Молния. Том 1 - Анатолий Семисалов

– Ладно, хорошо, убедили, док. – Джимми надулся, хотя в целом ему после слов Бураха стало спокойнее. – Просто некомфортно вот так внезапно оказываться среди десятков незнакомцев. Мало ли что у них там в головах?

– Скоро узнаете, – невозмутимо пожал плечами доктор.

– С чего вдруг?

– Мы на корабле. До Империи добираться никак не меньше недели. Как опытный судовой врач могу вам гарантировать, окажись среди нас хоть ЦК Синдиката Революционеров, к концу путешествия и они нам всё про себя выболтают.

От упоминания революционеров Джимми поёжился и решил пока оставить в покое эрудированного врача.

Часы тикали, но Агния с Грэхемом всё не появлялись. Доктор Бурах старался сохранять невозмутимость. Мысли, что его друзьям могли навредить всего лишь за попытку посмотреть на корабельный штаб, пусть даже «чёрных паромщиков», он не допускал. Это было слишком абсурдно даже для их жестокого мира. И всё-таки он нет-нет да поглядывал в сторону закрытых дверей, ожидая, когда створки распахнутся и черноволосая со своим верным старшим помощником целыми и невредимыми пожалуют в столовую.

Створки распахнулись. В столовую пожаловали четверо.

И доктору Бураху пришлось удивиться. Агния Синимия шла впереди, рядом с неким почтенным господином. Его китель, расшитый позолоченной вязью, и новенькая фуражка с металлическим ободком под козырьком намекали лишь на одно лицо – на капитана «Императрицы Эгелии», Рея Райли. Да и кто ещё это мог быть, если им прямо обещали инструктаж? Загадка заключалась в другом. Рядом с капитаном действующим шагала спокойно капитан бывший и даже что-то ему энергично объясняла. И Рей Райли слушал, слушал внимательно, кивал в знак согласия.

За капитанами следовали старпомы, и вот между ними уже не ощущалось такого согласия. Грэхем и седой старик, державший сухощавую спину так стройно и выстукивавший тростью ритм настолько решительно, что он никак не мог не оказаться старпомом Рея, буравили друг друга холодными, враждебными взглядами.

Перед столом из кругов пары, как на параде, разделились. Моряки «Императрицы» пошли на сцену, а моряки «Косатки» свернули направо, в обход стола.

Доктор Бурах встал.

– Присаживайтесь, капитан.

Подойдя, Агния поднесла лицо к самому уху врача и прошептала:

– Сидите, доктор, а я буду слушать речь из-за вашей спины. Это приказ.

Бурах сразу сел.

– Вам удалось переговорить с капитаном Райли? Что узнали?

– Позже. В каюте обсудим. О-хо-хо… – Морячка возбуждённо потёрла ладони. – Клянусь, там есть что обсудить. Но сейчас – речь.

– Присутствующие! – Голос у здешнего капитана был приятный и мягкий. – Я рад видеть всех вас на борту «Императрицы Эгелии». Рад, что всем удалось успешно добраться сюда. Моё имя – Рей Райли, я тот самый человек, что занимается перевозкой людей через Межконтинентальное море вот уже двадцать четыре года. Опыт, как можете догадаться, колоссальный. За минувшие года мы с командой и с нашей славной «Императрицей» переправили на Восток больше трёх с половиной сотен эмигрантов. Точнее не назову – сами понимаете, мы не ведём учёт клиентов. Но что главное, ни один из этих трёх сотен не погиб и не покалечился в пути, не пожалел, что положился на наше скромное предприятие. Все получили именно то, что искали: надёжный, относительно дешёвый билет в новую жизнь на новых берегах без лишних вопросов. Все добрались до Империи.

– Но это не совсем правда.

Доктор Бурах во второй раз ощутил дыхание Агнии на ухе.

– Тем не менее нам с вами всё ещё предстоит неблизкий вояж. Путь до Малааики, под которой мы запланировали бросить якорь, займёт две недели и четыре дня. При лучшем раскладе только лишь вечером двадцать восьмого июня вы сможете увидеть восточное побережье. Причём плохая погода в силах задержать нас на двое – четверо суток. Пассажиры свободны от судовых обязанностей. Однако считаю нужным напомнить, что, как у капитана, в моих полномочиях отдавать распоряжения всем, кто оказывается на борту в ходе плавания. Прошу уважаемых эмигрантов учитывать данное обстоятельство. Неадекватное поведение и откровенный саботаж работы экипажа недопустимы. В остальном за время работы я привык следовать принципу разграничения. Что это за принцип? Сейчас объясню. Согласно ему экипаж со своей стороны старается максимально не вмешиваться в частную жизнь беженцев. Нам нет никакого дела, что вы там совершили в своём тёмном прошлом или что совершили ваши враги. Если кто-нибудь из сидящих здесь попытается рассказать мне свою трагичную предысторию, я зажму уши и сбегу на корму.

Капитан Райли, видимо, хотел разрядить обстановку остротой. Но ничего не вышло. Ответом на шутку стало почти гробовое молчание, а единичные смешки напоминали скорее кряканье или хрип престарелых собак.

– Пассажиры же, в свою очередь, воздерживаются от вмешательства в работу экипажа. Даже если с добрыми намерениями. Даже если уверены, что способны помочь. Оставьте укрощение волн профессионалам, друзья.

– Да вы вообще живые легенды открытых морей, – прошептала Агния, а Грэхем не выдержал, заржал и начал бить себя кулаком в грудь, чтобы выдать смех за приступ кашля.

– Надеюсь, о разграничении мы с вами договорились. Теперь что по графику? Завтрак и обед у нас в одиннадцать и шесть соответственно. В остальное время полная свобода. Можете заниматься, чем захотите, хоть всю ночь напролёт бродите у фальшбортов. Правда, тогда вы быстро схватите обморожение лёгких, ну да у каждого здесь своя голова на плечах. Исключение только сегодня. После инструктажа я настоятельно прошу всех распределиться по каютам и лечь спать. Воды вблизи побережья самые неприятные, команде нельзя будет отвлекаться. Да, и ещё есть запретные зоны. В машинное отделение, грузовой трюм, штурманскую рубку, на мостик и в каюты корабельного штаба доступ пассажирам по умолчанию закрыт. В матросский кубрик…

Тут Рей Райли хорошенько призадумался.

Он размышлял минуты три с половиной, прежде чем продолжить:

– В матросский кубрик – можно. Хотя что вас там заинтересовать может – ума не приложу, там только койки да вещи матросские. Скорее уж это они к вам бегать станут в перерывах. Теперь, пожалуйста, вопросы.

Один из рабочих поднял руку.

– Кормить хоть нормально будете? А то наш фабрикант своих такой дрянью потчевал, чтоб вы знали.

– С голоду никто не умрёт, – улыбнулся Райли. – Ещё вопросы?

Спросили ещё про военные корабли. Мол, что делать, если попадёмся на пути у Соединённого Флота или имперским эскадрам. Райли заверил, что необходимые поддельные документы у него под рукой. Он всё разрешит, а от пассажиров потребуется лишь кивать да поддакивать. И вообще, море огромно, никто им на пути