Сочинские рассказы - Юлия Александровна Волкодав
Ладно, про богему я загнула. На самом деле Сочи очень демократичный, и испытывать пиетет перед деньгами-властью-славой здесь не принято. К власти и славе люди, живущие в вечном лете, равнодушны, а деньгами никого не удивишь. И тот факт, что в Доме у Цирка в своё время скупали квартиры известные артисты, впечатляет разве что туристов, которым экскурсоводы впаривают и не такие байки. Например, проезжая по хостинскому туннелю, отдыхающие по совету того же экскурсовода дружно задерживают дыхание и загадывают желание. Я тоже задерживаю дыхание, но исключительно, когда какой-нибудь джигит пытается меня в туннеле обогнать и подрезать, а уйти от него, кроме как в стену, некуда.
Звёзды в Доме у Цирка действительно живут, и если в период «Новой волны» посидеть на лавочке через дорогу и скурить полпачки (кстати, Сочи – город, свободный от курения, ага), то можно увидеть какую-нибудь знаменитость, выходящую из подъезда. И ещё кучу не знаменитых, но очень деловых дамочек, у которых московская прописка видна даже отсюда, с лавочки. Они ни на секунду не отрываются от айфона, очень громко разговаривают и очень показательно залезают в приехавшие за ними вип-такси. Ну чтобы всем было понятно, что из Москвы, что на фестиваль прибыли, потусоваться.
– И что бы ты делала в этом доме? – продолжает ворчать Алекс. – Ты же терпеть не можешь показуху. Тебя бы раздражали соседи, а они косо смотрели на тебя. Я представляю, как ты заезжаешь на их вылизанную парковку на нашем внедорожнике в грязи по бампер, потому что только с Мамайки. Или гуляешь по территории с нашим Мухтаром породы чебурашка, а он лает на той-собачек в брендовых одёжках. Смешно же. В конце концов, есть дома и покруче. Со своим пляжем, например, и даже с вертолётной площадкой. Мечтать так с размахом!
Мы идём с ним по очень тихой улице, поднимаясь от моря к трассе. Дом у Цирка остался сзади. Как-то так получается, что все дороги идут мимо него. Мы просто пошли прогуляться вдоль моря, от Платановой аллеи. Весной, пока ещё не набежали толпы отдыхающих, пройтись по набережной особое удовольствие. И как-то незаметно пришли к Цирку.
Пока поднимались к трассе, нам не встретился ни один прохожий, не проехала ни одна машина. И я понимаю, что Алекс прав, вот на этой, соседней улице жить гораздо лучше. Тише, чище, спокойнее. И точно так же близко к морю. И даже красивее дома. И за продуктами пойдёшь в тот же самый супермаркет, который когда-то казался мне невыносимо роскошным и дорогим, а сейчас так, средней паршивости. Жизнь поменялась, ценности поменялись. А Дом у Цирка остался. И до меня вдруг доходит то, что Алекс безуспешно пытается объяснить. Меня совсем не будоражит мысль о квартире в центре, в любом из домов на этой замечательной улице. И море под боком мне не так уж нужно, особенно центральный пляж с толпами народа. Я привыкла прыгать в машину и ехать к морю туда, где нет людей. И район не особенно удобный, если жить, а не приезжать потусоваться. Для отдыхающих район, курортный. И вообще, я люблю наш лес и всегда хотела частный дом, чтобы двор, собаки, тишина.
Просто возле Цирка живёт человек, который для меня больше чем любимый артист. Ну как живёт, приезжает иногда. Пару раз в год. И этот факт автоматически делает Дом у Цирка особенным. Волшебным. В нём живёт мой главный волшебник. Или злой колдун, можно и так посмотреть. И да, в эту сказку я верила десять лет назад. А сегодня понимаю, что встречаться с персональным волшебником в лифте или в очереди за хлебом отвратительно. Так любое волшебство можно убить. Ещё через десять лет я куплю квартиру в Доме у Цирка. Чтобы не было незакрытых гештальтов. Возможно, к тому времени волшебник уже не станет сюда приезжать. А я наверняка не стану там жить. Потому что квартира в Сочи мне не нужна. А вот мечта нужна очень. Каждому.
Орешки со сгущёнкой (микрорайон Макаренко)
– Здравствуйте! Я вам на прошлой неделе кассеты оставляла оцифровывать. Вы сказали, во вторник будет готово. Готово?
Окошко, в котором сидел дяденька, располагалось высоко, из-за чего мне пришлось балансировать на цыпочках. Но даже так я умудрилась рассмотреть заваленное видеокассетами помещение, и сердце кровью обливалось – мои бесценные записи тоже вот так валяются в общей куче? Их же потеряют!
– Готово? – Дядька насмешливо на меня посмотрел, на секунду оторвавшись от смартфона. – Да я ещё даже не начинал!
Как я была зла! Я полгода уговаривала подругу прислать мне свою видеоколлекцию, раз уж она сама никак не соберётся её оцифровать. Месяц ждала посылку, переживая за её сохранность. Неделю считала дни до вторника, чтобы забрать первую оцифрованную партию. Весь наш фан-клуб в Интернете ждал файлы, в которые должны были превратиться метры чудом ещё не осыпавшейся и не размагнитившейся плёнки. А он ещё даже не начинал!
В такие моменты спокойное, расслабленное отношение сочинцев к жизни (во всех её аспектах) раздражает чрезвычайно. Ну да, за оцифровку берут не великие деньги. Но ты же принял заказ! Никто не заставлял! И так постоянно – чем больше ты суетишься, чем важнее для тебя какое-то дело, с тем большей безмятежностью окружающих ты столкнёшься. Но стоит сделать вид, что тебе всё равно, и город исполнит твои желания.
Ладно, это уже лирика. А тогда мне было не до неё. Я кипела от негодования всю дорогу домой. А дома схватилась за ноутбук.
– Сама оцифрую, – ворчала я, яростно щёлкая мышкой. – Нужны мне эти дяденьки-пофигисты.
– А видеомагнитофон где возьмёшь? – поинтересовался такой же невозмутимый, насквозь местный Алекс. – Наш сломался ещё в прошлом веке.
– Найду через сайт объявлений, – огрызнулась я.
Когда мне что-то надо, остановить меня так же сложно, как, скажем, трактор
