Молния. Том 2 - Анатолий Семисалов

Дальнейшее прочтение краткого курса артиллерийского искусства было прервано:

– Сигил! Сюда подойди. Знаешь, какое наказание на флоте полагается за подделку приказов старшего по званию?

– Понятия не имею. Сомневаюсь, что оно страшнее линкорной атаки.

– В моём случае гораздо страшнее. Дуй наверх и не попадайся на глаза до окончания потасовки.

– Просишь оставить тебя одну перед лицом…

– Я не прошу, Сигил. Давай-давай, Шандзи нужна помощь. Народ волнуется.

– Без меня успокоится. Они взрослые люди.

– Ты ещё и открыто бунтуешь?! – Агния яростно топнула. – Мне тебя в ящик упаковать и отослать обратно дядюшке?

Угроза сработала. Поэт убрался с площадки, причём физиономия его при этом забавно напомнила Агнии обиженную морду Ледохвоста. Грэхем заметил, проявив, правда, деликатность и дождавшись, пока юноша скроется с глаз:

– Я всё ещё считаю, что его не следовало брать на острова. Ладно бы он просто нуждался в опеке, так ему опека ещё и не нравится. А пират должен приносить пользу команде.

– Не согласен. – Чернобородый канонир Дуглас проскрежетал несогласие, не вынимая мундштука трубки из зубов, покрытых чёрными точками. – Новичков принимают не из полезности. Морское Братство берёт всех, кому не нашлось места на большой земле. А мальчик приятный. В конце концов, держим же мы комнатные растения.

– Я, друг, – добавил Безух, который сидел здесь же и скручивал повреждённую ногу с костылями пенькой, – среди пиратов каких только кадров не видел. Рассказать сухопутным – не поверят, что такие морды могут в одном обществе хоть с кем-нибудь уживаться, даже образованные не поверят. А ведь живут!

– Что диковинней, чем Сигил?

Безух отложил моток, ухватился за клюку:

– Слыхал о Гиенах?

– Гм… полагаю, ты не про животных. Припоминаю что-то… Кажется, так зовёт себя крупная банда с Азурских Колец.

– Верно. Только это верхушка айсберга.

– А что под водой?

– Вот, поинтересуйся. Кто такие Гиены, чем они широко известны. И почему так себя называют. Особенно рекомендую поспрашивать о них, если думаешь, что пиратскому миру уже нечем тебя удивить.

Агния отчего-то не спешила вбросить в беседу свои девять центов. Оглянувшись, Грэхем понял, что капитан уже давно не слушает их, а лазает по насыпи, проверяя, насколько плотно утрамбована земля.

Ещё вчера возвышенность могла похвастаться разве что еле заметным костровищем около обрыва. Деревьев здесь не росло – вероятно, из-за почвы. Давным-давно, тысячелетия назад, когда вулкан действовал и тектонические процессы разворачивали свои багровые петли на островке, лавовый язык вылез из жерла, прополз пару сотен футов да застыл, так и не добравшись до моря. Получился утёс, торчавший базальтовой колонной из ровного лесного полога, как торчит из косой доски невколоченный гвоздь. И пусть вид на город и море с него открывался потрясающий, регулярно забираться наверх было напряжно, для наблюдения и маяка использовалась вершина, поэтому про уступ позабыли… до нынешней ночи.

В глубину уступ был небольшим – почти сразу за краями флангов бастиона начинались кустарниковые ивы – зато ширина впечатляла. Двадцать орудий крейсера, размещённые с промежутком в пятнадцать футов, не заняли и четверти периметра возвышенности. Угрюмые стволы с каморами были не просто откреплены от орудийной палубы, не просто выкорчеваны из казематов и подняты на позицию, для них даже чудом удалось раздобыть лафеты. Шандзи вспомнил, что закопал на пустыре в Сухой Роще семьдесят восемь орудийных лафетов, правда, так и не вспомнил зачем. Теперь каждое орудие поворачивалось на сто двадцать градусов – насколько позволяли выемки в земляном валу.

«Бастион с насыпью в полтора человеческих роста, из бойниц глядят двадцать сорокадюймовок с широченным сектором огня, помноженным на дальность стрельбы, вдвое превосходящую адмиральскую, контролирующие подступы к Пристани с любой стороны. О, я создала чудовище. Его Превосходительство связался не с теми пиратами».

Командир ударила вал ногой с разбега. Ничего. Даже каменная крошка не посыпалась.

– А бастион что надо получился.

Дуглас достал трубку изо рта, перевернул, постучал по донышку и нахмурился, когда вместо табака появилось лишь облачко пыли.

– Надеюсь, капитан, план подразумевает не пускать «Мстителя» на выстрел. Потому что если линкор начнёт по нам работать… Это укрепление – на пять минут боя.

– Когда-нибудь, кэп, мы обязательно свозим вас в Цитадель! Там вы увидите, что такое позиция уровня «неприступность». Со стенами толщиной в сорок футов.

– Да, не изобрели ещё такой пушки, которая могла бы грозить Цитадели. Даже сумрачные западнийские умы.

Свесив ноги с внутренней стороны насыпи, Агния внимательно слушала, как между канонирами сплетается ленивая беседа. Вот уж кто не переживал совершенно. Причём им, похоже, даже не требовался самоконтроль, чтобы сохранять спокойствие перед лицом смерти. Для них это как будто было естественно. С некоторыми из артиллерийских расчётов «Пиявки» Агния уже общалась, но далеко не со всеми. Многие были знакомы ей только по именам, а некоторых, например высокого, статного негра с бисерными спиралями, вживлёнными прямо в кожу наподобие татуировки, она вообще видела впервые.

– Безух. Чё за негр?

Боцман, как раз подошедший к девушке, ответил не сразу. Его отвлекала нога, он морщился, стучал костылями по камням и всё пробовал ставить то так, то эдак.

– Оттяпают. Как пить дать оттяпают. Вот увидите: сразу после битвы – воспаление, потом гангрена и ампутация. Я в таких вещах неудачник. Помните псину, которая мне ухо откусила. Она половину нашей улицы покусала – никто бешенством не заразился, а я заразился! Эх, нога, ногушка… Который негр?

– А что, ты видишь на позиции нескольких негров?

– О, это персона почти легендарная. Мёртвый Глаз. Нам очень повезло, что он оказался на Спасе.

– Не припоминаю его среди канониров «Пиявки».

– А он и не канонир. Он артиллерийский консультант.

– …так не бывает.

– Говорю тебе, он консультирует артиллеристов при стрельбе.

– А в чём смысл?

– Увидишь. Просто, когда пойдёт горячка, не трогай его и дай действовать самостоятельно. Клянусь, он не помешает обороне.

– Ну-ну. Как будто мне не хватает непредсказуемых факторов. – Агния недовольно шмыгнула носом.

Мёртвый Глаз повернулся к ним, и разбойница поняла, что у консультанта такое же увечье, как и у неё. Только если Синимия носила повязку, то Мёртвый вставил в пустую глазницу чёрный камень с нарисованной от руки яркой охрой спиралью.

– Он ненавидит белых людей, – продолжил Безух. – Его с соплеменниками держали в рабстве в Тангарии на одном из элитных курортов и активно использовали в охоте.

– То есть и нас ненавидит?

– Нет, Морское Братство он из белых выписал. Мёртвый Глаз вообще весьма умён. Ни разу не попался на охоте, так в итоге ещё и сбежал.

– А ничего, что мы тут сидим рядышком, его