Плавучие гнезда - Полина Максимова

искать еду для своих детенышей. Мы вышли на балкон, чтобы понаблюдать, куда она пойдет. Стояли и следили, как медведица вынюхивает еду у нас в палисаднике. Мне стало ее так жаль, я даже стала думать, чем бы ее накормить. И вдруг медведица посмотрела прямо на меня. Затем она встала и зарычала! Я отпрянула и инстинктивно схватилась за живот, я забыла обо всем, кроме нашего ребенка. И впервые я почувствовала его внутри себя, не пустоту, не холодную мертвую птицу, прошу, не спрашивай меня об этом… Я сама почувствовала себя мамой-медведицей, будто это животное передало мне какие-то свои инстинкты. Это, конечно, очень глупо, но у меня вдруг мозги встали на место. А потом медведица ушла, Соня начала кому-то звонить, видимо, сообщить о звере. После разговора Соня села за стол, и в ее глазах я увидела слезы. Я спросила, почему она плачет, и она сказала, что просто вспомнила свою маму. Однажды мама рассказала Соне саамскую легенду. Если беременная женщина встречает медведя, и он улыбается ей, значит, родится девочка. А если медведь рычит, значит, у нее будет мальчик. Мальчик, понимаешь? Медведица узнала об этом раньше меня. Мне скоро как раз на скрининг, но я уже точно знаю, что это будет мальчик. И я подумала… Может быть, мы назовем его в честь твоего брата? Савелий очень красивое имя.

– Милая, как же я люблю тебя.

– И я люблю тебя.

С Аней мы познакомились в школе. Теперь даже трудно точно сказать, какую из наших встреч можно считать знакомством. Она говорила, что мы жили в соседних дворах, и однажды мы с ребятами вроде как спасли ее с подругами от каких-то мальчишек, которые закидывали их камнями. Я плохо помню то время. Зато я помню, как мы с Аней целовались на школьной вечеринке.

Родители моего друга уехали на дачу, это было начало июня, десятый класс. Никаких экзаменов и впереди целое лето. Мы закупились портвейном, почему-то тогда мы пили именно портвейн, даже наши девочки. Вечеринка выходила более домашней и не такой безумной, как это часто бывало. Иногда мы буквально разносили съемные квартиры, прожигали полы, ломали диваны и сантехнику. Однажды какой-то парень разбил голову о батарею, а мой одноклассник выпрыгнул из окна в сугроб и сломал запястье. Иногда хозяева выгоняли нас прямо посреди ночи из-за жалоб соседей, иногда сами соседи вызывали полицию, и тогда мы толпой убегали из очередной панельки, оставляя разгребать проблемы тех, на чье имя по поддельной копии паспорта была снята хата. Но нам всегда все сходило с рук.

Так вот, та наша скромная вечеринка. Парни и девочки разбились по комнатам – в комнате моего друга мы с ребятами играли в GTA, в гостиной девочки смотрели фильм. Мы провалили миссию, и я пошел покурить на балкон. Там в одиночестве стояла Аня. Тогда она носила косую челку и длинные волосы. Ей очень шло. Я предложил ей сигарету, и Аня взяла ее.

– Что вы смотрите? – спросил я у нее.

– «500 дней лета».

– И как?

– Ты не смотрел? Парень влюбляется в девушку-мечту по имени Саммер, а она оказывается самой обычной, никакой не мечтой. Кошмар, да?

Я усмехнулся.

– Ужас.

– Как думаешь, я тоже самая обычная?

– Ну, я тебя плохо знаю, – ответил я. – Но я уверен, что ты не такая уж и обычная.

– Ха-ха. Я самая обычная, такая же, как все, и мне это нравится. Я не буду делать перед тобой вид, что я особенная. Раньше я воображала себя в разных образах, хотела, чтобы обо мне думали, что я интереснее и лучше, чем я есть на самом деле. Я хотела быть героиней кино. Той, в которую все влюбляются. Вроде бы подружка для всех, но на деле ни с кем не сближается. Она стоит на балконе одна и курит сигарету.

Я кивнул на ее сигарету.

– А с этим тогда что?

– Да-да! О том я и говорю! Я стояла и ждала, что какой-нибудь парень сюда зайдет и увидит меня одну. Но зашел ты, и мне самой от себя стало смешно и немного противно. Я подумала: какая же ты дура, слабо тебе рассказать ему правду? И вот мне не слабо. Но на самом деле я просто напилась. Фильм классный, девчонки классные, эта квартира и все просто супер. Но мне все равно грустно.

– Почему тебе грустно?

– Я скажу, только ты не смейся. Я сейчас не придумываю, правду тебе говорю. В общем, я все время боюсь, что жизнь проходит мимо меня. У тебя нет такого ощущения?

– Хм, вроде бы нет.

– Понятно. Тогда забудь, что я сказала.

– Да нет, все в порядке. Я просто об этом не думал.

– А о чем ты думаешь?

– Например, куда поступать.

– И куда ты решил поступать?

– В мореходку.

– Море – это круто. Ты будешь много путешествовать и столько всего увидишь.

– Ну а ты? Не думала еще, куда поступать?

– Наверное, пойду в пед. Просто потому что не знаю, кем быть. Буду учительницей и, может быть, кому-нибудь помогу. Может быть, в этом будет смысл моей жизни?

– Звучит как хороший план.

Она вздохнула и покачала головой.

– На этих вечеринках мне всегда хочется сделать что-нибудь такое, о чем я буду потом думать перед сном. Может быть, ты хочешь меня поцеловать?

Я скривил ироническую улыбку.

– Нет, без шуток, – сказала она.

И она поцеловала меня сама, потому что я все еще стоял, как дурак, не решаясь к ней приблизиться. От Ани пахло моими же сигаретами и портвейном. Ее губы были липкими, а язык мягким, очень мокрым и расслабленным.

– Знаешь, меня раздражает наш город, но такие люди, как ты, меня вдохновляют, – сказала она после поцелуя. – Мне кажется, если ты сможешь уехать отсюда, то и я смогу.

– Конечно сможешь.

– Не знаю. Мама говорит, что я рано выскочу замуж за какого-нибудь придурка и нарожаю ему детей. А я не хочу детей.

– Ты сама еще ребенок. Тебе рано об этом думать, не переживай.

– Да, ты прав. Чего это я? – Она засмеялась и прикрыла глаза руками. Она плакала.

– Эй, ты чего. Все же в порядке?

– Да, конечно, прости меня.

Я хотел коснуться ее лица и вытереть слезы, но она отвернулась, чтобы посмотреть время на телефоне, а потом сказала, что ей надо идти.

– У меня родители строгие. Хотят, чтобы я возвращалась домой каждый день в одно и то же время.

– Конечно, иди. Ничего страшного, – сказал я ей, стараясь скрыть свое разочарование.

– Мы хорошо