Отверженная Всадница - Керри Лоу

— И всё это из-за безжалостного и бесчеловечного врага. С которым тоже нельзя было поговорить, урезонить или договориться, — добавила Летти, бросая скомканное письмо на стол.

— Если бы не Эйми и Всадницы Яры, все до единого люди в Киерелле были бы мертвы, — Майконн теперь был тенью, подсвеченной закатом за его спиной. — Если бы Эйми не уронила браслет Кьелли в море, я бы сам разбил его вдребезги. А потом выбросил в море.

— Это сила, которой никто и никогда не должен обладать, — тихо сказала Байлетти. По её щеке скатилась слеза, и Элька задумалась, кого же она потеряла на войне. — Браслет нельзя доверить одному человеку, каковы бы ни были его намерения.

Гнев и печаль двух членов совета были ощутимы, они давили на Эльку, почти выталкивая её за дверь. Она знала, что это фальшь, она видела это в своём зеркале в течение двух лет, и эти эмоции были настоящими.

— Простите, я не осознавала, — пробормотала она и поспешила прочь по коридору.

Пробираясь между лестницами, она чувствовала себя наказанной и злой. На себя? На свою семью? Она не была уверена. Она была убеждена, что у совета нет браслета Пагрина, и, скорее всего, они даже не знали о нём. Майконн упомянул только о браслете Кьелли. И это вернуло её к теории, что Всадницы сохранили его и не сообщили совету.

— Так где же эта проклятая штука, — Элька выплюнула эти слова сквозь стиснутые зубы.

— Простите?

Один из стражников у дверей услышал её, хотя она говорила на главике.

— Извините, ничего, — Элька перешла на киереллский и одарила его одной из своих заученных улыбок. Секунду спустя она опустила её, торопливо спустилась по ступенькам и пересекла площадь. Она смотрела, как Инелль плавно спускается с крыши библиотеки, и сначала не заметила Халфена.

— Элька! — позвал он, подбегая, и лоскутный плащ стражника развевался у него за спиной.

Элька улыбнулась, потому что ей нужно было отвлечься от собственных мыслей, а Халфен был милым человеком. Они с Натин были милой парочкой, хотя она и не понимала, как он иногда её терпел. Возможно, он успокаивал её во время бури.

Элька познакомилась с Халфеном не только благодаря своим обязанностям Всадницы, но и потому, что он присоединялся к ним в свободное от службы время. Эйми приложила немало усилий, чтобы включить Эльку в свою компанию друзей, ошибочно приняв её стоицизм за застенчивость. Поначалу Элька при любой возможности сворачивала с маршрута, но иногда её ловили без всякого повода, и она была вынуждена присоединиться к поездкам в Киерелл. Теперь она любила проводить выходные в компании Эйми, Пелатины, Тариги, Натин и Халфена.

Инелль приземлилась на площади, клацнув когтями по каменным плитам, и фыркнула, приветствуя Халфена. Элька хотела остаться и поболтать, но она пообещала себе, что вернётся в туннели сегодня вечером, и если задержится ещё немного, то уже никогда не уйдёт.

— Привет, Халфен. Прости, что не могу остаться, у меня кое-какие дела для Яры.

Это не совсем ложь.

— О, конечно, не беспокойся, Халфен склонил к ней своё здоровое ухо, как он всегда делал, когда кто-то говорил. Он не расслышал ни слова из того, что сказал другой. — Держу пари, твоя работа более увлекательна, чем моя.

Он жаловался, но на его круглом лице всё ещё играла улыбка.

— Капитан Тент по-прежнему даёт тебе дурацкие задания? — спросила Элька, забираясь в седло.

— Да, но не говори Натин. Она уже трижды в этом году угрожала, что заставит Малгеруса откусить Тенту голову.

Элька рассмеялась, хотя могла представить, как Натин именно это и делает.

— Что ж, удачи тебе в твоей скучной работе.

Халфен подмигнул ей и вытащил из кармана книгу.

— Я справлюсь с этим.

Элька толкнула Инелль за рога, и её дракон взлетел. Халфен весело помахал ей в ответ. Закат скрылся за горами, оставив темнеющее небо того же цвета индиго, что и чешуя Инелль. Начали мерцать звёзды, и Элька, запрокинув голову, залюбовалась ими.

Бывали дни, когда она тосковала по шумной жизни настоящего города, по комфорту своего таунхауса и множеству кафе, где продавали еду со всего мира. Но небо над Киереллом было намного лучше, чем дома. В Таумерге дым от городских фабрик заволакивал небо, а по ночам оранжевые отблески огней окутывали крыши дымкой. Люди писали о звёздах в книгах — это были причудливые, романтические фантазии. Но здесь небо простиралось бесконечно, и лёгким взмахом крыльев Инелль могла подняться над огнями Киерелла. Сотни тысяч звёзд сияли, как крошечные серебряные крупинки, и, глядя на них, Элька чувствовала себя маленькой и в то же время невероятно свободной.

Вскоре они оказались в горах, и Инелль направилась прямо к жерлам, ведущим в Сердце. Элька узнала, что у совета нет браслета, и это придало ей, хотя и слабеющую, мотивацию для поисков в туннелях под Антейллом.

— Сегодня вечером я найду его, — пообещала она Инелль, когда её дракон пронёсся сквозь тени, покрывавшие тренировочную площадку. — Тогда мы отправимся домой.

Проблема была в том, что она больше не была уверена, была ли она уже дома.

ГЛАВА 9

Впадающая в отчаяние

Лезвие рассекло воздух над её головой, когда Элька пригнулась. Через долю секунды последовал ещё один. Тусклый утренний солнечный свет блеснул на ятаганах, когда они расчистили место, где только что стояла она. Она пригнулась и перекатилась, сжимая кожаные рукояти своих клинков. Вскочив на ноги, она взмахнула ятаганами как раз вовремя, чтобы отразить следующий удар. Звон металла разнёсся по вершинам гор. Воздух над их скрещенными клинками затуманился от её дыхания.

— Достаточно? — спросила Эйми.

Всадница вывернула ей запястье, высвободив свой клинок из рук Эльки. Внезапная потеря давления на её ятаганы заставила Эльку споткнуться, и в этот момент она почувствовала, как Эйми прижала клинок к её рёбрам.

— Мертва, — с улыбкой объявила Эйми.

Элька опустила лопатки и расправила плечи. После вчерашнего многочасового полета они теперь болели, но это была та боль, которой она привыкла наслаждаться. Это означало, что она что-то сделала.

— Ещё раз, — сказала Элька, становясь в первую стойку, левая нога отведена назад, правая вперёд, оба клинка подняты и готовы.

— Уверена? — Эйми смахнула прядь белых кудрей со вспотевшей щеки тыльной стороной ладони. — Теперь это два очка в мою пользу и одно в пользу Тариги.

Другая Всадница, стоявшая справа от Эйми, ободряюще помахала Эльке, всё ещё сжимая в руке ятаган. Её круглые щеки раскраснелись, а пропотевшая чёрная рубашка облепила её мягкие изгибы. Но её дыхание было