Команда Бастет - Злата Заборис

Я судорожно замотала головой, будто пытаясь вытрясти назойливые мысли.

Да ну, глупости. Хоть я и не могла сказать, что достаточно хорошо знаю Мистера Поломойку, но ожидать от него такой подлости все равно не могла.

Сознание будто треснуло на две половины. Первая не верила, что он способен на подобное. Другая же говорила, что иного логичного объяснения произошедшему нет.

Виталий тем временем обернулся ко мне.

– Две недели истекают сегодня, – как ни в чем не бывало произнес он.

И даже улыбнулся, что заставило меня поежиться внутри.

– Да.

Я смотрела на его руку в крови. На лицо, подобревшее буквально за секунду. И буквально не знала, что думать.

– Ты не передумала? – Бровь над его левым глазом вопросительно поднялась. – Узнавать обо мне правду?

– Нет. – Точно в трансе, я покачала головой.

– Хорошо. – Он расслабленно пожал плечами. – Но тогда тебе придется задержаться здесь допоздна.

А вот с этим было сложнее.

– Мне вечером на работу, – озадачилась я. – Закончу в девять.

Однако Виталий от этой информации просиял.

– Приходи после работы! – кивнул он. – Самое то.

На том и порешили.

Глава 35. Всевидящее око

Ожидание не скрасило рабочий вечер. Напротив, оно томило, заставляя время тянуться подобно резине.

Пальцы набирали номера по списку. Язык бесперебойно тараторил в трубку один и тот же текст. А мозг… находил явную иронию в том, что ради покупки нового телефона мне было суждено на всю жизнь возненавидеть телефонные разговоры.

И тем не менее я продолжала осточертело тыкать в пластиковые кнопки старенького девайса. Лежащий в моих руках агрегат был еще древнее, чем моя «неразбивайка». Увидев свое техническое обеспечение в первый рабочий день, я даже не поверила, что такие бывают.

Однако вот он – лежал передо мной. Более того, исправно выполнял свои функции.

Правда, динамик был отвратительный. Вся доносящаяся из него речь звучала так, будто мои собеседники массово сидели в глубоком подвале без единого окошка.

На перерыве я спустилась с чердака за кофе. Пока стояла у автомата и пила омерзительно приторную бурду из пластикового стаканчика, рядом материализовалась моя коллега, северянка Оксана.

За время совместного питья кофе никто из нас не проронил ни слова. Весь ресурс бесед был израсходован там, наверху, вложенный в телефонные разговоры. Свои недолгие минуты отдыха мы коротали в тишине. Молча стояли в проходе, потихоньку отхлебывали из чашек горячую жижу и нет-нет да перекидывались усталыми взглядами. И взгляды эти громче любых слов стонали о предстоящих часах непрерывных звонков.

Закончился перерыв. Затем потихоньку закончился и рабочий день.

Часы на стареньком девайсе показали девять вечера, и менеджер с невыговариваемым восточным именем принялась выталкивать нас по домам, параллельно крича что-то о штрафах за опоздания.

Пальцы устало зажали красную кнопку, отключая телефон. Вплоть до последнего потухшего пикселя я отупело смотрела на его экран, не веря, что смена наконец подошла к концу.

В голове крутилась предательская мысль послать Мистера Поломойку с его странными затеями куда подальше. И идея эта, к слову, была крайне навязчивой.

Рука вяло прикрыла зевающий рот.

Я страшно устала. Хотелось спать. Хотелось ужина. Хотелось… сказать «домой», но дома меня не ждало ни еды, ни спокойствия.

Что же.

Выбор был очевиден.

Прихватив на выходе стаканчик мерзостно сладкого кофе, я направилась в «Восход».

* * *

Мистер Поломойка встретил меня у входной двери. Точнее, он ужом выскользнул с лестницы, схватил меня под руку и, немного успокоившись, потащил наверх.

– Куда мы идем? – полюбопытствовала я, едва его пальцы впились в рукав моей куртки.

– Менять батарейки. – На щеке мистера Поломойки образовалась ямочка от загадочной улыбки.

А большей информации я из него так вытянуть и не смогла.

Впрочем, поводы для волнения у меня имелись и без этого. Едва переступив порог «Восхода», я задалась вопросом: что будет, застань нас здесь боги в столь поздний час?

– А если нас кто-то увидит? – Беспокойство прорвалось наружу, когда мы миновали первый пролет.

Мистер Поломойка как ни в чем не бывало пожал плечами.

– Скажем, что мы пришли сюда пообжиматься, и пусть валят подальше от нашей романтики.

Свободная рука парня лениво почесала затылок. Такой вопрос его ничуть не озадачил. Скорее, наоборот, расслабил. И как ни странно – пробил на разговор.

– В твоем обществе отмазаться от чужого внимания вообще проще простого. То ли дело когда мы с другом приходили… Вот там сложнее было что-то придумывать. – Виталий сдавленно кашлянул в кулак.

Ступени под нашими ногами закончились, и взгляду открылся по-вечернему безлюдный третий этаж.

Мне казалось, путь Мистера Поломойки лежит в театральную студию, однако каково же было мое удивление, когда парень прошел мимо витражной двери, даже не взглянув на нее.

Зеленая дверь осталась позади, а мое сознание начало стремительно погружаться в нарастающую истерику.

Уж не в компьютерный клуб ли мы шли?

Одна только мысль о возможном столкновении с Тотом заставила меня покрыться испариной.

Тетяна дала мне последний шанс.

Последний.

И какова же будет ее реакция, когда она узнает, что я вновь по своей воле пошла к Тоту?

Лоб уже успел взмокнуть от холодного пота, когда Виталий вдруг резко притормозил посреди коридора. Постоял с секунду, оживленно оглядываясь по сторонам. А затем внезапно запрыгнул с ногами на подоконник и вытянулся на нем во весь рост, подняв руки куда-то под потолок.

Пальцы коллеги заскользили вдоль потолочного фриза, будто бы выискивая под ним что-то и… отрывая?

Ничего не понимая, я внимательно следила за его движениями.

На пол Голубцов спустился уже не столь стремительно. А на его протянутой ладони лежала маленькая белая коробочка с проводами. Странная, неказистая, из хрупкого, местами поцарапанного пластика и с темной полусферой объектива на корпусе.

– Подожди, это что… камера? – Глаза мои изумленно расширились. – Разве в «Восходе» есть система видеонаблюдения?

– Есть. – Губы Виталия растянулись в усмешке. – Только сам «Восход» об этом не в курсе.

Коллега осторожно сжал коробочку, прикрывая ее согнутыми пальцами. Жест его – бережливый и в своем роде трепетный – заставил мои глаза распахнуться еще шире.

– Ты их поставил?!

Виталий горделиво кивнул.

– Я.

Я не нашла что сказать.

Голубцов же тем временем продолжил хвастаться:

– В общей сумме по всему «Восходу» расставлено порядком семнадцати моих камер. Основная часть, сама понимаешь, на территории театральной студии.

– И в гримерной?.. – осторожно поинтересовалась я, чувствуя, как щеки наливаются пунцовым румянцем.

– А как же…

Сознание затопила волна возмущения.

– Ты, мелкий вуайерист! – От услышанной информации я готова была наброситься на него с кулаками.

В