Один на рассвете - Ден Шиллинг

Первое испытание бойцов «Бренд X» и отряда «Дельта» перевернуло представление о зарождающихся подразделениях специальных задач. В глубокой тьме американцы сталкивались с одной проблемой за другой. Когда приземлился первый самолет, из ниоткуда неожиданно появился автобус с иранцами, и рейнджерам не оставалось ничего другого, как задержать и взять их под охрану. Затем восемь вертолетов RH-53 морской пехоты (не приспособленных к работе в условиях пустыни), которые должны были доставить штурмовую группу в Тегеран, один за другим выходили из строя при полете со своего носителя, с авианосца «Нимитц».

Лампе и группа боевого управления авиацией как раз приводили в порядок взлетно-посадочные полосы на берегу озера, когда произошел очередной косяк. Контрабандист, перевозивший топливо по грунтовой дороге, натолкнулся на рейнджеров, которым было приказано охранять периметр аэродрома. Когда контрабандист не остановился, они выпустили по нему противотанковую гранату LAW, и топливо в грузовике взорвалось, озарив ночь огненным шаром высотой в сто футов.

Потихоньку стали подтягиваться вертолеты морской пехоты. «Мы ждали все борта, когда наконец еле-еле приземлился шестой. При посадке оказалось, что вертолет не исправен — у него отказала гидравлическая система. Нам сообщают, что это крайний вертолет. И вот мы на плато, на горизонте все еще горит грузовик контрабандистов, под прицелом сидит полсотни растерянных иранцев, вокруг кромешная тьма, а у нас всего пять вертолетов, хотя всем известно, что наш абсолютный минимум — это шесть». Лампе остановился на минуту, решая, что делать дальше. «Решение принято. Собирайте вещи! Мы возвращаемся домой!»

Для эвакуации с площадки одному из MC-130 потребовалось топливо с воздушного танкера EC-130, поэтому двум вертолетам нужно было переместиться. Лампе вспоминает, что произошло дальше: «Я стою в сотне ярдов от вертолета, когда тот набирает высоту, вновь вздымая тучу песка, поэтому пришлось отвернуться в сторону. Краем глаза наблюдаю, как он теряет высоту и его начинает сносить. И тут раздается взрыв. Повсюду все еще висит пыль, но я вижу огромный огненный шар (вертолет врезался в топливозаправщик EC-130). Самолет сгорел, полностью. На нем уже были закреплены топливные шланги, и внутри сидели стрелки «Дельты». Помню, как люди просто выпрыгивали из правого десантного люка».

В самый разгар катастрофы Лампе и остальным, включая отряд «Дельта» и экипажам самолетов C-130, удалось забрать пострадавших и погрузить всех на оставшиеся самолеты MC-130. Улетев в безопасное место, Майк не мог не задаться вопросом: «Оставили ли мы кого-нибудь? Мы точно оставили экипаж, своих боевых товарищей». Таков был печальный конец первой настоящей контртеррористической операции Америки, за которую пришлось заплатить жизнями восьми морских пехотинцев и летчиков. Для бойцов подразделения «Бренд Х», преодолевших трудности и успешно выполнивших свою задачу на полевом аэродроме, это был триумф над пренебрежением со стороны ВВС, но веха эта имела горько-сладкий привкус. Однако боевые диспетчеры были уверены, что продемонстрированные боевые возможности подразделения позволят им и дальше развиваться наравне с отрядом «Дельта».

*****

Том Аллен служил в Виндзор-Локсе тихим и скромным полицейским, и в 1977 году вызвался тренировать команду по прыжкам в воду городской средней школы, в которой учился старший брат Джона Кевин. Джон тогда учился в восьмом классе и наблюдал за тем, как Кевин учится выполнять прыжок за прыжком на метровом трамплине. Брат был очень настойчивым, и это привлекло внимание парня. Он решил присоединиться к школьникам в их тренировках, и спросил подошедшего к его отцу тренера Аллена, что тот думает по этому поводу. «Он лучший спортсмен в школе», — произнес отец, имея в виду своего третьего ребенка, поэтому Том разрешил Джону тренироваться. Таким образом, когда Джон пришел в команду новичком, у него было преимущество перед прыгунами из других школ, и даже из колледжей.

В первый год Джон быстро сдружился со своим товарищем по команде Майклом Дюпоном, занимавшимся второй год, и на протяжении последующих двух лет Джон с Майклом подталкивали друг друга к более высоким и лучшим результатам, чередуя первые и вторые места на соревнованиях. Как и все великие тренеры, Том понял, что его двум лучшим прыгунам не требуется особого руководства, поскольку соревновательный дух и чувство товарищества вдохновляли их сильнее, чем что-либо. Майкл так вспоминает о своем друге: «Когда мы ныряли вместе, он вселял в меня стремление к победе. Больше всего мне нравилось, когда на второй год мы постоянно чередовались в установлении новых рекордов по прыжкам в воду. Сначала он ставил рекорд, затем я его бил, и так до бесконечности. Мне кажется, что он до сих пор является рекордсменом по количеству набранных очков».

Постепенно совершенствуясь, Джон занимался прыжками в воду все четыре года обучения в школе. В первый год он занял пятое место на чемпионате штата, а на следующий год — третье. На третий и четвертый год он вышел на первое место, став лучшим прыгуном штата Коннектикут и первым прыгуном такого уровня в истории средней школы города Виндзор-Локс.

Джон выпустился в июне 1983 г. и сразу же поступил в Университет штата Коннектикут — казалось, что жизнь распланирована. В качестве основной специализации он выбрал инженерное дело и вошел в состав университетской мужской команды по прыжкам в воду, заняв первое место на своем курсе на однометровой доске и третье — на трехметровой. Он полагал, что будет соревноваться на протяжении всей учебы, получит диплом, найдет подходящую жену, затем подходящую работу, и все в его жизни встанет на свои места.

*****

Двадцатого октября 1983 г., когда Джон погружался в свои первые занятия по инженерному делу и вместе с тем в университетский бассейн, «тренер» Карни, сидя в четверг вечером у себя дома в Фейетвилле, в Северной Каролине, наслаждался пивом и вечерним футболом по телевизору. Команда «Флорида Стэйт» громила «Луисвилл», когда вдруг зазвонил телефон: это был оперативный отдел штаба Объединенного командования специальных операций США (ОКСО) из соседнего Форт-Брэгга — командующий, генерал-майор Дик Шолтес, приказывал Карни срочно прибыть к нему. Оставив «Луисвилл», который уже и так проигрывал со счетом 51:7, он в 22.00 прибыл в строго охраняемый комплекс штаба ОКСО, где генерал и его подчиненные изучали карты и спутниковые снимки небольшого острова под названием Гренада.

*****

Тремя годами ранее, летом 1980 г., сразу после «Пустыни-1», «Тренер» давал показания на заседании комиссии Холлоуэя, в результате работы которой было создано новое Объединенное командование специальных операций США, в состав которого вошел