Темная сторона Земли. История о том, как советский народ победил Советский Союз - Михаил Викторович Зыгарь

Солдат рассказывал, что ослеп из-за ранения. Сахаров долго его расспрашивал и даже оставил ночевать у себя. Наутро, попрощавшись с новым знакомым, он прокрутил в голове их беседу и пришел к выводу, что гость его обманывал. Он, судя по всему, не слепой и, возможно, даже не бывал в Афганистане.

12 декабря открывается съезд. Он должен продлиться 12 дней — и за эти 12 дней мир полностью поменяется.

В первый же день между Сахаровым и Горбачёвым происходит перепалка. Академик предлагает отменить все статьи Конституции СССР, которые противоречат перестройке, имея в виду и пресловутую шестую. 

— Нет, я думаю, это не годится. Ну ладно. Мы и это оставим, — недоволен Горбачёв.

— Что касается шестой статьи, передаю телеграммы, которые я получил… — убеждает Сахаров.

— Зайдите ко мне, я вам дам три папки, в которых тысяча таких телеграмм, — настаивает генсек.

— А у меня есть 60 тысяч. Я бы вам их передал.

— Не будем давить друг на друга, манипулируя мнением народа. Не нужно. Пожалуйста, — заканчивает Горбачёв.

14 декабря Сахаров возвращается днем со съезда. «Что-то я очень сегодня устал, Люсенька, — пообедав, говорит он. — Пойду посплю. Разбуди меня часа через два, и мы снова будем работать».

Поздно вечером Боннэр обнаруживает его мертвым на полу в кабинете. Сердечный приступ. «Ты меня обманул! — кричит она. — Ты же обещал мне еще три года!» Дело в том, что Сахаров был уверен, что проживет столько же, сколько и его отец, 72 года, а прожил 68.

Никто из близких не ставит под сомнение естественность смерти Сахарова. Усомнится в этом только Анатолий Собчак.

«Я не верю в естественность смерти Сахарова — слишком она была неожиданной и очень кстати для его политических противников, — напишет Собчак в статье, которая будет опубликована только после его собственной смерти. — На двадцатые числа декабря была намечена общесоюзная стачка шахтеров, которая сильно беспокоила власти, а Сахаров был одним из инициаторов и вдохновителей этого выступления. Кстати сказать, после смерти Сахарова эта акция прошла практически незаметной. <…> Естественно, что смерть Сахарова существенно ослабила позиции демократических сил, чем и воспользовалась правящая номенклатура». Кстати, сам Собчак умрет, как и Сахаров, от сердечного приступа при куда более странных обстоятельствах, в 2000 году.

Впрочем, нет сомнений, что Сахаров был нездоров, и ни у кого из близких не возникло никаких подозрений. Как и недавняя смерть Коставы в Грузии, смерть Сахарова изменила дальнейший ход событий.

Новый вождь

Прощание с Сахаровым проходит 17 декабря в Московском дворце молодежи. Люди подолгу стоят в очереди, доступ к гробу не закрывают до трех часов ночи.

18 декабря похороны. Погода в этот день отвратительная, идет мокрый снег, под ногами слякоть. На панихиду в здание Академии наук приезжают Горбачёв и члены политбюро. Генсек подходит к Елене Боннэр и спрашивает у нее, что он может сделать. У вдовы две просьбы. Во-первых, она просит освободить всех оставшихся в тюрьмах политзаключенных. А во-вторых — зарегистрировать «Мемориал», который все еще пребывает в неофициальном статусе. Горбачёв обе просьбы выполнит.

Когда члены политбюро уезжают, из Академии наук выдвигается траурная процессия. Она направляется в Лужники, к тому самому месту, где обычно проходят митинги оппозиции, на которых так часто выступал Сахаров.

Гроб везут в автобусе, возле гроба на лавке сидит Елена Боннэр.

За катафалком идет небольшая группа людей — полукругом, прочно сцепившись локтями. А уже за ними — вся толпа. А внутри этого полукруга, никем не толкаемый и не заслоняемый, шагает Борис Ельцин.

Это очень символичная картина. После смерти Сахарова Ельцин становится единственным абсолютным лидером оппозиции. Время моральных дилемм в прошлом, теперь он единственный и единый вождь.

Похороны превращаются в грандиозный митинг. Над толпой развеваются флаги не существующих пока государств: независимых Украины, Литвы, Латвии, Эстонии, Армении, России… 

В какой-то момент даже возникает угроза давки. «Что вы делаете?! Не допустите, чтобы повторились похороны Сталина! Мы же повзрослели! — кричит в микрофон Боннэр. — Я прошу вас сделать десять шагов назад! Люди тут или звери?» Толпа действительно отходит назад.

Выступает Витаутас Ландсбергис, прилетевший из Вильнюса. Ждут Леха Валенсу. Но из-за снегопада его самолет сажают в Ленинграде. Зато успевает доехать Адам Михник.

Евгений Евтушенко читает стихи: «Забастовало сердце, словно шахта».

«За что вы нас расстреливаете?»

Пока в Москве прощаются с Сахаровым, в Румынии — самой тоталитарной стране Восточного блока — вспыхивают народные волнения. Румынский диктатор Николае Чаушеску довел страну до нищеты, при этом сумел построить абсолютный тоталитаризм северокорейского типа.

Старт протестам дают события в городе Тимишоаре. Там 16 декабря пытаются выселить из дома местного диссидента — венгерского пастора. Соседи берут его жилище в кольцо, чтобы защитить. К ним присоединяются все больше людей. Протесты разрастаются, и Чаушеску приказывает армии разогнать митингующих. Министр обороны Василе Миля отказывается применять силу, командование берет на себя его заместитель Виктор Стэнкулеску.

17 декабря протесты подавлены. По утверждениям свидетелей, армия не только использует водометы, но и открывает огонь на поражение. Сколько на самом деле жертв, неизвестно, но, по слухам, их десятки тысяч. (Позже станет известно, что погибли около сотни человек.) 

Чаушеску полагает, что конфликт исчерпан: 18 декабря он уезжает с рабочим визитом в Иран, а на хозяйстве оставляет жену. Это нормальная для Румынии практика. Елена Чаушеску занимает пост первого вице-премьера, а пропаганда величает ее «мать нации». Но уже 20-го глава государства вынужден вернуться. Он приказывает свезти в столицу «отряды самообороны» — «отобранных пролетариев», которые при случае помогут подавить протесты.

21 декабря Чаушеску выступает с балкона своей резиденции в Бухаресте перед митингующими. Прямо во время его речи в толпе раздаются крики: «Долой», «Крыса» и «Тимишоара». Чаушеску пытается успокоить людей, но охрана заставляет их с женой уйти с балкона.

В городе волнения, на улицах танки. Чета Чаушеску ночует в президентском дворце. На следующий день, 22 декабря, супруги вместе с несколькими приближенными на вертолете покидают Бухарест — их забирают прямо с крыши здания ЦК. 

Объявлено, что министр обороны покончил с собой. Вскоре возникнет легенда, что Чаушеску приказал