Дворецкий поместья «Черный дуб» - Варвара Корсарова

При виде статного мужчины, который вышел из дома и размеренно зашагал по дорожке к часам, Ирис захотелось провалиться сквозь землю. А глянув на его суровое лицо, еще пожелала сгореть на этом самом месте от жгучего стыда.

– Вот это да! – обрадовался Финеас. – Я ведь тоже позвал Рекстона буквально перед выходом. Он сразу же согласился. Я подумал еще, чего это он не удивился. А он уже все знал, оказывается!

– И я его позвал, – признался майор Зейц. – На фронте сержант Рекстон был моей правой рукой. Он толково выполнял приказы и проявлял разумную инициативу в кризисных ситуациях. Как же без него?

Вот оно, значит, как. Доверить тайну одному мужчине – значит доверить тайну вообще всем в округе.

Ирис перевела тяжелый взгляд на Даниэля.

– Я Рекстону ничего не говорил! – испуганно воскликнул кузен.

– Добрый день, господин Фальк, госпожа Диль, господин барон, – раскланялся Рекстон, приблизившись.

Ирис прерывисто вздохнула.

Арман оделся с иголочки, как для визита в банк. Белая рубашка хрустела от крахмала, пиджак идеально облегал торс, запонки сверкали. Рука небрежно, но с силой опиралась на универсальную механическую трость барона Гвидобальдо. Господи, а ее-то он зачем прихватил? Для внушительности? Да он и так внушителен настолько, что поджилки трясутся!

Доктор Морган тоже глянул на трость с недоумением и даже с толикой испуга.

– Благодарю за оказанное доверие, – ровным голосом заговорил Рекстон. – Однако не уверен, что должен присоединиться к вашему предприятию, поскольку моя хозяйка… – он отвесил легкий поклон Ирис, – не захотела посвятить меня в свои затруднения, из чего делаю вывод, что мое присутствие на этой прогулке ей нежелательно.

Ирис чуть не застонала вслух.

– Арман, честное слово, я хотела рассказать, просто не выдалось подходящей минуты!

– Вам нет нужды оправдываться, госпожа Диль. Я уважаю любые ваши решения.

– Да хватит вам уже! – прикрикнула она. – Мне и без того стыдно! Я безумно счастлива, что вы с нами! Если кто и сможет все уладить, так это вы!

– Польщен, что вы столь высоко цените мои опыт и суждения, однако буду весьма признателен, если впредь вы будете лично ставить меня в известность о подобных проблемах.

– Да чтоб тебя… – пробормотала Ирис. – Ладно, ладно! Признаю, я сглупила.

– Вероятно, вы не пожелали затруднять меня? Прошу, пусть такие опасения вас не беспокоят. Я готов служить вам во всех ситуациях, даже в самых щекотливых.

Только натренированное ухо уловило бы в его витиеватой речи оттенок иронии, но Ирис уже успела неплохо изучить Армана. Он был чертовски уязвлен!

Она прокашлялась и нарочито бодрым тоном произнесла:

– Ну что, выступаем? Вот только… какой у нас план? Что мы скажем моим… назойливым кредиторам?

– Да ничего не скажем! – воскликнул майор. – Много чести! Велим убираться подобру-поздорову, а если не послушаются, мы им – вот!

Он скинул с плеча карабин и картинно передернул затвор.

– Нет, Освальд, это крайняя мера, – предостерег его Финеас. – Лучше договориться об отсрочке долга. Уверен, у меня получится.

– Я прошу вас, господа, предоставить ведение переговоров мне, – железным тоном прервал их дворецкий. – Поверьте, я продумал все и выбрал наиболее подходящий сценарий.

Все послушно закивали, радуясь, что ответственность взял на себя кто-то другой. Кроме майора, которому ужасно хотелось пострелять.

По дороге к месту встречи Ирис молчала и нервничала. Она понятия не имела, чем все закончится. Когда к их компании присоединился Арман, она ненадолго испытала облегчение – как гора с плеч свалилась, – но тут же начала беспокоиться с удвоенной силой. Арман ведь не знает, с кем ему предстоит иметь дело. У столичных жуликов ни чести, ни совести, они способны на любую подлость. Их четверо, и они чертовски злы. Она не переживет, если Арман из-за нее пострадает.

Арман же, казалось, наслаждался прогулкой, он шагал с небрежным изяществом, помахивая тростью. Как ни старалась Ирис угадать, о чем он думает, скоро она признала, что это невозможно.

Даниэль шел впереди, показывая дорогу, и явно нервничал, потому что болтал без умолку о всякой ерунде. Доктор Фальк невозмутимо слушал его, Финеас печалился, а майор мурлыкал военные марши.

Наконец они вышли к старой скотобойне. Зловещее место, и выбрано с умыслом. Жители явно держатся от него подальше, лишних глаз не будет. Приземистое здание из красного камня было наполовину разрушено и буйно заросло боярышником, лишь у входа раскинулась засыпанная гравием и мусором площадка. Слева и справа среди крапивных джунглей темнели остатки других строений, сараев или складов.

– Ровно полдень, – известил Рекстон, сверившись с карманными часами.

Тут из теней и закутков выступили четыре зловещие фигуры: Картавый Рик, Бугай Барт, Карась Клод и моряк-сквернослов. Увидев спутников Ирис, Рик оскалился, как мелкая, но злобная шавка.

– Эй, подруга, мы так не договаривались! – недовольно начал он. – Ты должна была явиться одна. Что это еще за шайка-лейка?

Финеас дернулся было дать объяснения, но Рекстон сделал повелительный жест и вышел вперед.

– Добрый день, господа, – поздоровался он спокойно и учтиво, но выделив слово «господа» едва слышной ноткой презрения.

Бандиты, однако, ее не уловили.

– Поверьте, нам не нужны неприятности, – продолжил дворецкий умиротворяюще. – Мы сопровождаем госпожу Диль лишь как свидетели. Мы должны удостовериться, что стороны выполнят свои обязательства. Мы выплатим вам всю сумму долга, а вы подтвердите, что больше не имеете к ней претензий.

Он неспеша вытащил из кармана толстый бумажник и раскрыл его, показывая пачку купюр. Ирис даже задохнулась от возмущения. Так вот каков его план – отдать бандитам деньги! Где он их взял? Из своих сбережений, очевидно!

– Арман! – гневно крикнула она.

Майор Зейц больно вцепился ей в руку и шикнул на ухо:

– Тихо! Он знает, что делает!

Ирис закрыла рот и часто задышала.

– Вот это разговор! – обрадовался Рик, жадно поглядывая на бумажник. – Вижу, ты мужик с понятием.

– Прошу, уточните, сколько именно вам задолжал профессор Диль.

Рик назвал сумму. Ирис отметила, что она выросла на треть с той, которую он затребовал в прошлый раз.

– Однако, немало, – заметил дворецкий.

– Ну так профессор нам продул в картишки и не заплатил сразу, а процентики-то набежали, – ухмыльнулся Рик.

Финеас понурился.

– При всем своем умище он не дотумкал, что карты ведь разные бывают, – с идиотским смешком добавил Бугай Барт. – Играть всегда лучше своей колодой.

– Вы хотите сказать, что использовали крапленые карты? – хладнокровно уточнил Рекстон.

– Скажем так: свои карты мы знаем даже с рубашки, – оскалился Рик. – Будет старому дурню урок!

– Понятно.

Рекстон подошел к Рику и торжественно отсчитал нужную сумму. Тот