Один на рассвете - Ден Шиллинг

и, мечтая о службе в ВВС, устроился на работу механиком и водителем ремонтной машины. Затем, в третью неделю августа 1985 г., Джон был зачислен на службу в ВВС. Пообещав матери, что попробует что-то «более безопасное», он выбрал службу в качестве специалиста по информационным системам. С Лори он был чуть более откровенным: «Мне нужно что-то бóльшее, чем просто жизнь в Виндзор-Локсе. Я хочу увидеть мир; я не могу оставаться здесь».

В Техасе, на базе ВВС Лэкленд для всех новобранцев проводился отбор в группу боевого управления авиацией, где оказался и Джон. Несмотря на то, что по контракту с ВВС он должен был пройти базовую подготовку на техника по информационным системам, служба боевого управления ВВС имеет право набирать курсантов из числа любых подходящих новобранцев, и в случае заинтересованности поменять военно-учетную специальность и попробовать себя в роли боевого диспетчера может любой квалифицированный кандидат. Для зачисления курсанты должны были пройти медосмотр на соответствие требованиям ВВС по 2-му классу, и сдать нормативы по физической подготовке и выносливости (PAST)[10]. Всего один просмотр видео, на котором боевые диспетчеры прыгают с самолетов, ездят на мотоциклах, занимаются подводным плаванием, корректируют авиаудары и совершают высадку на посадочной площадке вызвал у Джона чувства волнения и желания.

Однако он дал обещание матери и должен был сдержать его, поэтому быстро выкинул из головы мысли о службе боевого управления. Пройдя базовую и техническую подготовку на авиабазе Кислер (штат Миссисипи), Джон в феврале 1986 года прибыл к месту своей первой службы на авиабазу Лоури (г. Аврора, штат Колорадо). Там он по максимуму использовал возможности своей новой жизни и военной карьеры, наслаждаясь службой в ВВС, но вскоре к нему вернулось желание сотворить «что-то бóльшее». К сожалению, теперь он был связан своей работой минимум на три года, прикованный к клавиатуре и монитору, однако к концу 1988 года Джон все-таки решил попробовать и перейти в боевые диспетчеры.

Он не очень внимательно следил за этой службой, ему мало что было известно о Гренаде, а также о «Пустыне-1» и о войнах в Лаосе и Вьетнаме, но Джон поклялся выучить все, что нужно, и упорно готовился к прохождению теста PAST. Решив, что он выполнил обещание, данное маме, послужив поначалу в более безопасном месте, он по истечении трех лет службы подал документы на переподготовку. Ему нужно было только одно — доказать, что он может сделать что-то такое, что даст ему шанс попасть в число одного процента лучших военнослужащих.

Весной 1989 г. его зачислили на курс, и летом он вернулся на базу ВВС Лэкленд, чтобы пройти начальный курс боевого управления ВВС — неофициально называемый «индок»[11] — самую суровую школу начальной военной подготовки, в которой отсеивается большинство добровольцев. Он знал, что до конца курса не доходят 90 процентов ребят, которые пытаются пробиться в боевые диспетчеры. Он не понимал, что означает 10-процентный успех для тех, кто не смог или не захотел пройти обучение, но было ясно, что впереди много опасностей и неизвестностей. И все же это был всего лишь первый из десяти курсов, которые ему предстояло пройти в сухопутных войсках, на флоте и в ВВС, чтобы стать квалифицированным боевым диспетчером. И все это растянется на долгие полтора года.

*****

За годы, прошедшие с момента вторжения в Гренаду и до поступления Джона Чепмена на курс боевых диспетчеров, жизнь Майка Лампе и «1-го отряда» претерпели значительные изменения. К 1989 году Лампе получил звание главного мастер-сержанта, и он стал самым старшим сержантом подразделения (самая высокая должность в эскадрилье ВВС). «Тренер» получил повышение и перешел на другую должность, а само подразделение сменило несколько названий, чтобы скрыть свою принадлежность и предназначение[12]. Новый командир, майор Крейг Бротчи, внедрил в отряде официальный процесс отбора, который чем-то напоминал таковой в отряде «Дельта», но с одним явным отличием: в отряд «Дельта» мог попасть любой военнослужащий, независимо от уровня своей подготовки, в то время как к зачислению в состав теперь уже 1724-й эскадрильи специальной тактики (неофициально называемой «Холмом», по месту своей дислокации в расположении ОКСО на территории авиабазы Поуп), рассматривались только добровольцы, являвшиеся действующими боевыми диспетчерами, имевшими двухлетний опыт службы в боевых условиях и рекомендацию своего командира.

Летом 1989 года, когда Чепмен прибыл на свой «индок», возник очередной кризис. Панамский диктатор Мануэль Норьега проигнорировал результаты президентских выборов в стране, решив остаться у власти и одновременно поуправлять своей прибыльной империей по перевозке кокаина. К 15-му декабря Норьега, возможно находившийся под воздействием своего продукта, заявил, что его страна находится в состоянии войны с США. На следующий день панамские силы обороны застрелили лейтенанта морской пехоты США, а затем напали на офицера спецподразделения ВМС и его жену, применив физическое насилие. Семнадцатого декабря президент Дж. Буш-старший подписал директиву о проведении боевой операции по вторжению в Панаму с кодовым названием «Правое дело».

Шестнадцатого декабря Майк Лампе находился дома, когда у него запищал пейджер. Его сыновья, увидев по телевизору новости, попытались удержать отца от отъезда, но тот пообещал, что вернется вовремя, чтобы отвезти семью на запланированные рождественские каникулы в Нью-Гэмпшир.

В расположении подразделения он узнал, что операция, которую они отрабатывали раз семь, получила зеленый свет. И вновь руководить вооруженным вторжением Америки предстояло ОКСО (руководство страны со времен Второй мировой войны отказывалось от официального объявления войны, предпочитая проводить «именные операции») — на этот раз крупнейшей со времен Второй мировой войны воздушно-десантной операцией. И по уже заведенной традиции, группы боевого управления ВВС должны были начинать военные действия раньше, чем остальные подразделения Командования.

Двадцатого декабря, сразу после полуночи, в районе аэропортов Рио-Хато и Омар Торрихос (Токумен) появилось тридцать самолетов С-130. В числе первых парашютистов, выходивших из головного самолета с целью захвата этих аэропортов, были «охотники за мотоциклами» — так называли боевых диспетчеров, прыгавших вслед за мотоциклами, сбрасываемыми для расчистки взлетно-посадочных полос от препятствий. Их девизом стала фраза «Первые там». Однако прежде, чем кто-либо прыгнул на летное поле, на Омар Торрихос тайком проникли трое диспетчеров, чтобы выяснить и оценить состояние аэропорта, а затем управлять воздушным движением при вторжении.

На тот момент это была самая крупная боевая операция с участием боевых диспетчеров в истории, а потребности в личном составе групп боевого управления ВВС были настолько высоки, что 1724-я эскадрилья была вынуждена привлечь для своих целей личный состав из 1723-й эскадрильи специальной тактики ВВС, дислоцировавшейся в Херлберт-Филд, в штате Флорида.

Как и было запланировано, в течение