Темная сторона Земли. История о том, как советский народ победил Советский Союз - Михаил Викторович Зыгарь

Это очень символичные слова, потому что в новой администрации бдительность немедленно берет верх над надеждой. Внешнеполитическая команда Буша полагает, что Рейган был слишком наивен, а госсекретарь Шульц и вовсе все время шел на ненужные уступки. Главный специалист по СССР в новой администрации — это Роберт Гейтс, известный своим недоверием к Горбачёву. Теперь он заместитель советника по национальной безопасности. Его начальник генерал Брент Скоукрофт в целом разделяет все предубеждения. Он уверен, что перестройка — это лишь операция прикрытия, на самом деле ветераны из политбюро по-прежнему крепки, они ждут лишь обновления системы и «вряд ли они ошибаются».

Буш, с которым Горбачёв недавно так мило общался во время своего визита в ООН, уклоняется от встречи и пишет генсеку письмо, которое в качестве почтальона отвозит в СССР Генри Киссинджер. В послании он предупреждает, что ему понадобится некоторое время, чтобы выработать свою новую внешнюю политику.

Горбачёв, который поначалу устанавливал дистанцию в отношениях с Рейганом, пишет Бушу очень откровенный ответ — как старому другу: «Я руковожу странной страной. Я пытаюсь вести свой народ в направлении, которого он не понимает, и многие не хотят идти в этом направлении. Когда я стал генеральным секретарем, я думал, что к настоящему моменту перестройка уже будет завершена. На самом деле экономическая реформа только началась».

Посол США Джек Мэтлок в своей депеше, которую отправляет в Вашингтон в феврале 1989 года, формулирует ту же мысль, но еще жестче: «Можно сказать, что Советский Союз фактически объявил о своем банкротстве, и это нельзя отыграть назад».

Буш никак не реагирует на откровенность Горбачёва — и осознавать это для советского лидера очень болезненно. Внешняя политика — это конек Горбачёва, единственная его отдушина, он уже привык быть популярным во всем мире. А тут новый президент США не отвечает ему взаимностью, а еще глава КГБ Крючков постоянно докладывает, что все это неслучайно: будто бы в ЦРУ создана специальная группа, цель которой — дискредитация перестройки и генсенка лично. И возглавляет эту группу давний критик Горбачёва Роберт Гейтс.

Мастер и аятолла

15 февраля 1989 года намечается историческое событие. Последний советский солдат должен покинуть Афганистан — СССР официально завершает вывод своих сил из страны. Эта война началась десять лет назад, и довольно скоро мусульмане во всем мире стали воспринимать противостояние с Союзом как религиозное: это джихад против атеистической советской империи.

Но накануне происходит другое событие, которое отмечает начало новой религиозной войны: между исламским миром и Западом. 14 февраля 1989 года духовный лидер Ирана имам Хомейни издает фетву с требованием убить любого, кто причастен к публикации романа «Сатанинские стихи», написанного британским писателем Салманом Рушди.

Рушди — иммигрант, но вовсе не из Ирана. Он родился в мусульманской семье в индийском Бомбее (сейчас Мумбай), когда эти земли еще были частью Британской империи. В 1961 году, когда Рушди было 14 лет, он переехал в Англию, учился в частной школе-интернате, потом — в Кембридже и работал копирайтером в рекламном агентстве Ogilvy.

В 1981 году Рушди получил всемирную славу — и Букеровскую премию за роман «Дети полуночи». Впрочем, он не просто литератор, а убежденный провокатор. Он считает, что писатель обязан быть антагонистом государства. В «Детях полуночи» он оскорбляет премьер-министра Индии Индиру Ганди, в следующем романе «Стыд» издевается над бывшими и нынешними руководителями Пакистана.

При этом он очень политизированный писатель с репутацией антизападника: поддерживает исламскую революцию в Иране, критикует американскую внешнюю политику, называет США «бандитом, который притворяется шерифом», а Маргарет Тэтчер — Mrs. Torture (Миссис Пытка).

У Рушди есть любимый русский писатель, и это вовсе не Александр Солженицын. Это куда менее известный на Западе Михаил Булгаков, автор романа «Мастер и Маргарита». Именно под влиянием этой книги Рушди пишет «Сатанинские стихи», о чем он сам многократно будет заявлять. Фактически это современное переложение «Мастера и Маргариты».

Действие романа Булгакова происходит в современной автору Москве 1930-х, куда заглядывает дьявол, и параллельно в Иерусалиме первого века, незадолго до распятия Иисуса Христа. В романе Рушди действие тоже разворачивается в двух временах и местах: в современном автору Лондоне, куда прибывают дьявол и ангел, и в Мекке седьмого века, в момент откровения пророка Мухаммеда. Для обоих авторов дьявол — это вовсе не абсолютное зло. Куда более страшное зло для них — это окружающая их реальность Москвы и Лондона.

Роман Булгакова не был опубликован при его жизни: автор умер, так и не завершив его. Сталин был очень внимательным читателем Булгакова и лично запрещал почти все его произведения, но «Мастера и Маргариту» он, к счастью, никогда не увидел.

Насколько проблемный объект для вдохновения выбрал себе Рушди, становится ясно сразу после публикации «Сатанинских стихов». Книга выпущена в Великобритании в конце сентября 1988 года и тут же запрещена в Индии, затем в Бангладеш, Судане, ЮАР, Шри-Ланке, Малайзии и Брунее. В конце февраля 1989 года книга должна выйти в США. 12 февраля в столице Пакистана Исламабаде собирается 100-тысячная демонстрация протеста. Митингующие атакуют Американский культурный центр и захватывают офис American Express, шесть протестующих погибают.

Через два дня аятолла Хомейни выпускает свою фетву: «Сообщаю всем храбрым мусульманам мира, что автор «Сатанинских стихов», текста, написанного, отредактированного и опубликованного против Ислама, Пророка и Корана, а также все редакторы и издатели, знавшие содержание, приговорены к смерти. Я призываю всех доблестных мусульман, где бы они ни находились, убить их безотлагательно, чтобы впредь никто не осмелился оскорблять веру мусульман». Иранский религиозный фонд обещает два миллиона долларов за голову Рушди. Следующие девять лет живущего в Великобритании писателя будет охранять британская полиция.

Аятолла вряд ли читал книгу — он просто реагирует на новости. Но это очень хитрый популистский демарш. Иран находится в международной изоляции, не так давно он фактически проиграл войну с Ираком, который заручился поддержкой Запада. Своим заявлением Хомейни демонстрирует готовность быть лидером всего радикального исламского мира. Но еще важнее то, что он сигнализирует о развороте этого исламского мира. Еще вчера мусульмане разных стран сообща боролись против безбожников-коммунистов, а теперь они возмущены западными богохульниками.

Салмана Рушди поддерживают интеллектуалы всех стран — кроме Солженицына, само собой: он верующий человек и предпочитает молчать. Впрочем, Рушди в глазах западного общества сам превращается в нового Солженицына — творца, который борется за свободу и поэтому рискует жизнью. Все последующие годы именно он будет самым ярким выразителем страхов Запада по поводу исламского мира, как когда-то Солженицын олицетворял неприязнь к коммунизму.

Фетва Хомейни совершенно заслоняет для всего мира факт вывода войск СССР из Афганистана. Проход последней колонны через границу по мосту Дружбы показывают только по советскому телевидению. Зато The New York Times выпускает удивленную статью о том, почему