Моисей. Жизнь пророка - Джонатан Кирш
«Мы поймем, является ли ребенок мудрее, чем подобает его возрасту, – объяснил старик. – Если он протянет руку к золоту и драгоценным камням, значит, он, безусловно, не по годам наделен мудростью и сообразительностью – он действовал с умыслом и, следовательно, заслуживает смерти. Но если он схватит раскаленные угли, то его поступок был всего лишь результатом детского каприза, и он невиновен».
Фараону понравилось предложение старика, и Валаам не видит смысла противиться проверке. По приказу фараона приносят две чаши и ставят их на холодный каменный пол, на котором теперь сидит Моисей, с любопытством наблюдая за происходящим. Чаши с ярким содержимым привлекают внимание ребенка. И Моисей делает свой выбор – он наклоняется вперед и тянется пухлой ручкой к одной из чаш, в то время как все наблюдают за ним в напряженной тишине.
Гавриил тоже наблюдает и видит, что малыш Моисей тянется к чаше с драгоценностями. Если ребенок схватит драгоценный камень, его предадут смерти. И тогда астральная сущность покинула тело старика, говорится в истории, и метнулась к сидевшему на полу Моисею. Неслышно и незримо Гавриил оттолкнул руку Моисея от чаши с драгоценными камнями и подвел к чаше с горящими углями. Ребенок хватает большой раскаленный кусок угля, засовывает его в рот, прижигает язык и, вскрикнув от боли, выплевывает уголь на пол.
«С тех пор Моисей стал косноязычным», – объясняют раввины немощь Моисея, которая обнаруживается в Библии. А в данный момент полученный ожог достиг своей цели: Моисей признан невиновным, и его жизнь в очередной раз была спасена. С этого дня, уверяют нас рассказчики, маленькому Моисею не грозила опасность со стороны фараона: «Бог обратил царя мыслями к милосердию».
Но на советников царя не произвели большого впечатления неоднозначные результаты проверки, и они продолжали с подозрением рассматривать ребенка. Приемная мать Моисея, слишком хорошо знавшая, как завистливые царедворцы умеют добиваться своего, решила держаться подальше от дворца и толпы махинаторов. Она спрятала Моисея в своих покоях, сообщает предание, и занялась его воспитанием, чтобы однажды он смог занять престол ее отца.
Посвященные и тайное знание
В еврейской Библии ничего не говорится об обучении и воспитании маленького Моисея при дворе фараона, но одна строка в Новом Завете позволяет сделать интересное предположение, что он был посвящен в таинство мистерий Древнего Египта, и это изменяет наше представление о Моисее – если раньше мы считали его обычным, благочестивым человеком, то теперь он предстает кем-то вроде мага.
«И научен был Моисей всей мудрости Египетской, и был силен в словах и делах» (Деян., 7: 22).
Столь же интересная информация содержится в сочинениях Филона и Иосифа Флавия, которые, возможно, были современниками Иисуса из Назарета, и в раввинских легендах и преданиях, собиравшихся на протяжении их жизни. «Бития не жалела средств, чтобы дать приемному сыну образование, как подобает царевичу, – говорится в одной истории. – Учителя дали ему обширные знания и обучили мудрости египтян, и вскоре мальчик даже превзошел в знаниях своих учителей».
По словам Филона, воспитателей собирали со всего Египта и соседних с ним земель и даже из далекой Греции, хотя, сообщает он, греки соглашались ехать в Египет только потому, что не могли устоять перед «соблазном больших подарков». Слух, распространившийся по всему Древнему миру, об одаренном ребенке, родившемся в семье фараона, побуждал учителей и ученых по собственной инициативе отправляться в Египет, чтобы предложить свои услуги. Благодаря этому Моисей был посвящен не только в магию Древнего Египта, но и получил обширные знания по разным предметам. «Ученые египтяне преподавали ему арифметику, геометрию, размер, ритм и гармонию. Они же научили его философии, выраженной символами в так называемых священных писаниях», а учителя из соседних стран обучали его «ассирийской литературе и халдейской науке о небесных телах». Моисей владел языком каждого из семидесяти народов, которые, считалось, составляли Древний мир. По иронии судьбы, главными учителями мальчика, как предполагали раввины, были Ианний и Иамврий, сыновья кровожадного Валаама.
Моисей был исключительно одаренным учеником, который «приобрел знания так легко, словно ему надо было только вспомнить то, что он уже учил раньше». Его сердце и ум, похоже, непроизвольно отвергали все представления о зле, и он приучил себя вести простой образ жизни среди окружавшей роскоши царского дворца. «Роскошная жизнь при египетском дворе предлагала приемному сыну принцессы множество соблазнов, но Моисей упорно отказывался от развлечений и греховных удовольствий, – повествует Мидраш. – На лбу он носил царскую диадему, но его сердце заполняли благородные и чистые чувства, и великие мысли заполняли его разум».
Здесь в очередной раз чистый и безупречный Моисей, которого представляли греко-римскому миру как благочестивого человека и даже, возможно, как самого Бога. «Он победил все страсти, легкой жертвой которых становится праздная молодежь, выросшая в богатстве и роскоши», повествует одна история, «поэтому все его друзья… охотно верили, что у молодого еврея божественное сознание, и даже его тело состоит из божественных частей». Согласно эллинистической версии жизни Моисея, которая нашла отражение в сочинениях Филона и Иосифа Флавия, «Моисей никогда не жил и не действовал, как остальные смертные, поскольку превосходил всех людей благородством и возвышенностью чувств».
Филон, например, представляет Моисея чуть ли не аскетом. Он был умерен в еде, жирной, экзотической, разнообразной, которая предлагалась фараону и членам его семьи на торжественных обедах, – «он никогда не доставлял желудку удовольствие сверх необходимой дани, которую природа назначила выплатить ему», – и «не доставлял удовольствия органам внизу живота», стоически игнорируя все приступы сексуального влечения, которые, вероятно, испытывал. Моисей, будучи молодым человеком, «не позволяет юношеским страстям разгуляться в полной мере», уверял Филон своих читателей, несмотря на то что жизнь в царском дворце предлагает ему «десять тысяч возможностей», чтобы предаться удовольствиям плоти. Моисей является примером «воздержания и самоотречения», делает вывод Филон, и он удовлетворяет потребности сердца и души, но не тела.
Однако во всех, даже самых восторженных текстах, похоже, допускается возможность, что Моисей испытывал вожделение и страсти, свойственные обычному человеку. Даже Филон предположил, что принц Моисей, такой сильный и красивый, считал необходимым «насильно» подавлять свои плотские потребности, словно признавая, что Моисей не только из плоти и крови, но и страстный человек. В некоторых религиозных текстах можно прочесть между строк слабый намек на то, что внутренняя природа Моисея не столь божественная. Сам факт того, что Моисей был адептом, посвященным в тайные мистерии Древнего мира, предполагает, что он был скорее магом, чем строгим монотеистом.
