Особенности фиктивного брака с крылатым - Екатерина Вострова

Чтобы хоть чем-то помочь делу, а не сидеть сложа руки, я набрала номер Леши. Даже не подумала, что сейчас ночь и он точно должен видеть сотый сон. На удивление, арбитр ответил быстро, и голос его был вполне бодр.

– Майя, что-то стряслось? Где ты находишься? У тебя все в порядке?

– Нет… то есть да…  точнее, я-то в порядке, – начала я путаться в показаниях, а затем рассказала о разговоре с матерью и о том, что я не подозреваю, где искать Мирона.

– Так, ты сейчас где?

– С Ярославом и его другом Романом, едем на стадион. Он там с каким-то другом познакомился. Мы думали поспрашивать там охрану, камеры посмотреть… Прости, наверное, я тебя разбудила.

– Не-а, я тут в бумагах копался. Ночью лучше думается. Так, куда конкретно вы едете?

Выслушав адрес, Алексей пообещал примчать в ближайшее время.

– Фотку только пришли его, – попросил напоследок. – Разошлю нашим патрулям. Вдруг кто видел. Все, еду. Жди.

– Ну и что это такое было? Зачем он нам? – поморщился Роман, когда я отправила фотографию улыбающегося братишки Леше. – Какой-то арбитр-недомерок. Если ты боишься, что нам не покажут камеры, то поверь, крупная купюра гораздо действеннее, чем просьба непонятного паренька. Власти у него никакой нет, а под ногами будет мешаться. Маюш, котик, не беспокойся, мы найдем Мирона.

Яр тоже не выглядел довольным моим поступком, хотя никак и не прокомментировал его. Я же ощущала, что должна хоть что-то сделать. Алексей, может, и не глава отдела или какая-то большая шишка в мире нечисти, но, к примеру, патрули он на ноги поставил, да и вообще понимает, куда обратиться и у кого попросить помощи. Мы же можем ткнуться носом в тупик, если со стадионом не выгорит. Кто сказал, что Мирон ушел куда-то именно с тем другом, который на стадионе? А не с каким-нибудь другим, тоже новым, но о котором никому не сказал ни слова. Или не с другом, а сам по себе…

Вариантов – тьма. Нельзя циклиться на одном.

Алексея мне пришлось подождать у ворот, ведущих на стадион, пока Рома скрылся внутри административного входа, чтобы договориться о доступе к камерам, а Ярослав пошел на стадион, сказав, что попробует считать ауру местности, не чувствуется ли там присутствия какой-либо опасной нечисти.

Эта его идея меня нешуточно встревожила.

– Ты думаешь, его… – В горле пересохло. – Мог кто-то похитить?

– Не думаю, но проверить – никогда не лишнее, – успокоил Яр.

И ушел, оставив меня наедине с собственными страхами

Леша выполз из такси, взмыленный, встрепанный, держа плечом у уха телефон и что-то бормоча в трубку. Ярослав как раз к этому времени вернулся с осмотра местности.

Он неодобрительно глянул на Алексея, от чего тот принялся нервно приводить себя в порядок.

– Все-все, я тут, простите, – сказал арбитр, смахивая со лба испарину, будто не ехал в машине, а бежал на своих двоих. – Пойдемте смотреть камеры, да? Если что, я разрешение выбью.

– Пойдемте, конечно, – передразнил его вернувшийся Рома. – Только вот разрешение нам не понадобится. Я обо всем договорился. Ща нам подготовят записи, даже кофеек обещали налить. Кофеек у них, правда, растворимый, но зато каков сервис. А главное – никакой бумажной волокиты.

Роману явно не нравилось, что Леша изображает кипучую деятельность. Наверное, он сам хотел все решить (ну, максимум с помощью Ярослава), а тут четвертый лишний, еще и арбитр, рядом с которым надо держать себя в руках.

Я же была благодарна Леше до беспамятства. Он очень старался мне помочь. Не меньше, чем Яр или Рома.

Внезапно Ярослав подал мне руку, приглашая взять ее, чтобы пойти вместе. Я непонимающе сощурилась, но взгляд мужчины красноречиво намекал: не задавай лишних вопросов.

Пришлось ладонь принять.

Все вместе мы расположились в небольшой каморке охраны, набившись в нее как сельдь в бочку.

Теперь первая задача – найти на записях Мирона.

Из охранников в колледже оказалась одна-единственная женщина в годах. Неудивительно, что Роману удалось с ней договориться. Она так на него смотрела и улыбалась, что казалось – попроси он ее ключи от квартиры дать, где деньги лежат, и те бы принесла ему на блюдечке.

– Вам за какое число видео показать? – жеманно улыбнулась она. – Но учтите, у нас только за две недели сохраняется, потом перезапись идет, так как места на жестком диске не хватает. Ну и камера на стадион только одна направлена.

Я открыла телефон, смотря, какая была дата в тот день, когда я попала в больницу.

Даже если сегодня Мирон на стадион не приходил, то в тот день точно виделся со своим другом, он сам об этом звонил рассказать. Можно будет хотя бы добыть фотографию этого друга или даже опознать  – если он студент колледжа, охранница его наверняка знает.

Я назвала число.

– До часу у него в этот день школа обычно, так что можно сразу после обеда смотреть.

Видео запустили на компьютере. Первое время смотрели на ускоренной перемотке, перескакивая через небольшие промежутки времени, а затем…

– Вот он!

Мой взволнованный голос прервал монотонное молчание в каморке. Все с интересом наклонились к экрану, на котором наконец появился Мирон. Сердце мое забилось чаще.

Какое-то время он один позанимался на установленных на площадке тренажерах. Ну как позанимался – скорее, побаловался.

Потом подошел к турникам, на которых уже подтягивался какой-то худосочный парень. Лица его не было видно, так как он стоял спиной, видно только, что блондин в джинсах и футболке на несколько размеров больше, чем надо. Да и камера висела высоко, так что при всем желании хорошего качественного изображения не получилось бы.

Охранница, заметив наш интерес к этому отрезку видео, остановила перемотку и включила обычный режим просмотра. Ярослав, стоявший рядом, осторожно сжал мою руку.

Эти двое немного поговорили, и новый знакомый, похоже, предложил Мирону подтянуться. У Мирона ожидаемо вышло только полраза, а потом… Этот блондин вдруг залез на турник и как начал выделывать пируэты.

– Он точно не человек, – пробормотал Роман, а потом вдруг вспомнил, что мы в каморке не одни, и обворожительно улыбнулся охраннице: – Говорю, во дает! Как будто не человек, а птица!

– Как вы тонко подметили, – засмущалась женщина. – Может, еще кофейку?

– Да, Людмила. Людочка, можно же вас так называть? Принесите нам еще кофе, а то ночь длинная. – Словно «ночь» он сказал как будто бы с намеком, от которого Людочка покраснела и убежала, странно хихикая, делать новые порции кофе.

Яр тем