Кондитерская на Хай-стрит. Жизнь с чистого листа - Ханна Линн

– Да это все из-за коттеджа! – с досадой призналась она. – Мод его продала.

– Продала все-таки? Да это же просто фантастика!

– Для Мод это действительно очень здорово, – уныло согласилась Холли. – И я очень за нее рада. А вот мне, увы, не до веселья. Оказывается, человек, купивший коттедж, готов сразу же выплатить всю сумму наличными и хочет туда въехать уже в конце следующей недели. То есть мне весьма pronto нужно найти себе жилье. А цены на аренду в нашем городишке просто офигенные. Если же цена более-менее доступная, владельцы квартир требуют заключения договора сразу на двенадцать месяцев и весьма приличную сумму в качестве первоначального взноса, а это окончательно меня обескровит. Не говоря уж о том, что все подобные квартиры сдаются без мебели. В итоге я пришла к выводу, что мне остается одно – вновь перебраться к родителям, чего мне, естественно, совсем не хочется. По-моему, и они отнюдь не жаждут моего возвращения. Честно говоря, мне порой кажется, что проще сдаться, вернуться в Лондон и плюнуть на безумную затею с кондитерской. Нет, правда, а какой во всех этих мучениях смысл? Может быть, как раз то, что мне с первого раза не удалось получить одобрения на ипотеку, и было знаком судьбы?

Ответом на этот взрыв эмоций было всеобщее подавленное молчание. Три пары глаз в изумлении уставились на Холли. Она прямо-таки физически ощущала мощный поток сочувствия, исходивший от ее друзей. Ну вот и все. Она им рассказала о своей беде и испортила Кэролайн ее любимый праздник. Так они скоро вообще перестанут ее куда бы то ни было приглашать, если она каждый раз будет портить всем настроение.

Жаль, что нельзя взять свои слова обратно! Холли уже собралась извиняться, но ее опередила Джейми, которая весело заявила:

– Ну, этот вопрос можно очень просто решить. Переезжай ко мне – и все.

– Что-что?

– Поверь, это во всех отношениях идеальное решение. Все равно мой дом для меня одной слишком велик, и я уже, наверное, с год подумываю взять жильца, правда, Бен?

– Она не выдумывает, Холли, и действительно собиралась это сделать, – подтвердил он.

– Просто дело в том, – продолжала Джейми, – что мне слишком многие действуют на нервы, вот я никак и не найду подходящего постояльца.

– Скорее уж, это ты слишком многим на нервы действуешь, – поддразнила ее Кэролайн.

– Это абсолютная неправда! Я могу быть чудесной компаньонкой. И потом, живя в моем доме, никому уж точно не придется беспокоиться, что ему что-то может упасть на голову.

Теперь Холли окончательно запуталась, пытаясь понять, насколько искренним было предложение Джейми. Но та, словно читая по ее лицу, сказала совершенно серьезно:

– Я ведь не шучу, Холли. У меня три спальни, две ванных, огромный сад, и твоя плата за квартиру была бы мне очень кстати. И никакой предоплаты мне не нужно, так что и эта маленькая проблема будет устранена. Насколько я могу понять, для тебя это было бы отличным решением. А ужиться со мной на самом деле очень легко, и ты могла бы приглашать к себе кого хочешь.

Холли рассмеялась.

– Кого это я захочу пригласить к себе? Я и знаю-то всего вас троих. Ну и еще Джайлса.

– Ладно, в таком случае позволь мне внести кое-какие поправки. Ты можешь приглашать к себе кого угодно, только не Джайлса Кэверти. – Лицо Джейми внезапно стало суровым и каким-то застывшим. – Этот человек никогда не переступит порог моего дома.

Глава тридцать седьмая

Все последнее время Холли старалась не думать о загадочных отношениях Джайлса и Джейми, заталкивая эту проблему в самый дальний угол, но сейчас Джейми сама ее подняла. Идея переехать к ней могла бы стать для Холли идеальным решением многих проблем, однако ее смущала откровенная неприязнь, с какой Джейми отзывалась о Джайлсе. И это была не просто враждебность, а нечто более глубокое. Сказать «нет» в ответ на великодушное предложение Джейми было почти невозможно – это отбросило бы Холли к тому безнадежному положению, в котором она оказалась после звонка Мод. Но и переехать в дом к человеку, который всей душой ненавидит одного из ее немногочисленных друзей, она тоже не могла. Оставалось лишь попытаться выяснить, где собака зарыта, и Холли осторожно спросила:

– Могу я, по крайней мере, узнать, в чем дело? Однажды Джайлс намекнул мне, что между вами, как он выразился, «кое-что было».

Трое ее друзей чуть не подавились скрампи, а Джейми, запинаясь, переспросила:

– Как-как он выразился? Что именно он сказал?

Холли чувствовала, что все смотрят на нее, ожидая ее ответа, и, собираясь с духом, схватила первый попавшийся стакан и сделала большой глоток.

– На самом деле ничего особенного он не сказал. Просто намекнул, что у вас с ним были какие-то отношения. И что тебе, быть может, хотелось большего, чем он мог…

Она не договорила, да и вообще каждое слово произносила очень осторожно, даже опасливо, потому что боялась бурной реакции со стороны Джейми, но потом поняла, что слезы на глазах Бена и Кэролайн вызваны не гневом, а с трудом сдерживаемым смехом, а значит, ее слова послужили, как ни странно, источником всеобщего веселья.

– Нет, серьезно, и как это, черт возьми, ему тогда удалось от меня скрыться? – вопрошала Джейми. – Я тебе вот что скажу, Холли: причина, по которой я его терпеть не могу, очень проста – он обыкновенный паскудник.

Холли растерянно посмотрела на Кэролайн и Бена, и те дружно закивали, подтверждая слова Джейми.

– Я знаю, что он тебе нравится и все такое, – продолжала Джейми, – и знаю, что ты считаешь его своим другом, но я самым серьезным образом тебя предупреждаю: это хитрый, скользкий тип, коварный и откровенно изворотливый.

– Изворотливый?

– Ну, была тут одна гнусная история с домом престарелых…

– Какая история?

Холли вовсе не собиралась говорить с Джейми таким требовательным тоном, но ведь и Джайлс до сих пор казался ей, в общем-то, очень милым. И если кто-то бросает в его адрес подобные обвинения, она, по крайней мере, хотела бы знать, на каком основании это делается.

– Долго рассказывать. Если вкратце, то дело было так: пару лет назад, когда я считала, что мы с Джайлсом друзья, он несколько месяцев подряд ходил в этот дом призрения вместе со мной. И мне тогда казалось, что это очень здорово. А потом я выяснила, что все это время он опрашивал обслуживающий персонал, задавая массу вопросов, например,