"Фантастика 2026-43". Компиляция. Книги 1-21 - Павел Смолин

Переодеваясь, я словил легкую меланхолию. «Душат» меня, сволочи, и это я не про потешную Российскую внесистемную оппозицию, от потуг которой мне как ни крути ни холодно, ни жарко, а про тех теннисных функционеров, которые отвечают за составление сеток и посев. Чтобы добраться до финала, мне пришлось выиграть Вавринку, Надаля и Маррея, а вот мой сегодняшний соперник — Федерер — сквозь свою сетку прошел бронебойной пулей. К нему у меня никаких вопросов, а вот к старперам в пиджаках — очень даже.

Вздохнув, я принялся зашнуровывать белые кроссовки с белыми шнурками и белыми подошвами. С другой стороны, это даже хорошо: пока я во всех смыслах потел и рвал обтянутое замаскированными трусами место, Роджер разваливал «мешков», которые нифига ему не конкуренты. Как следствие — расслабился (в такой ситуации не расслабиться невозможно будь ты хоть трижды профессионал) и недополучил драгоценный опыт. Ладно, нужно быть объективнее — в его сетке те еще «мешки». Марин Чилич, например. Или американец Изнер. Или… Короче — все не так однозначно.

За тем, что происходит в Российском инфополе я последнее время не слежу — нафиг, не до того, мне календарный Шлем вот-вот обломится, это как ни крути гораздо важнее «срачей» в Интернете, которые, в отличие от Уимблдона, могут ждать сколь угодно долго.

Белые напульсники скрыли запястья, белый козырек приготовился прятать глаза от палящего солнца, и я направился к выходу из раздевалки. Солнце в самом деле «палящее» — три дня назад оно нагрело Центральный корт до сорока двух градусов. Полная жесть, матч пришлось трижды останавливать, чтобы дать спортсменам возможность попить водички, «закинуться» сладостями и даже погрузиться в ледяную ванну, чтобы не вырубиться от перегрева и обезвоживания. Те еще лоси мы с коллегами на самом деле, даже не дву- а трехжильные: зрители, даром что им бегать и прыгать изо всех сил в такую дивную погоду не приходится, вырубаются регулярно, чтобы покинуть трибуны на носилках «скорой помощи». Сегодня почти осенняя погода — пиковая температура не поднимется выше тридцати девяти жалких градусов.

Не только у меня впереди финал, но и у Маши Шараповой — полагаю, целая неделя интенсивных тренировок со мной сказалась, и она с минимальным, но все-таки преимуществом смогла выгрызть победу в полуфинале у страшной (в хорошем смысле, как похвала навыкам и «физухе») Серены Уильямс, которая до этого успешно обыграла свою старшую сестру, которая заслуженная считается одной из сильнейших теннисисток всех времен.

Ох и орала старшая Уильямс на младшую после поражения последней! Орала некрасиво, растеряв выработанный за годы карьеры ложный флёр спокойной, дружелюбной, гордящейся сестренкой «фифы». От расстройства у нее прорезался совершенно негритянский, достойный злачных переулков Бруклина, акцент, и видос с этой руганью дико развеселил весь спортивный мир. Развеселил, но без последствий для сестренок — если бы старшая наорала во время матча, тогда их обеих мог бы ждать «дисквал» вплоть до пожизненного, а так — ругайтесь на здоровье, девочки.

Марии предстоит битва с испанкой Гарбинье Мугурусой, а тренер Ло уже победил, подняв куш на полуфинале: в победу Шараповой, в отличие от него, букмекеры не верили. На финал Ло Канг ставить не решился под предлогом «и так перенервничал». Удачи Маше, а моя — всегда со мной!

Раскаленный воздух наполнил легкие, солнце обожгло открытые части тела, уши наполнились рёвом набившихся на финал зрителей. Забавный момент: индусы с китайцами не в ладах, а индийская диаспора в Англии исторически велика, поэтому смуглых «хейтеров» здесь у меня хоть отбавляй, а организаторы предусмотрительно рассадили индусов и китайцев в разные сектора. Отдельного упоминания заслуживает классическая делегация из Цинхуа во главе с ректором, главной нашей Ассоциации и даже целым членом Политбюро. Их сектору — отдельный, самый глубокий поклон и сердечная благодарность за то, что приехали меня поддержать, потому что чувствовать поддержку в трудные минуты в самом деле очень важно.

Рукопожатие, жеребьевка. Подавать выпало Роджеру, и он же будет наслаждаться бьющим в глаза солнышком. Недолго — сначала мы поменяемся, а к третьему сету солнышко взойдет в зенит, после чего сторона утратит свое значение до самого конца.

Покрылись потом мы с Федерером еще на коротком пути от раздевалки до корта. Цикличность, блин — потеешь, сохнешь из-за раскаленного солнца, потом опять потеешь. С первого же гейма начались игры в «больше-меньше», не закончившись до самого конца первого сета. 7−6 в пользу «мистера Вана». Второй сет тоже 7−6, но в пользу «мистера Федерера». Перед третьим организаторы милостиво даровали нам перерыв, который мы оба провели в ледяных ваннах, жадно глотая воду. Не на людях, хотя было бы забавно, если бы это происходило прямо на корте.

В третьем сете я допустил пару очень печальных ошибок, и в паре финальных его геймов даже не пришлось играть в «больше-меньше», хотя я очень старался до них добраться, заставив соперника потратить побольше сил и тем самым активировав мое поначалу не играющее роли преимущество в виде молодости и прилагающейся к ней выносливости.

— Только посмей просрать календарный Шлем! — сквозь зубы прошипел мне тренер Ло во время смены сторон перед четвертым сетом.

— Не просру, тренер, — пообещал я.

Наши слова стопудово попали на трансляцию, но по сравнению с теми матюгами, которые порой выдают в минуты напряжения спортсмены, это еще ничего, и никто за грубые словечки не осудит.

За весь четвертый сет я ни разу не ошибся, зато сознательно слил пару мячей, чтобы «развести» Федерера на «больше-меньше». Отлично, Роджер замедлился, а значит наконец-то начал сдаваться усталости. 7−6 в пользу «мистера Вана» и еще один перерыв на холодную ванну и восстановление водно-солевого баланса в организме.

Когда мы занимали стороны, Федерер, как обычно, не упустил возможности меня подколоть:

— Спорим, твоя ванна меньше моей?

— Дядя Роджер, ну отдай хорошему мальчику сезонный Шлем, — не остался я в долгу.

— Попробуй забери! — отмахнулся он.

Так-то большая, блин, честь — очень редкий соперник Роджера удостаивается настолько регулярных подколок с его стороны, а у нас это уже почти традиция, которая веселит и прибавляет рейтинга нам обоим.

Уверенный в своей победе, я подал первый мяч решающего сета, и мы немножко поперестреливались кроссами, не спеша налегать — я, пусть и меньше, но тоже устал, и теперь мы оба заняты одним и тем же: пытаемся выяснить, сколько сил восстановил соперник после короткого перерыва. Спустя пятнадцать ударов, Федерер влепил мне настолько качественный