить их в косичку, и поджигать не по одиночке, а вместе. Зоя скрутила и зажгла. Смотрела на пламя и говорила: давай, давай. Потом потребовала внимания стиральная машина, которая уже давно привыкла самостоятельно перемещаться по Зоиной ванной. Зоя вернула машинку на место, рассортировала бельё, вернулась в комнату — а там повалившаяся на бок косица из нежности, страсти и чего-то ещё и кофейный столик в огне.

Ну ё-моё.

Зоя вспомнила, как пару дней назад ответила на Сенино сообщение «От меня вот любовник ушёл» возмущением. Типа: да как он мог, сволочь, мудак, пусть у него случится понос. А Сеня записала ей в ответ кружочек, в котором смеялась и объясняла, что ушёл в смысле не на всегда, а просто на работу.

— Зачем ты видишь в каждом слове что-то ужасное? — спросила Сеня.

А Зоя не знала зачем. Она открывает Google maps, и на месте района Миуссы ей мерещатся «Минусы». При виде формулировки «текст о вине» она думает, что текст о раскаянии, но никогда — что он о совиньоне или кремане. Если в англоязычной статье попадается слово cancer (с английского — рак), первым делом на ум всегда приходит диагноз, но не знак зодиака. А недавно по дороге к стоматологу увидела вывеску нового магазина ламината. Зоя шла мимо вывески медленно, буквы открывались ей одна за одной, как в «Поле чудес», она читала про себя: «В-з-г-л-я-н-и н-а п-о-л и-н-а-ч-е». После «иначе» даже остановилась. «Иначе» требовало угрозы. Иначе что? Иначе умрёшь? Иначе собьёт