Туманная река 5 - Владислав Викторович Порошин

Степан Суренович вперился в меня немигающим взглядом. «От куда я это знаю? — хмыкнул я про себя. — Я этот НБА только по телевизору видел».

— Давайте рассуждать логично, — начал я издалека. — В одиночку Петров Рассела не сдержит. Значит на помощь нашему центровому нужен ещё кто-то высокий и неуступчивый в борьбе.

— Гена Вольнов, — подсказал мне Корнеев. — Генка может.

— Что он может? — удивился Спандарян.

— Врезать может по-мужски, хоть под дых, хоть по зубам, вот что он может, — по-простому ответил Юрий Иваныч.

— Ладно, допустим, хотя это и не по правилам, — кивнул Степан Суренович. — Значит записываем Вольнова. Кто ещё? Кто будет пятым игроком старта? Крутов, говори.

«Чё сразу опять я? — забухтел я про себя. — Спросите лучше Петрова. Он ещё ничего не сказал».

— Давайте рассуждать логично, — я снова начал издалека. — Нам чтобы растянуть оборону гостей нужен ещё один снайпер. Кроме меня неплохо попадет с дистанции Валдис Муйжниекс. И рост у него подходящий — 187 сантиметров. Плюс в защите действует цепко. Вот у нас и получится стартовая пятёрка, которая сочетает в себе скорость, мощь и меткость.

— А может лучше Круминьша поставить вместо Вольнова? — предложил Саша Петров. — Пусть Круменьша этого Рассела скрутит в бараний рог, так нам будет меньше работы.

— Какой рог, Саша? — схватился за голову главный тренер. — Я на этого Рассела в 1956 году вдоволь насмотрелся. Он сам кого хочешь поломает. Ладно, — тяжело вздохнул Спандарян, — стартовая пятёрка: Петров, Корнеев, Крутов, Вольнов и Муйжниекс — принимается. Как играть дальше решим по ходу дела.

— Можем идти? — спросил Юра Корнеев. — Поспать бы перед игрой, — сладко потянулся он.

— Через час выезжаем в спорткомплекс ЦСКА, — напомнил нам Спандарян. — Отдыхайте пока, товарищи баскетболисты.

От посёлка Архангельское, где базировалась наша команда до армейского спорткомплекса, что вырос на месте старого аэродромного ангара, нужно было ехать по не очень хорошей и ровной дороге порядка 20-и километров. И мы этот путь проделывали четыре раза в день. Сначала катили на утреннюю тренировку, затем возвращались, ели, отдыхали, а вечером мчались обратно на двухстороннюю игру. В этом смысле динамовская база в Новогорске была гораздо удобней — там живёшь, там и тренируешься. Но спорткомитет решил, что в Архангельском более качественное питание и более чистый воздух.

Возможно, что кормили армейских спортсменов и правда получше, но воздух здесь был самый обыкновенный. Единственное, что скрашивало наш непродолжительный досуг — это неформальное общение с волейболистками ЦСКА и тренировки одноимённой хоккейной команды. Когда мы перед завтраком выходили на простенькую утреннюю зарядку, старший тренер ЦСКА Анатолий Тарасов гонял своих парней с металлическими ломиками в руках. Кроме того, Тарасов заставлял Фирсова, Альметова, Александрова, Трегубова, Сологубова и других хоккеистов с разбегу колотить плечом деревья, растущие в саду Архангельского. При этом Анатолий Владимирович истошно орал: «Бей канадца! Я кому приказал, бей канадца⁈». Это конечно нас всех немного веселило и забавляло.

Вот и сейчас, после посещения тренерской комнаты я, Петров и Корнеев столкнулись с армейцами. Они — мокрые, усталые, осунувшиеся медленно брели в свои номера. Мы же хоть и готовились к битве против заокеанских профессионалов, но нас до такого измождения никто не доводил. Степан Спандарян прекрасно понимал, что после подобных нагрузок команда целиком угодит в лазарет и играть против НБА будет просто некому.

— Добрый день, Анатолий Владимирович, — поздоровался я со старшим тренером ЦСКА, который прошедшей тренировкой на пределе человеческих возможностей остался всё равно недоволен. — Парни недавно с чемпионата мира приехали, за что вы их так сурово?

— За третье место! — прорычал Тарасов. — Виданое ли дело — чехам проиграли, Канаде слили! Всех гонять буду, как сидоровых коз. Всю дурь из них выбью! И вас, халявщиков, тоже неплохо бы с ломиками погонять. Запаомните, молодые люди, без должной нагрузки вы обязательно просрёте профессионалам, — захохотал он.

— Как сказали товарищи из ЦК — нам главное не уронить высокое знамя советского спорта, — улыбнулся я.

— И мы его точно не уроним, — буркнул Юрий Корнеев и мы от греха подальше поспешили в свою комнату.

Правда кроме меня отдыхать перед вечерней тренировочной игрой никто не пошёл. Корнеева и Петрова в коридоре перехватил Гена Вольнов и пригласил сыграть пару партий в домино, то бишь «забить козла» на денежный интерес. Парни хотели подбить и меня на этот увлекательное состязание, но я в последние дни чувствовал себя не очень хорошо, поэтому категорически отказался.

Честно говоря, давно меня так не мутило и как-то муторно было на душе. Может перед профессионалами волновался. Может квартирный вопрос меня донимал. Я ведь после болезни, по сути, остался с одной крохотной комнаткой в Большом каретном переулке. И перспектив в улучшении жилищных условий у меня не было. Московское «Динамо», где я играл, об этом и не заикались. Играю, много забиваю, вот и молодец. Динамовское начальство даже более заслуженному лидеру команды, Юрию Корнееву, с квартирой не помогло. Что касается Наташи, то она снова улетела на гастроли, и обещала вернуться только к концу марта. В общем всё было как-то невесело.

Поэтому я завалился на кровать и мысленно попытался вспомнить что-нибудь хорошее и светлое. Но через пять минут в мою дверь кто-то постучал.

— Кто? — раздражённо спросил я.

— Я войду? Есть пять минут? — в прихожей появился Александр Гомельский, 33-летний невысокий белобрысый мужчина с цепким взглядом и хитрым лисьим лицом.

— Слушаю вас, Александр Яковлевич, — тяжело вздохнул я и, приподнявшись с кровати, присел на самый краешек.

— Соседи опять в домино режутся? — усмехнулся будущий наставник ЦСКА и сборной СССР. Однако в Риге до того, как возглавить сборную, он проработает ещё несколько лет.

— Стучат потихоньку, и правильно делают, — кивнул я. — Перед встречей со звёздами НБА все на нервах. А домино расслабляет нервную систему и тренируют мозг.

— Ну да, — пробубнил Гомельский. — Слушай, Богдан, нравится мне как ты на тренировках работаешь. И рука у тебя прямо-таки золотая. Переходи в Ригу. Я тут узнавал — с жильём у тебя не очень. А я тебе в центре города выбью двушку, а через год машину