Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский
Хорошо знавшие местность, союзники македонского царя смогли быстро догнать беглецов и навязать им сражение. Покинувший Пелион Клит был в полной растерянности, когда на него неожиданно напали македонские гоплиты и щитоносцы, которые, по его мнению, никак не должны были быть здесь. Эта растерянность быстро переросла в панику в рядах иллирийцев, которые за одно мгновение превратились из войска в простую вооруженную толпу людей спасающих свои жизни.
Александр преследовал бегущих до самых гор, по которым проходила македонская граница. Спасая положение испуганные энергией и напором молодого царя, а так же помня свои потери от ночного боя, тавталы поспешили заключить мир с Македонией ценой головы Клита, пытавшегося укрыться в их землях.
Только после этого Александр смог завершить свой поход, наведя порядок и покой на своей неспокойной северной границе. Войска с победой возвратились в Пеллу, где их ждала новая новость, страшнее и неприятнее всех прежних.
Глава VII. Защита царской чести и достоинства.
Непримиримый противник македонцев Демосфен вновь смог нанести удар против македонского господства в Греции. Страстно ненавидя с начало Филиппа, а затем и Александра, афинский демократ усердно плел все новые заговоры и интриги против северных «варваров».
Пока молодой царь был занят успокоением своих границ, Демосфен с неукротимой энергией подбивал эллинов на выступление против нового греческого гегемона. За короткое время, он сумел побывать в Спарте и Аркадии, взбудоражить демос Афин и тайно встретиться с персидскими послами привезших ему свое золото.
Опытный демагог и политик, он прекрасно почувствовал появившиеся колебания среди греческих полисов, едва македонское войско покинуло Элладу. Непостоянные греки были готовы поддержать любые антимакедонские выступления, но никто не желал быть первым. И тогда желая досадить Александру и сорвать его поход на восток, Демосфен сам создал этот бунт.
Выждав удобный момент, он пустил ложный слух о гибели македонского войска в горах Иллирии. Демосфен сам вывел на городскую агору раненого воина, который убедительно рассказал афинскому демосу, как ненавистные македонцы вместе со своим царем погибли под горным обвалом, который устроил иллириец Клит.
Подобное известие вызвало гул рукоплесканий в рядах македонских противников. Все наперебой поздравляли друг друга с гибелью тирана и обретением Аттики украденной им свободы. Вслед за Аттикой взбунтовались Аркадия, Элида, Мессения и Этолия. Все они требовали сбросить македонское иго со своих плеч и начать уничтожать и осаждать вражеские гарнизоны.
Первыми в этом деле оказались фиванцы, они выманили из городской цитадели начальников македонского гарнизона Аминту и Тимолая и вероломно убили их. Потом вокруг крепости был выкопан глубокий ров, обнесли его частоколом и начали осаду оставшихся без командиров македонцев.
Вся Греция, затаив дыхание, смотрела на Фивы, покоренные их смелостью и храбростью. Им с радостью помогали оружием и деньгами, но на деле присоединиться никто не спешил. Битые жизнью афиняне, несмотря на жар речей Демосфена, решили немного выждать и оказались правы.
Как снежный вихрь, слетевший с вершин гор, явился в Элладу встревоженный Александр, желавший как можно скорее погасить фиванский костер, пока он огромным пожаром не перекинулся на Аттику, Спарту и весь Пелопоннес. Поэтому он, не раздумывая, бросил еще не отдохнувших от похода воинов на восставшую Грецию.
Быстрым маршем они прошли через Элимпотиду и на седьмой день достигли Пелины в Фессалии, а спустя еще шесть дней, минуя Фермопилы, дошли до Беотии.
Увлеченные осадой цитадели, фиванцы узнали о надвигающейся опасности, только когда македонцы миновали Фермопильское ущелье. Вожди восставших успокаивали народ, говоря, что это войско послал Антипатр и ведет его Александр Линкестиец.
Действительно сын Аэропа, возглавлял македонский авангард, но через день эти надежды рухнули, когда во главе фаланги и кавалерии появился сам македонский царь, вставший лагерем вблизи Фив.
Остановив движение своего тридцати тысячного войска у самых стен города, Александр надеялся, что при виде такого огромного количество солдат фиванцы образумятся, запросят пощады и пришлют послов для заключения мира. Но Фивы думали иначе и на совете командиров, было единогласно принято решение продолжить бороться за свою свободу, объявив войну Македонии. Эта новость была оглашена под одобрительные крики и рукоплескание жителей города, которые собрались на агоре в ожидании решения своих вождей.
На следующий день, ободренные собственной смелостью и храбростью, фиванцы предприняли вылазку за стены города через ворота Ареса и, обстреляв македонские посты, убили при этом несколько человек. Подошедшие пельтеки македонского царя смогли легко загнать смельчаков обратно, но это только придало осажденным нового задора и куража. Теперь они с нескрываемым превосходством смотрели со своих стен на Александра, который продолжал выжидать, надеясь, что фиванцы возьмутся за ум, однако это не случилось.
Немедленно среди горожан стал распространяться очень « достоверный» слух о том, что на помощь к ним идет сильное афинское ополчение во главе с Демосфеном и подкреплением из Аркадии. Подкрепление действительно подошло, но только не к фиванцам, а к македонскому царю. Воспользовавшись его приходом в Беотию, к нему дружно примкнули все обиженные ранее фиванцами их соседи, кому они раньше нанесли многочисленные обиды. Александр поспешил, незамедлительно заключил с ними союзный совет и пополнил свои ряды этими мстителями.
Не дождавшись подкрепления, фиванцы раззадоренные своим прежним успехом позабыли всякую осторожность, вновь совершили вылазку, но теперь через ворота Геракла.
На этот раз им противостояли фокейцы и локры поставленные Александром на данный участок осады многовратных Фив. Здесь союзниками командовал молодой Пердикка, который хорошо показал себя в северном походе и теперь был, выдвинут царем на командную должность. Вместе с отрядом македонских пельтеков, Пердикка стремился в числе первых взойти на стену мятежного города ради прочного закрепления своего статуса.
Хорошо вооруженные гоплиты союзников не спасовали перед атакующим противником, сначала остановили вылазку смельчаков, а затем погнали их обратно. Преследуя бегущих воинов врага, Пердикка прорвал первый защитный палисад противника и, развивая успех, предпринял попытку прорваться в Фивы по дороге, ведущей к храму Геракла.
В азарте боя, молодой командир не заметил что, углубившись за вторую линию укреплений, он сам попал в умело, расставленные клещи врага из которых сумел вырваться с огромным трудом, понеся при этом существенные потери. В числе убитых фиванцами, оказался командир фокейцев Эврибот знаменитый локр Тимолит.
Стремясь спасти Пердикку, которого теперь уже самого преследовали фиванцы, Александр приказал вывести из лагеря фалангу Мелеагра и гоплитов Филиппа, которых приберегал для основного штурма. Выросшие словно из-под земли,
