"Инженер Петра Великого". Компиляция. Книги 1-15 - Виктор Гросов

Душевно посидели.

На следующий день я заглянул к де ла Серде. Он сидел у себя, завтракал с дочерью. Приняли меня хорошо, по-дружески. Изабелла сверлила меня пристальным, изучающим взглядом.

— Хотел сказать пару слов, — заявил старик, — Весь город толкует о «Русской Промышленной Компании». Хорошо, что вы сами пришли, барон. В ваше имение не попасть без разрешения.

Я кивнул. По-другому нельзя, безопасность превыше всего.

— Ты создал монстра, барон, — наконец сказал он. В его голосе не было ни поздравления, ни упрека. Просто холодная, отстраненная констатация. — И теперь этот монстр сожрет либо твоих врагов, либо тебя самого.

Я молчал, ждал, что будет дальше. Изабелла, стоявшая у двери, тяжело вздохнула. Ее лицо было серьезным. Такое ощущение, будто она была полноценной участницей этого разговора. Если бы я не знал ее, то подумал бы, что именно она инициатор этой темы. Странно.

— Ты думаешь, раз они теперь твои акционеры, они тебе друзья? — старик криво усмехнулся. — Глупости. Ты купил их жадность, не верность. Теперь они будут следить за каждым твоим шагом, словом.

Я покосился на Изабеллу. Не понял к чему все это.

— Раньше ты был им нужен как гениальный умелец, способный творить чудеса. А теперь ты — управляющий их капиталами. Они будут ждать твоей ошибки, болезни, любого момента, когда ты дашь слабину. И в этот момент они вцепятся тебе в глотку, чтобы забрать твою долю, власть, все, что ты построил. В этой игре, барон, нет союзников. Есть только временные попутчики, которые ждут удобного случая, чтобы всадить тебе нож в спину.

Слова старого испанца заставили задуматься. Вся эйфория слетела в один миг. Он был в чем-то прав. Я смотрел на всю эту затею глазами инженера: заводы, технологии, мощь. А он, старый придворный интриган, видел то, на что я не особо и смотрел. Он видел людей, их жадность, их амбиции, их страхи.

Моя инженерная война, война с металлом и чертежами, закончилась. Началась другая. Война дворцовая, война намеков, слухов и подковерных союзов.

— Я понимаю, — тихо сказал я. Больше мне сказать было нечего.

— Нет, не понимаешь, — отрезал он. — Но научишься. Если выживешь. Тебе нужна своя стая. Свои клыки. Люди, которые преданы лично тебе.

Я поднял на него взгляд. Это он верно заметил. Именно за этим я и заглянул к нему.

— Вы правы, капитан. Мне нужны клыки, — я посмотрел на старика. — И я хочу, чтобы вы помогли мне их вырастить.

Де ла Серда вопросительно изогнул бровь.

— Устав компании позволяет мне иметь свой собственный охранный полк. Для защиты заводов, как там написано. Но мы-то с вами понимаем, что защищать придется не только стены, — я сделал паузу. — Я хочу, чтобы вы его возглавили.

Изабелла удивленно ахнула. А ее отец смотрел на меня долгим, пронзительным взглядом, пытаясь просканировать, серьезно я говорю или это какой-то финт ушами.

— Я стар для строевой муштры, барон, — протянул испанец.

— Мне не нужен плац-генерал, который будет учить солдат ноги тянуть, — я хмыкнул. — Мне нужен командир, стратег, способный научить людей думать. Действовать малыми группами, в лесах, в городах. Вести разведку и проводить диверсии. Защищать и нападать. Я хочу, чтобы вы создали отряд, который будет выполнять… особые задачи. Вроде тех, что мы с вами решали в последней экспедиции.

Теперь до него дошло. Я предлагал ему настоящую войну. Тайную, грязную, без правил и парадов. Войну, в которой он был докой.

В его старых глазах на мгновение полыхнул тот самый огонь, который я видел на мостике «Фреи».

— Это опасная игра, барон, — сказал он без прежней ледяной отстраненности.

— Я знаю, — кивнул я. — Но вы сами сказали: я создал монстра. И чтобы им управлять, мне нужен свой цепной пес. Верный, умный и безжалостный.

Он не ответил. Только медленно, с достоинством, склонил свою седую голову. Это было его согласие.

Когда я покинул испанское посольство (вот ведь удивительно, что ни разу самого посла не увидел), я направился к себе в усадьбу. Хотя какая это усадьба? Крепость.

Я заперся у себя в кабинете. Здесь, среди чертежей и книг, я был дома. Я расстелил на огромном столе две вещи, которые теперь определяли мою жизнь. Первая — подробная карта России, огромное лоскутное одеяло из лесов, рек и бескрайних, диких пространств. Вторая — подписанный Царем устав моей компании, от которого еще пахло свежими чернилами и сургучом.

Я смотрел то на карту, то на устав, и в голове медленно складывался план.

Мой взгляд зацепился за длинную, зубчатую гряду Уральских гор. Вот оно. Сердце русской промышленности. Вотчина Демидова, который уже отвесил мне оплеуху, перекупив мастеров и попытавшись завалить мой устав. Он был моим главным внутренним врагом. Умным, хватким, безжалостным. Бодаться с ним на его территории, переманивая людей или сбивая цены, — глупо и долго. Он там царь и бог.

Но у меня был козырь, которого не было у него. У меня была технология.

Я подошел к сейфу, открыл его и достал два своих главных сокровища. Первый —слиток стали. Символ новой эры. Второй — чертеж паровой машины, доведенный до ума гением Нартова. Я положил их на карту, прямо поверх Урала.

Решение было дерзким, наглым, но единственно верным. Зачем воевать с Демидовым, если можно сделать его партнером? Зачем строить с нуля свою империю на Урале, если можно подмять под себя уже существующую?

Демидов был силен, но его сила была и его ахиллесовой пятой. Вся его мощь держалась на технологиях прошлого века: на древесном угле, на воде, на примитивных мехах. Он выжимал из них всё, но уже уперся в потолок. А я мог дать ему домкрат, который поднимет его выше этого потолка. Я мог предложить ему будущее.

Мои новые полномочия, выданные царем, развязывали мне руки. Я взял чистый лист бумаги, макнул перо в чернильницу.

'Уважаемому Никите Демидовичу, — выводил я ровные строки. — Наслышан о ваших великих трудах на благо Отечества и о непревзойденном качестве уральского железа. Компания наша, по воле Государя созданная, также о мощи России радеет. Однако, как известно, в одиночку