Взгляд хищника - Оксана Олеговна Заугольная
Полина снова попыталась убедить себя, что это у неё извращённый ум и это она накручивает себя, но ничего не получалось. С щелчками – Полина буквально слышала их в голове, разные элементы мозаики вставали на свои места. И становилось понятно, почему ей так «повезло» – и даже внутренние органы оказались целы. А ведь Зверь бил её сильно. Он и не собирался её убивать. Он хотел причинить ей боль. И заставить испытывать всепоглощающий ужас. И потому он следил: у больницы, у подъезда.
Полине хотелось выйти из зала и крикнуть так громко, чтобы Зверь услышал:
«У тебя всё получилось! Я в ужасе! Оставь меня в покое!»
Её удерживало лишь то, что она могла ошибаться, и Зверь поджидал её в другом месте. Может, ещё не приехал в Вейск. Но приедет обязательно. Если он нашёл её спустя пять лет, изменившуюся и переехавшую от родителей, то и в Вейске он её найдёт.
Полина на мгновение испугалась, что маньяк может навредить её отцу, добраться до того, кто ближе. А они не общались довольно давно, и она понятия не имела, всё ли хорошо у родителей. Но потом Полина поняла, что маньяк уже навредил отцу: он настиг Полину, которую тот так берёг, и теперь Полина была далеко от родителей, и отец не мог рассчитывать, что Влад сумеет защитить её от всего.
Полина и сама теперь не очень верила в это. Да, он спас её однажды и – что куда важнее – спасал раз за разом от страхов, засевших в голове, но встретиться со Зверем… Теперь, когда Зверь настиг её даже в Вейске, Полина боялась, что её Влад проиграет ему.
– Что с тобой, Поля? – После йоги Олеся нагнала Полину, которая собиралась в этот раз не отстать от старушек из соседнего дома и дойти с ними. – Ты пропустила в субботу занятие, а сегодня ещё бледнее, чем в прошлый раз!
– Я… – Полина сглотнула. – Тороплюсь.
Олеся поджала губы.
– Я не понравилась твоему мужу, да? – спросила она. – Он хочет контролировать все твои знакомства, верно?
Полина разозлилась. Да что там говорить, она была просто в ярости. Почему люди постоянно думают, что всё связано именно с ними! Это совершенно не так! И вот что удивительно – ярость заставила отступить страх. И Полина иначе посмотрела на Олесю. Уверенная в себе, яркая и свободная. Полина понимала, почему тянется к ней, хотя та её одновременно раздражает. Она хотела быть как Олеся. И надеялась, что сможет стать такой, если подглядит, как Олесе удаётся быть такой. Но сейчас, когда она почти уверилась, что Зверь продолжает следить за ней своим безжалостным взглядом, она поняла, что подглядеть недостаточно.
– Я расскажу, – приняла она решение. – Если потом ты сможешь проводить меня до дома.
– Я ещё и в гости могу зайти, если хочешь, – уверила её Олеся, разом оживившись. – По понедельникам я свободна до обеда!
Полина мучительно пыталась вспомнить, кем работает Олеся, и не сумела. На секунду её кольнула вина. Она обвиняла других в том, что они думают только о себе, но разве сама Полина не такая же? Она думает только о Звере, о том, что сделает он, если настигнет её.
– Давай, – согласилась она, решив так проверить, как работает их «охрана» из соседей. Сообщат ли Владу, что к ней заходила подруга, отметят ли вообще? То, что они не заметят Олесю, Полина не рассматривала. Олеся была по-настоящему примечательной. – Но сначала в кафе посидим, да?
– С удовольствием, – расплылась в улыбке Олеся. – Попробуй в этот раз эклер, брауни ты тогда не доела.
Полина вздрогнула. Да, брауни они забрали домой, но Полина нервничала каждый раз, когда обнаруживала, что кто-то знает о ней больше, чем она готова была рассказать. Любая мелочь, которую кто-то запоминал о ней, приводила её в замешательство.
– Итак, – Олеся взяла сама напитки и десерты: «я угощаю», словно догадалась, что Полина в замешательстве – наличку она взять не сообразила, а карта по-прежнему была у мужа. Следовало попросить её обратно, но при условии, что Полина решит продолжать выходить, а не запрётся снова дома. – Рассказывай, что там у тебя.
Появилась шальная мысль пойти в полицию и рассказать всё как есть. Вейск – город маленький. Может, они ей и не поверят, но даже призрачный шанс поймать маньяка может оказаться достаточным, чтобы они выделили кого-то для расследования. Проблема была в том, что расследовать было нечего. Даже накрутившая себя Полина вынуждена была признать – в Вейске её никто до сих пор не нашёл.
Поэтому сложнее всего теперь было объяснить, что же там у неё.
– Несколько лет назад на меня напали. – Полина была рада, что заказала тропический чай. Его принесли в стеклянном чайнике, и теперь она могла смотреть на кружок апельсина, на палочку корицы или на две звёздочки бадьяна, сцепившиеся острыми лучиками. Так было проще говорить. Не смотреть на Олесю, не крутить головой по сторонам, опасаясь, что их подслушают. Просто смотреть на солнечный кружочек в янтарной жидкости и говорить.
Полина не знала, чего боялась больше – того, что Олеся её будет жалеть, или того, что она не поверит. Шансов, что она решит, будто Полина сама виновата, было мало, но Полина с некоторых пор не верила в статистику. Если плохое могло случиться, оно случалось. Это закон Мэрфи или кого-то другого? Полине было всё равно.
– Меня сильно избили и… – Полина отхлебнула чай, не чувствуя его вкуса и больно стукнувшись зубами о чашку. Зато вместе с чаем проглотила и лишнее признание. Хорошо. Рассказывать совсем всё Полина и не собиралась. Влад бы не одобрил и этого. – И я едва выжила. Влад буквально собирал меня по кусочкам. Но не все кусочки встали на свои места.
Она всё-таки подняла глаза на Олесю. Та выглядела ошарашенной, поражённой, но жалости в её глазах Полина не видела. Лишь толику сочувствия.
– Это многое объясняет. – Олеся откашлялась и покачала ложечкой в своей чашке. – Прости, но ваши отношения с Владом правда выглядят нездоровыми.
Полина машинально кивнула. Наверное, со стороны это могло показаться именно таким. Она не знала, но догадывалась, что такие близкие отношения, как у них с Владом, для окружающих выглядят непривычными.
