Новогодние приключения в Пузырьково - Надежда Александровна Рачкова

– Юлия, какими судьбами ты здесь оказалась? – тихим, но очень сердитым голосом спросил он.

– Я не могла пропустить такое приключение, – почти пропищала мама и ещё крепче сжала мою ладонь.

– Ладно уж, – смягчил тон Николай Иванович. – Как-нибудь вывернемся.

– На совете дозволяется присутствовать лишь тем, у коего дар волшебный раскрылся, – заявил старик в оранжевом шарфе.

Я запомнила, что именно он только что был в образе снежного существа из трёх круглых шаров и носа-морковки.

Николай Иванович не спешил с ответом. Он подошёл к нам с Юлькой, взял её и меня за руки.

– Вы мама и…

Я чуть сильнее сжала его руку. Николай Иванович почти незаметно кивнул – он всё понял. Юлька же не обратила на его слова никакого внимания или только сделала вид, что не обратила. Девочка внимательно следила за всеми сидящими за столом – видно было, что ей страшно.

Николай Иванович что-то тихо сказал и снова едва заметно топнул ногой.

– Здесь все обретаются по праву, – громко сказал он.

– По праву – это значит заслуженно? – зашептала Юлька.

– Помог малость, – тихо ответил ей Николай Иванович и подмигнул.

– Спасибо. – Юлька пыталась ещё что-то сказать, но совет начался.

– Какой вопрос на повестке дня? По какому поводу вы нас сегодня столь рано подняли? – спросила статная женщина в коричневом кардигане. Мне кажется, именно она была раньше с зелёными волосами.

– Я прошу разделить свои обязанности с братом, – уверенно заявил Николай Иванович.

– Неслыханно! Решение уже принято! – крикнул кто-то из зала.

Неужели это всё? Вот так просто отказали? Нет, я не ради этого так долго мёрзла.

– Нет! Вы не понимаете! Это жизненно необходимо! – крикнула я.

– И вообще, каждый имеет право делить свои обязанности с кем хочет, – добавила Юлька.

Все резко стали шептаться и как-то странно поглядывать на нас.

– Ваша воля. Допустим, мы согласны. Но есть тут одна загвоздка, – вступил в разговор Оранжевый Шарфик.

– Я весь внимание. – В голосе Николая Ивановича чувствовалась тревога.

– Вам же ведомо, что сей поступок грядущее изменить может. Вы прошлое меняете, – ответил дедушка-снеговик.

– Девочки, мы об этом не подумали. Нет, я не могу вами пожертвовать, – обратился к нам Николай Иванович.

Я обернулась и протянула к Юльке обе руки.

– Юль… – тихо начала я, голос дрожал от волнения. – Мы же из будущего. Если мы сейчас всё изменим… того будущего, которое нас создало, может и не стать. Мы… мы можем просто исчезнуть.

Я представила взрослую маму-Юльку, которая в этом новом, исправленном времени никогда не будет меня ждать, не будет держать за руку перед сном. А папа не будет учить меня кататься на велосипеде.

Она смотрела на меня не отрываясь.

– Я тоже об этом подумала. – Её голос был едва слышен.

– Но если мы всё сделаем правильно, – я сжала её ладонь, – то наше будущее, будущее всех людей станет лучше! Новогоднее волшебство вернётся!

– Да, – ответила Юлька. – Я представляю, как наряжаю ёлку, а на кухне пахнет мандаринами и песочным печеньем… Этого… этого же нельзя лишиться. Ни за что на свете! Если от нас зависит, будут ли сиять огни на новогодних ёлках и будут ли верить дети в чудеса… Разве у нас есть выбор? Мы должны это сделать.

– Я согласна! Исчезну – значит, так и нужно. – Я нисколько не сомневалась в своём решении.

– Я тоже. Побыла несколько минут волшебницей – и хватит, – уверенно произнесла Юлька.

Николай Иванович несколько секунд смотрел на нас с сомнением, но в итоге кивнул, и тут же на столе появился огромный свиток.

– Извольте расписаться, – скомандовал совет, – и после скрепления договора за Новый год будут отвечать братья Морозовы, а не Дед Мороз.

Николай Иванович снова посмотрел на нас, словно прощаясь, и поставил свою подпись на документе.

– Совет завершён. Постановление вступит в силу сегодня в двенадцать ночи. Все свободны, – скомандовала женщина в кардигане.

И всё исчезло. Я не поняла, как так получилось, но уже через несколько секунд мы с Юлькой и Николаем Ивановичем стояли на площади у новогодней ёлки.

– Вот и всё? – спросила я, ни к кому не обращаясь.

Ответом мне была тишина.

Я смотрела на пушистые ветки, наблюдала, как искрится снег в лунном свете, и старалась запомнить всё до мельчайших подробностей.

– А чего это мы такие грустные? Аж смотреть противно! – На большом сугробе около ёлки стояла шишига.

– Шишига Банновна? – Я так обрадовалась, словно мне только что подарили самый желанный подарок.

– Она самая, собственной персоной. Не видишь, что ли, неумная девочка? – Жительница бани снова встала в свою любимую позу ласточки.

– Как вы здесь оказались?

– Соскучилась. Давайте уже собирайтесь. По домам пора. Николай Иванович, заводи свою шарманку.

«Неужели эта история сейчас закончится? Как-то быстро. А что, если возвращения не получится или мы вернёмся, а там всё не так?» – подумала я и сама испугалась своих мыслей.

– Ты уверена про возвращение? – Голос одного из братьев Морозовых звучал встревоженно. Не ясно же, что их там ждёт.

«Он что, мои мысли прочитал?»

– Я там была. Всё хорошо. Заводи уже. Холодина тут у вас! – Шишига Банновна одёрнула свою яркую шубку.

Глава 30. Возвращение

Николай Степанович снова топнул, и мир вокруг нас завертелся. Кольца воображаемой пирамидки стали возвращаться. Юлька сначала держала меня за руку, но потом отпустила.

– Мальвина, я, кажется, спускаюсь! – закричала она. – Мы ещё встретимся?

– Очень на это надеюсь, – только и успела ответить я, и вихрь толкнул меня куда-то с ещё большей силой.

Стало страшно. Что меня ждёт после возвращения? Эта мысль, как холодный змей, обвивала горло. Что, если время исчезло? Вдруг временной портал не выдержал моего скачка и схлопнулся, оставив на месте привычного мне мира пустоту? Или ещё хуже – там произошли изменения. Как тогда будет выглядеть мой дом, останется ли всё прежним – или вместо родных стен меня встретят незнакомая обстановка и чужие люди?

Колени у меня задрожали, а руки вспотели.

– Не крутись, я сзади за капюшон твой держусь, – командным голосом заявила мне Шишига Банновна.

На душе сразу стало намного спокойнее. Куда приятнее путешествовать вдвоём.

– Кажется, мы снижаемся, – предупредила я мою спутницу, когда воображение нарисовало уже полную пирамидку, а потоки воздуха немного ослабли.

Раздался щелчок, и ноги почувствовали твёрдую поверхность.

«Почта», – прочитала я на вывеске. Посмотрела на руки – на месте, на ноги – тоже всё в порядке. Я не исчезла, я вернулась. А это значит, что и мама-Юлька смогла попасть в своё время. Слёзы начали катиться