Команда Бастет - Злата Заборис

Напротив меня стоял… Нет, стояла. Или все же стоял?..

Человек, оказавшийся перед моими глазами, не поддавался причислению ни к одному конкретному полу. Я не понимала, мальчик это или девочка. Черты его выглядели настолько странными, что не подходили ни под один из двух известных шаблонов.

Личность эта была высокого роста, с мальчишечьими угловатыми плечами и огромными грубыми ручищами. Притом плоская фигура имела крайне хрупкое, худощавое телосложение – как у девочки-дистрофика.

Тонкую шею покрывал ворот свитера, не позволяющий разглядеть наличие кадыка или же его отсутствие. На длинном носу квадратного, лишенного малейшей женственности лица сидела грубая оправа очков. Волосы же, напротив, были по-девичьи длинными и спадали до самых плеч. Правда, при этом имели кричащий малиновый оттенок и весьма сомнительную чистоту – грязные непричесанные пряди напоминали сосульки, свисающие с крыши.

Одежда его тоже была в стиле унисекс – такой свитер и широкие брюки могли носить представители обоих полов. Единственное, что смущало, – это огромная дыра, прожженная на правой коленке. Сквозь нее виделась черная ткань то ли колготок, то ли подштанников. Человек этот в равной степени мог оказаться как неказистой девушкой, так и дистрофичным юношей. А понять, кем именно, я не могла.

– Серьезно? Выгнали? – Уаджет на мгновение обернулась к бесполой личности, и голос ее наполнился неподдельным сочувствием. – Вообще-то это грустно… – Взгляд ее снова прирос ко мне. – Ты, кажется, Желя, верно? – мягко уточнила она.

– А ты – Лиза. Уаджет! – осмелев, выпалила я.

И получила в ответ одобрительную улыбку. Предводительница кошачьей команды протянула мне ладонь для рукопожатия.

– Вот и познакомились, – подвела она итог, сжимая мои пальцы.

Страха стало меньше. Но растворяться полностью он все же не торопился.

Вожатова тем временем обернулась, освободившейся ладонью указывая на стоящего рядом человека.

– А это Саша Норушко, моя правая рука, – представила она его.

И мозг мой снова зашел в тупик: Сашей с равноценным успехом мог оказаться как Александр, так и Александра.

– Меня зовут Мыш. – Голова бесполой личности склонилась в отрывистом кивке, дополняя наше знакомство прозвищем. – Мыш Норуш.

И снова завеса тайны осталась на своем месте.

– А ты… – Я замялась и неуверенно сглотнула, прежде чем озвучить свой вопрос. – Ну… Мальчик или девочка?..

Щеки Саши вспыхнули багровым пламенем.

– Я – это я. – Голос Норушко стал жестче и грубее, точно собачий лай. – И в шаблонах я не нуждаюсь.

Глаза Мыш недобро сверкнули из-под очков.

– Так что попрошу не навешивать на меня этих глупых ярлыков. Мальчик… Девочка… – Последнюю фразу он произнес с особым презрением и даже вынужден был взять небольшую паузу, дабы вновь набрать в легкие воздуха. – Все это идиотские термины, придуманные для того, чтобы нами было проще управлять. А я собой управлять не дам. Я вне этой системы. И я не позволю загонять меня в ее рамки.

От количества «я», за минуту выданных этим странным индивидом, у меня невольно засвербело в ушах. В попытке избавиться от этого дискомфортного ощущения я принялась рассматривать остальных участников сборища.

Их было трое. Две девушки. Одна высокая, статная, в лиловом бархатном берете; вторая – поменьше, растрепанная и с неимоверным количеством булавок в одежде. Третьим был парень, чью левую бровь вдоль и поперек испещряли сережки пирсинга.

Только вот в отличие от Уаджет и Мыш Норуш они не стали подходить к нам – остановились чуть поодаль, справа, наблюдая за сценой знакомства на расстоянии.

Я чувствовала их внимательные любопытные взгляды и невольно продолжала нервничать. Ситуация напрягала. Сбоку за мной наблюдали зрители, периодически склоняющие друг к другу головы и неслышно перешептывающиеся. Напротив – сверлил взглядом Мыш, раздраженно подрагивая желваками.

Впрочем, понять недовольство этого человека было можно. Наверное, я затронула в разговоре слишком болезненную для него тему.

В умиротворении пребывала из всей их компании лишь Лиза. Вожатова смотрела на меня мягким гостеприимным взглядом и улыбалась. Мило. Расслабленно. Дружелюбно. Как будто я всегда была частью их команды, а не обрушилась на них посреди зимы, точно глобальное потепление.

В этой темной сумбурной обстановке ее улыбка была словно лучик теплого света. Успокаивающий и убаюкивающий мой разум…

Вдруг тело Уаджет резко содрогнулось, разбиваемое крупной конвульсией. Глаза закатились, а голова, словно потяжелев, запрокинулась набок, будто ее хозяйка собиралась завалиться в обморок.

– О-о-о… – протяжно сорвалось с ее губ.

Руки подтянулись к вискам и обхватили пальцами наушники, как можно плотнее прижимая их к голове.

– Эта песня! – выдохнула Лиза. – Она как дымящая сигарилла в мозолистых черных руках…

Я с опаской покосилась на предводительницу «кошек». Она что, все это время слушала музыку?

И пока мы разговаривали?

И пока знакомились?..

То есть… С этим было связано ее умиротворение?

– Хочешь услышать? – Глаза Вожатовой вдохновенно распахнулись. – Давай…

Не дожидаясь моего ответа, Уаджет стащила ободок наушников со своей головы и поднесла его ко мне – не надевая, а просто прикладывая к уху.

До слуха донесся басистый голос африканца, перебиваемый хлесткими ударами бита – из мембраны звучал отрывистый ритм рэпа.

Больших усилий мне стоило в тот момент не шарахнуться от своей новой коллеги. Ее порыв «угостить» меня музыкой был настолько неожиданным, что я едва устояла на месте.

Впрочем, мое лицо, кажется, и без того выдавало всю мою ошарашенность, потому как Вожатова, едва подняв на меня взгляд, смущенно потупилась.

– Извини. – Лиза улыбнулась, поспешно убирая технику.

Дистанция между нами резко увеличилась, вновь разрываясь до прежних величин.

– Музыка – вся моя жизнь. Я всегда в ней, а она – всегда со мной.

Наушники вернулись на свое законное место на макушке Уаджет, точно блестящий неоновый венец.

– Что же, – произнесла Лиза и гостеприимно обвела рукой помещение, – добро пожаловать!

Улыбка Вожатовой стала еще шире, и мне тотчас же захотелось улыбнуться ей в ответ.

Вот только сделать это я не успела. Ибо в следующий момент за моей спиной отворилась дверь.

Вздрогнув от резкого скрипа, я обернулась. И в тот же миг вздрогнула второй раз. На пороге, сжимая жестяную банку газировки, стояла Вафелька.

Кажется, наша встреча удивила ее ничуть не меньше, чем меня. Потому как пальцы Фаины на мгновение сжались на жестянке – настолько сильно, что та легонько хрустнула и прогнулась вовнутрь.

Я же смотрела на нее и молчала. Все слова разом исчезли, уступая место растерянности, пустоте и ступору. Мне будто снова довелось оказаться в Кварцевом зале, в самый разгар веселья. В тот самый момент, когда раскрытая ладонь Леса оказалась протянута перед ней.

Наваждение было настолько сильным, что по спине невольно пробежала дрожь.

Не знаю, чего я сейчас ждала. Какого поворота событий. Но уж точно