Особенности фиктивного брака с крылатым - Екатерина Вострова

Переехать получилось на удивление быстро.

Мне повезло уже со вторым объявлением, и вот я мчу на окраину города, чтобы посмотреть подходящую студию (всего пятнадцать метров вместе с коридором и туалетом и практически без мебели, но зато с минимальным залогом). Вид из окна выходил на стройку, у подъезда была такая слякоть, что без резиновых сапог не пройдешь, но так как договор хозяин был готов подписать прямо сейчас – я согласилась без особых раздумий.

– Этот ноутбук тебе Рома купил, так что забери с собой, – сказал мне Яр, когда я выходила, нагруженная огромными пакетами, из его квартиры. Чуть поколебавшись, я кивнула, соглашаясь.

Ну а что? Роману деньги за него я могу и потом отдать. Или отработать. Вот если бы его купил Ярослав…

Тот смотрел на меня с таким безразличным лицом, что хотелось взвыть. Но я держалась.

– За оставшимися вещами я завтра заеду, может быть, попрошу кого-нибудь из парней в группе грузчиками поработать… – В конце концов, Рома тогда чуть ли не всю мою комнату вывез, в том числе кресло и письменный стол, не оставлять же их, вряд ли Яр нуждается в лишней мебели.

– Никаких одногруппников, – мрачно отрезал мужчина. На лице впервые за весь вечер проступили какие-то эмоции, но я не разобрала какие. – Сам все вынесу.

«Ну да, кто же захочет посторонних дома, тем более простых людей?»

– Хорошо. Тогда до завтра. – Я развернулась прежде, чем он попрощался, потому что в глазах стояли слезы, грозящие вот-вот пролиться безудержным потоком.

Не нужно, чтобы он их видел.

Но ответного прощания в итоге я так и не услышала. За моей спиной просто захлопнулась дверь.

***

Майя забрала все свои вещи и ушла. Если по-хорошему, это не должно было волновать Ярослава. Ну уехала и уехала, ему же проще. Он не самый большой любитель делить жилплощадь с кем-то, тем более юной и наивной девушкой, тем более с той, которая практически призналась ему в чувствах.

Или не практически, а призналась?

Те ее слова застряли в его мозгу – не выковыряешь. Нет, женщины и раньше заявляли Ярославу, что влюблены в него по уши. Разными фразами, томными взглядами, слезами, попытками шантажировать своей любовью. Он давно перестал реагировать на девичьи признания.

В конце концов, чья-то безответная любовь – не его проблема. Он не просил в себя втюриваться.

Но Майя… то, как она сказала «я могу влюбиться в тебя» – звучало не как попытка привязать к себе, а как отчаяние. Так умирающий говорит, что ему осталось жить совсем недолго: с принятием и безысходной готовностью мириться с тем, что уготовила судьба.

Майя была права. Если не хочешь ответить взаимностью – не лезь. Если не можешь стать ее мужчиной и оберегать не по нужде, а по любви – даже не начинай. Не привязывай к себе как бездомную собаку, что ластится к любой человеческой руке.

Он ее услышал. Ложных обещаний давать не стал, из дома выпустил, ритуал разорвал.

Все. Конец.

Рома ее не обидит. Присмотрит. Да, бордель – очень сомнительное место для работы, но Майя права: это ее выбор. Почему бы не позволить ей набивать собственные шишки?

Ярослав прошелся по опустевшей квартире. На полочках ни расчесок, ни кремов, ни бесконечных резинок для волос, которые Майя теряла повсюду. В комнате – нет половины ее вещей, а оставшуюся часть вывезут завтра. Завтра с утра придет Ирина Викторовна, помоет полы, выветрит запах духов Майи.

Живи как раньше.

Почему тогда свербит каким-то дурацким чувством?

Недосказанностью как будто какой-то. Чем-то невыполненным, несделанным.

Завибрировал телефон, отвлекая Ярослава от раздумий. Анна Рихард. Интересно, что ей нужно?

– Ну здравствуй, Анечка, – пропел Яр, переключаясь на давнюю свою знакомую, которую жутко бесило, когда к ней обращались вот так, как к маленькой.

– И тебе не хворать, Курбицкий, – проскрежетала Рихард. – Слушай сюда внимательно. Майя сейчас с тобой?

Ярослав машинально обернулся. Цветочный аромат плыл в воздухе спальни, а потому казалось, что девушка стоит где-то невдалеке.

Но нет. Она же ушла.

– А что? – не стал сдавать все карты он.

– Да ничего особенного, просто любопытно вдруг стало, где ходит твоя невеста, – съязвила девушка. – Ладно, если по-серьезному, то пришли результаты ее крови. Я не знаю, что это за низшая такая, но она способна сорвать печать с гор и высвободить древних.

– Ты шутишь?

Майя, конечно, во всех отношениях необычная личность, но как кровь девушки-полоза может быть связана с печатью? Совсем не укладывается в голове.

Ярослав задумчиво прикусил губу.

Не нужно было ее отпускать. Чутье же твердило: присмотри. А он поддался и позволил уйти.

– Угу, я же та еще шутница. Прямо не арбитр, а клоун на выгуле, – Анна явно закипала. – Короче, от себя девицу не отпускай, следи за ней как за зеницей ока. Идею вашу глупую про разрыв ритуала засунь себе куда подальше. Нам сейчас на руку, что ты ее чувствуешь на расстоянии. А, и никому ни слова о ее особенности. Уяснил?

Как бы сказать Анечке, что есть один ма-а-аленький нюанс. Ритуал уже разорван, и Майя уже уехала. Так сказать, он провалился по всем пунктам.

– А если я откажусь? Я в няньки не нанимался, у меня другие планы на ближайшее будущее.

Рихард аж поперхнулась от возмущения.

– Ты рехнулся? Какое откажусь?! Эта девица способна вернуть древних и устроить тут полный пи… хаос.

– Ну а если все же откажусь?

Ярослав прощупывал почву. Конечно, он понимал, что должен приглядывать за Майей. Он и приглядывал. Издалека, аккуратно. Чтобы ее никто не использовал и чтобы она сама о приглядке этой не узнала. Но интересно же, какие есть еще варианты развития событий.

А приглядывать приходилось хотя бы потому, что ее «жених» так и не был обнаружен. Тот, который из клуба, из-за которого и случилась вся эта неразбериха с ритуалом и браком.

Они проверили данные, которые передала Полина, но те привели их к другому человеку. Рома съездил к Наташе как к единственной свидетельнице, которая общалась с тем типчиком лично.

– Бесполезно, – отчитался друг после того, как вернулся от нее. – Я эту Наташу и так, и этак допросил и даже артефактом незаметно проверил, чтобы не лгала. Увы. Ни в какую. Ничего она не знает, никого не видела.

Сейчас Яр вспоминал об их тщетных попытках что-либо найти и злился на самого себя. Они что-то упускают и могут заплатить слишком высокую цену, если «женишок» объявится вновь.

В общем, Майя и так под присмотром. Другое