Осьминог. Смерть знает твое имя. Омнибус - Анаит Суреновна Григорян

– Кровь? – Александр дотронулся пальцами до верхней губы и действительно нащупал засохшую кровь. – Я… я просто упал там, в роще.

– Может быть, вы с кем-то подрались?

– Нет, говорю же… просто споткнулся.

Полицейские переглянулись. Было видно, что они не очень-то ему верят. В общем, их можно было понять: их обязанностью было задерживать подозрительных людей, а Александр – без документов, с разбитым носом и в перепачканной землей одежде – выглядел довольно подозрительно.

– Вы гуляли в роще глубокой ночью? – уточнил второй офицер. – Там ведь почти нет освещения.

– Я… – Александр подосадовал на то, что его голос звучит так неуверенно. – Я посещал храм.

– Храм?

Полицейские вновь переглянулись – на этот раз их лица были еще более озадаченными.

– Вы имеете в виду большой буддийский храм, посвященный Великому царю Эмме?

– Да, именно.

– Странно… но в это время храм должен быть уже закрыт для посетителей.

– Но он был… – Александр осекся.

Не стоило рассказывать им о встрече с барменом, который фигурировал в газетных статьях про «убийцу-демона из Итабаси». Если обычная потеря документов вызвала у них столько вопросов, можно было представить, как их заинтересует рассказ Синтаро Кисараги.

Однако полицейские, похоже, уже решили внести разговор с Александром в отчет о проделанной за смену работе.

– В какой именно гостинице вы остановились?

– В отеле «Принц» на Синагаве.

– Но это на другом конце города, отсюда не меньше часа ехать. – Старший полицейский уже не улыбался. – Сейчас метро уже закрыто, и у вас нет при себе документов.

«Если я побегу – интересно, они за мной погонятся?..»

– Я доеду на такси, – как можно спокойнее ответил Александр. – Кошелек по крайней мере я не потерял, так что оплатить проезд есть чем.

– Ясно. Мы бы предложили вам поехать с нами в участок. – Полицейский снова вежливо улыбнулся. – Составим заявление о потере документов. И, возможно, вам требуется помощь, если есть какие-то травмы.

– Но, послушайте… а, ладно, хорошо. – Александр понял, что спор с полицейскими ни к чему хорошему не приведет: сержант Масаока, необычно высокий и крепкий для японца, выглядел очень упрямым. В конце концов, они были правы: умыться ему действительно бы не помешало.

Полицейские отвезли его в кобан, находившийся на некотором отдалении от станции. Это было небольшое, ничем не примечательное одноэтажное здание с вывешенным перед входом японским флагом и стендом с информацией для жителей района. Рядом с фотографиями разыскиваемых преступников висел плакат для детей с забавными маскотами полиции Токио, Пипо-куном и Пипо-тян, которые объясняли детям, что делать с найденными на улице потерянными вещами. Никакой информации об убийце-демоне из Итабаси, даже каких-либо предупреждений об осторожности, не было. Александр в сопровождении полицейских зашел внутрь и, присев на стул возле стены, окинул взглядом обстановку. Внутри участок был не такой опрятный, как большинство общественных учреждений в Японии: помещение было разделено на две неравные части длинным белым столом-стойкой с потертыми углами, на котором лежали стопки документов, стояло несколько телефонов с кнопочным набором и органайзер, из которого торчало множество ручек, пара металлических линеек и канцелярские ножницы. На стенах, выкрашенных светло-бежевой краской, практически не осталось свободного места: бóльшую часть стены по правую руку от кресла дежурного занимала школьная доска, когда-то белая, а теперь вся покрытая разводами от старых записей маркерами и заклеенная множеством разноцветных листков «мэмо», которые также покрывали часть стены вокруг доски. Почти под самым потолком висели круглые часы, показывавшие половину четвертого ночи. В углу стоял металлический архивный шкаф, на котором пылилась прошлогодняя кукла Дарума с одним закрашенным левым глазом, возле шкафа на тумбочке – небольшая кофемашина в пластиковом корпусе.

– Хотите кофе? – Старший полицейский задал ему первый вопрос с тех пор, как они сели в патрульную машину.

– С радостью. Послушайте, о-мавари-сан…

– Вот, возьмите влажные салфетки. – Взяв со стола пачку салфеток, полицейский протянул ее Александру. – Я попрошу вас ответить на несколько вопросов, после чего вы можете быть свободны…

Он замешкался, не зная, как к нему обратиться.

– Александр. Можно просто Алекс. Спасибо вам большое.

Он вытащил из пачки пару салфеток и принялся вытирать лицо. На белой ткани появились красные разводы. Хорошо же он, должно быть, выглядел со стороны. Как самый настоящий преступник. Александр не удержался от невеселого смешка.

– Арэксу-сан. – Масаока нажал кнопку на кофемашине, и она неохотно затарахтела. – Я бы спросил у вас, какой вы предпочитаете, но наша кофемашина старая и делает только капучино. Вернее, то, что она сама считает за капучино. На самом деле, это просто напиток, который помогает не уснуть во время дежурства.

– В следующем месяце обещали новую купить, – сообщил второй полицейский, готовивший бланки для заполнения.

– Да, в прошлом месяце я уже, кажется, слышал это обещание.

– Может быть, на этот раз исполнят.

– Жди, когда вода в Хуанхэ из желтой станет прозрачной[495].

– Послушайте, о-мавари-сан, я благодарен вам за беспокойство, – снова начал Александр, – но… мне бы не хотелось провести ночь в полицейском участке. Я ведь ничего не совершал.

– Понимаю. Но работа полицейских – охранять покой жителей города. – Мужчина поставил на край стола бумажный стаканчик с готовым кофе (на капучино это действительно было не очень похоже). – Согласитесь, это немного странно: вы иностранец, у вас нет при себе никаких документов, вы утверждаете, что остановились на Синагаве, но находитесь после полуночи в Итабаси, к тому же вы, по собственному признанию, незаконно проникли на территорию закрытого храма. Вам ведь известно, что происходит в последние месяцы в Токио?

Александр сделал глоток кофе и едва не выплюнул его на пол – эта дрянь была намного хуже кофе из джазового кафе в Икэбукуро.

– Если вы будете так любезны, о-мавари-сан, я бы хотел позвонить в полицейский участок на станции Синагава, старшему офицеру полиции Ватанабэ.

Масаока удивленно моргнул:

– Арэксу-сан, сколько времени вы находитесь в Японии?

– Скоро будет уже две недели.

– И вас уже второй раз задерживает полиция?

– Нет, дело вовсе не в этом. Просто офицер Ватанабэ – мой знакомый.

– Знакомый?

– Если он сегодня дежурит, то он сможет подтвердить вам мою личность.

– Вот как… что ж…

Александр готов был сквозь землю провалиться от стыда, но другого выхода у него, похоже, не было: или он вновь побеспокоит своего «знакомого», или ему и правда придется сидеть в кобане на Итабаси по меньшей мере до окончания смены этих двоих. Он глубоко вздохнул, но на второй глоток кофе так и не решился и поставил стаканчик на край стола. Напарник Масаоки, явно никуда не торопившийся, что-то писал в своем «полицейском блокноте». Похоже, ночь обещала