Отверженная Всадница - Керри Лоу
Прежде чем надеть стальные браслеты, в них должна была проскочить искра, так сказал Франнак. И он также сказал ей, что искра в браслете иссякла, когда браслет был активирован.
Элька слышала, как Инелль бьётся и ревёт в своей клетке, разрывая крылья и чешую, отчаянно пытаясь вырваться и помочь своей Всаднице. Сознание Эльки было слишком переполнено собственным ужасом, чтобы успокоить дракона.
Торсген закатал рукав её нового плаща. Жёлтого плаща, который Даан купил ей, потому что оно хорошо смотрелось бы на фоне тёмно-синей чешуи Инелль. Он расстегнул застёжку на стальном браслете и надел его Эльке на запястье. Торсген знал, какую боль это ей причинит. Он наказывал её за неверность, гарантируя, что она никогда не сможет уйти из семьи.
— Пожалуйста, — умоляла она. — Пожалуйста, не надо.
— Ты одна из нас, Элька, — сказал Торсген.
Затем он защёлкнул браслет.
Ледяная боль пронзила руку Эльки, и она закричала. Шип на браслете пронзил её вену, соединив её с искрой. Перед глазами у неё потемнело, когда волна энергии прокатилась по её руке и ударила в сердце. Даан. Это была его энергия. Браслет только что израсходовал всё, что у него было, чтобы соединиться с ней. Даан исчез. Мила и Клауджар отпустили её, и Элька упала, упершись руками в колени, задыхаясь.
Когда Элька выпрямилась, её зрение прояснилось. По всему цеху она увидела шары зеленовато-белого света в грудных клетках людей. Искры. Она видела, как у всех загорелись глаза. Браслет сработал. Она почувствовала, как по щекам снова потекли слёзы. Её собственная искра горела в груди, яркая, как маленькое солнце.
Она подняла глаза и с удовлетворением увидела, что в груди Клауджара едва заметно вспыхнула искра. Но пока Элька смотрела, всё ещё чувствуя тошноту, Клауджар начал закатывать рукав. На рабочем столе Франнака оставалось ещё два стальных браслета. Достаточно, чтобы Клауджару и Миле досталось по одному. Торсген подозвал Нейла и попросил его принести им еще одну искру. Нейл кивнул и исчез в одном из задних бункеров. Должно быть, там тоже заперты заключённые. У Эльки поплыло перед глазами, и ей пришлось снова положить руки на колени. Торсген собирался убить ещё двух человек, украсть их искры и использовать их для изготовления браслетов Клауджару и Миле.
А что потом? Будут ли они продолжать красть искры у подростков, которых Торсген считал недостойными жизни? Будут ли они использовать их для создания Воинов Пустоты или Бесконечных рабочих? Элька посмотрела на стальной браслет, прикреплённый к её запястью. Из-под браслета на ладонь сбегала струйка крови. Торсген ожидал, что она тоже воспользуется браслетом?
Элька покачала головой.
— Больше никаких окровавленных рук.
Она пообещала себе.
Торсген думал, что усмирил её, и на данный момент на неё не обращали внимания. Она посмотрела на Инелль, сидевшую в другом конце мастерской. Её дракон свернулся калачиком под колючей сеткой, обернув вокруг тела окровавленный хвост. Края её крыльев были изодраны в клочья, а морда крест-накрест покрыта порезами. Она выглядела так, будто сдалась.
Элька закрыла глаза и прикоснулась к их связи, с облегчением обнаружив, что оно всё ещё на месте и что браслет на него не повлиял. Всё её тело болело, а сердце разрывалось на части, но Элька собрала все силы, какие только смогла найти, и отправила их по своей связи с Инелль.
— Мне нужно, чтобы ты подождала, а потом была готова. Ты можешь сделать это для меня?
Горе, которое Элька испытывала от своего дракона, было почти невыносимым. Ей было страшно, больно, одиноко без своей связи, и она отчаянно хотела воссоединиться со своей Всадницей. Элька увидела, как Инелль медленно открыла рот и осторожно прикусила его. Слёзы вновь навернулись на глаза Эльки, когда она посмотрела на своё запястье, которое поранила и которое Инелль всегда нежно покусывала, и увидела холодный металл браслета, прилипшего к нему.
Гнев пронзил её, как новый порыв пара.
— Я не одна из вас, — сказала она браслету, затем посмотрела на Инелль. — Ты — моя семья.
Она услышала лязг двери и крики, доносившиеся из-за пределов мастерской. Нейл приносил очередную жертву для аквариума. Она должна была остановить это и наполнить мастерскую своей настоящей семьёй.
ГЛАВА 30
Огонь и металл
Пока всё внимание было приковано к Франнаку и его браслетам, Элька скользнула в тень на краю мастерской. Она перелезла через переплетение труб и шестеренку, которая была больше её самой. Она была прикреплена к потолку цепями, а за ней находились два рычага, каждый высотой ей по пояс. Элька ухватилась за них и потянула. Со скрежетом шестерёнок и звоном цепей изогнутая крыша мастерской начала медленно открываться, открывая кусочек ночного неба.
— Ну же, — Элька подгоняла его, чтобы он двигался быстрее.
Лучи лунного света хлынули в мастерскую, а мгновение спустя за ними последовали три дракона. Хлопанье их крыльев эхом разнеслось по мастерской, и на мгновение все, кроме Эльки, застыли от удивления. Малгерус приземлился на медный бак, в котором всё ещё находился труп Даана, и взревел. Его оранжевая чешуя сверкала в свете фонаря. Скайдэнс носился по мастерской, оставляя кровавые царапины когтями на трёх мужчинах, прежде чем они успели прицелиться из своих пистолетов. И Джесс приземлилась посреди комнаты, царапая когтями половицы, чешуя сверкала, как изумруды, и ударила хвостом. Он врезался в верстак, оторвав лапы. Снаряжение Франнака было разбросано по полу в беспорядке из сломанных труб и осколков стекла.
— Уничтожьте драконов! — прорычал Торсген Ворджагенам.
Элька воспользовалась тем, что его отвлекли, и выбежала из тени на пол мастерской. Она выронила пистолет, когда Торсген защелкнул браслет на её запястье, но сейчас подняла его и побежала к Инелль. Вокруг неё засвистели пули, когда люди Торсгена оправились от шока и открыли огонь по драконам. Элька упала на колени, разорвав штаны. Прицелившись в бандита, она нажала на спусковой крючок пистолета. Он закричал, когда её пуля раздробила ему коленную чашечку.
Вскочив, Элька побежала дальше. Она услышала шелест крыльев и увидела, как мимо пронеслась сапфировая чешуя. Люди кричали, стреляли из пистолетов, скрежетали механизмы, а крыша продолжала полностью открываться, и три дракона ревели. Но поверх всего этого Элька услышала, как Инелль зовёт её.
— Я иду!
Что-то промелькнуло на краю её поля зрения, молниеносное, быстрее человека.
