Один на рассвете - Ден Шиллинг

сильным или «водоплавающим». Те, кто осознавал ошибочность своего выбора, страдали меньше. Чтобы уйти оттуда, достаточно было просто об этом сказать. Инструкторы — опытные «пиджеи» и боевые диспетчеры, специально отобранные для этого курса, — были известны тем, что подмечали человеческие слабости или же слабых личностей, и обращали на них особое внимание. Иногда для того, чтобы «проредить стадо», они мучили всю группу новичков занятиями в грязевой яме до тех пор, пока кто-нибудь не уходил.

К первому дню занятий в начале сентября инструкторский состав сократил число кандидатов до приемлемых семидесяти человек, среди которых оказались и Джо с Джоном.

Курс «О-Эль» включал в себя семь недель физической подготовки и тестирования, а также базовых учебных дисциплин, таких как физика подводного плавания, которые в основном служили для того, чтобы занять кандидатов на час-другой каждый день и дать им возможность восстановить физические силы. С каждой неделей занятия становились все сложнее, интенсивнее, и продолжительнее.

Каждое утро начиналось с изнурительной гимнастики, после чего следовал кросс на дистанцию от трех до шести миль, или спринтерский бег на близлежащей дорожке. Но хуже всего были тренировки в бассейне. Каждый день после обеда курсанты на собственном опыте убеждались в том, насколько для человеческого организма необходим кислород. Занятия в бассейне состояли из целого ряда различных упражнений, направленных на укрепление разума и тела, — а также на отделение сильнейших от всех остальных. В человеческом организме нет иной настолько сильной движущей силы, чем потребность в кислороде, она превосходит все остальные мысли, — это инстинкт в абсолютном смысле этого слова. Заставить себя преодолеть физиологическую потребность дышать — значит овладеть собой. И на курсе «О-Эль» придумали надежные способы проверки этой гипотезы.

Первым упражнением на кислородное голодание было «подводное плавание» — нужно было проплыть бассейн олимпийского размера под водой, затем коснуться дальней стенки и спринтерски вернуться по поверхности вольным стилем. Упражнение выполнялось восемь раз с уменьшающимися интервалами на отдых между подходами, чтобы не дать организму времени для полного восполнения запасов кислорода. Выход на поверхность даже единожды во время этих повторов означало провал и немедленное снятие с курса. Еще одним любимым упражнением инструкторов была «защита от утопления», когда перед тем, как столкнуть курсанта в бассейн, ему связывают руки за спиной. При этом он должен оттолкнуться от дна бассейна двенадцатифутовой (3,7 метра) глубины, вынырнуть на поверхность и сделать вдох, повторяя упражнение в течение пяти минут — больше искусство, чем наука. Удержаться на плаву без помощи рук невозможно, а те, кто пытается барахтаться на поверхности, в любом случае терпят неудачу.

Потом пошли т. н. «переходы» или «кроссоверы». Это слово вселяет животный страх в каждого, кто хоть раз их выполнял. Они начинаются на третьей неделе обучения, после того как курсанты с помощью других упражнений привыкнут к кислородному голоданию. Из всех жестоких водных пыток кроссоверы были, безусловно, самыми суровыми, но их выполнение являлось обязательным условием для успешного прохождения курса.

Каждый курсант надевал на себя акваланг, состоящий из пары стальных баллонов объемом 80 куб. футов[15], не имевших регуляторов дыхания, которые для выполнения упражнения были и не нужны. Потом все надевали маску и ласты, пристегивали к поясу шестнадцатифунтовый (7,3 кг) пояс с грузом, и, наконец, опускались на глубокую часть бассейна, выстраиваясь вплотную вдоль стенки, держась за нее одной рукой. После этого давалась подготовительная команда: «Приготовиться к переходу» — сигнал к тому, чтобы сделать последний большой глоток воздуха. Через мгновение раздавалась команда: «Переход!». Все курсанты ныряли на дно и, коснувшись его, начинали изо всех сил двигаться к противоположной стенке. Одновременно оттуда к ним навстречу перебирала ластами такая же группа. Обе группы встречались посередине, одна из них должна была «подняться» выше, то есть переползти через «нижнюю» группу, после чего обе продолжали свой путь к дальней стенке. Только когда курсанты достигали ее, им разрешалось оттолкнуться от дна и подняться вверх, к ожидавшему их далекому и такому драгоценному воздуху.

Задыхавшиеся парни, проползая мимо друг друга, хватая ртом воздух, выныривая на поверхность с каждой из сторон бассейна. Так повторялось восемь раз, с уменьшением интервалов между переходами с сорока пяти до тридцати секунд. Для усиления беспокойства инструкторы находились в бассейне вместе с курсантами, чтобы подстраховать на случай, если они начнут тонуть, а также для того, чтобы поиздеваться над ними, иногда срывая маски с лиц для усиления паники. В иных случаях инструкторы набирались на спину курсанта, держась за клапанный блок баллонов, и «проплывали» таким образом несколько метров, создавая невероятное дополнительное сопротивление, заставляя курсанта ползти ради спасения своей жизни.

Пока очередная группа курсантов замерзала в холодной воде на мелкой части бассейна, ожидая своей очереди, инструкторы подбадривали задыхающихся людей. «Давай, ты же знаешь, что хочешь уйти отсюда». «Все заканчивается, и тебя ждет отличная работа в ВВС. Просто сдайся» Иногда, когда они чувствовали, что кто-то близок к срыву или особенно ноет, инструкторы стаей набрасывались на испуганного курсанта:

— Давай, говори заветные слова! Просто скажи!

— Я ухожу.

При этих словах, иногда произносимых тихо и кротко, иногда выкрикиваемых в ответ в форме открытого неповиновения, лицо инструктора менялось. Исчезали яростный гнев и вызов, на их месте появлялся спокойный и рассудительный человек с простым указанием:

— Переходи на мелководье бассейна, снимай снаряжение и отправляйся в административный отдел.

Джон, будучи лидером курсантов, наблюдал, как другие молодые люди, почти все моложе его, пропускали обед. Сжигая тысячи калорий в день, они нуждались в каждом углеводе, который могли получить, но бассейн выжимал из них последние силы. У других, кто пытался получить столь необходимую порцию питания, вместо этого от волнения возникала рвота в казарме перед бассейном. Некоторые иногда выходили из воды, чтобы проблеваться, или их просто выворачивало у стенки.

В бассейне парни доходили до точки невозврата, теряли в воде сознание, и инструкторы вытаскивали их на поверхность и приводили в чувство. Когда они приходили в себя, им предлагался выбор: «Возвращайтесь в бассейн или отправляйтесь в раздевалку». Ежедневные занятия в бассейне, включавшие в себя завязывание под водой узлов (серия узлов, которые нужно было выполнить на одном вдохе) и «совместное дыхание» (студенты работали на одной трубке, делясь друг с другом воздухом, а инструкторы мешали им дышать, пытаясь их разнять, и если им это удавалось, то это был провал), день в бассейне завершался заплывом вольным стилем или с ластами на дистанцию от 1500 до 4000 метров.

На суше дела обстояли немногим лучше. Пытки в грязевой яме, тысячи дополнительных отжиманий и подтягиваний, «мотивационные» пробежки —