Изгой рода Орловых. Маг стихий - Данил Коган

— А что с ним? — Вика хлопнула ресницами и придала лицу максимально «деревянное» выражение. — Он жив-здоров. Справляется как-то. На службу пошел.

— Милая моя! — с небольшим раздражением в голосе воскликнула тетка. — Не пытайся казаться глупее, чем ты есть. Ни с кем из нас этот трюк не сработает. Мы знаем, что вы с ним общаетесь.

Вика мысленно отметила это «мы».

— Хотите обвинить меня в нарушении установлений совета, тетушка?

— Да кого волнуют такие мелочи!

Ничего себе мелочи. Они тут, кажется, берега потеряли, вместе с главой. Ну или только Агнесса. Георгий поспешил исправить оплошность сестры:

— Мы все понимаем. Кровь не вода. Родной брат все-таки. И вы ведь были очень близки. Так что моя официальная позиция, как главы, — не препятствовать вашему общению. Формализовать это я не могу. Пока не могу. Но с моей стороны, или со стороны Агнессы, никаких обвинений в нарушении воли совета ты можешь не опасаться.

В этой лицемерной, наполненной лживой патокой речи не хватало только слова «пока». Можешь не опасаться, пока делаешь то, что нам нравится. Это не прозвучало даже в интонациях главы, но Вика дурой не была. И контекст таких вот разговоров прекрасно улавливала.

— Хорошо, дядюшка, а то я уже начала волноваться, — Вика ослепительно улыбнулась и снова хлопнула ресницами, так, что, кажется, тушь осыпалась. — Но о чем тогда речь?

— Речь о том, — снова захватила инициативу Агнесса, — что изгнание Алексея — большая ошибка прошлого совета.

Она не сказала «главы», но контекст снова был прозрачен.

— Он скоро пройдет инициацию возле источника Воронцовых, ты знала?

Вика неопределенно мотнула головой, продолжая удерживать на лице выражение «блондинки». Только рот не приоткрыла. Но это, пожалуй, был бы уже перебор.

— Мы не можем себе позволить потерять потенциально сильного стихийника и подготовленного члена рода. Надо его вернуть. И ты нам в этом поможешь.

— Дорогая тетушка. Я всей душой приветствую возвращение Алекса домой. Но увы, это не в моей власти. Что требуется именно от меня?

— У нас есть два варианта, — взял слово Георгий Алексеевич. — Первый — самый простой и безболезненный для всех — опека.

Для всех, кроме Алекса, — подумала Виктория.

— Скажем, на год с возможностью продления. Опекуном можешь быть ты. Так ты сможешь вернуть брата и не опасаться за свое нынешнее положение главы семьи.

— А второй вариант? — невинно спросила Вика. — Мы должны рассмотреть все возможности, дядюшка.

— Мы уже все рассмотрели, — сухо ответил глава. Однако доброжелательный тон сразу же вернулся на место. — Второй вариант хуже. Совет может отменить свое решение. Но для этого нужны основания. Совет не должен терять авторитет и признавать свои ошибки. Это плохо для внутреннего единства башни, дорогая. Кроме того, придется начать следствие по поводу утечки. И кто знает, к каким выводам оно придет. Возможно, к тем же самым, что и раньше. Впрочем… Мне здесь недавно напомнили о «суде предков»… Это будет отличным основанием для отмены изгнания. Жаль, что Алексей может этот суд не пережить. Так что в твоих и наших интересах убедить Алексея согласиться на первый вариант. Ну или хотя бы подумать об этом. Скажи ему, что ему протягивают руку помощи с самой верхушки башни Орловых.

— Конечно, дядюшка. Обязательно скажу, — фальшиво улыбнулась Вика.

Глава 2

Проверка на вшивость

Домой я притащился в состоянии: «Бобик не сдох, но разве это жизнь?» Настойчивые советы Геллера — обратись, мол, к лекарю, — я как обычно самым натуральным образом проигнорировал. Просто я знал, как выглядит энергетическое истощение, хотя и практически забыл о нем. Последний раз я себя до похожего состояния доводил в семнадцать лет во время «полировки» гармониума. Завтра медитация у источника, наверстаю все с лихвой.

Заходя в гостиную, я, как обычно, не глядя швырнул куртку в кресло, стоящее недалеко от входа. Кресло отозвалось возмущенным визгом, а куртка повисла в воздухе. Упс.

— Прости, дорогая, я не хотел, — быстро проговорил я, ловя летящую мне в голову куртку.

— Еще бы ты специально в меня одежду швырял, — возмущенно ответила Мария. — Мы еще не настолько близки.

В этот самый момент Кай вывесил мне сообщение:

«Звонок. Приоритетный список. Кэт».

— Прости, извини, каюсь. Мне надо на звонок ответить.

Протараторив эту скороговорку, я устремился в свою комнату, принимая звонок. Изображение Кати повисло в ДР, ловко заняв кресло в моей комнате. Кай молодец. Учится, малыш. Хотя уже, пожалуй, юноша.

— Привет, Кэт, — сказал я, отбрасывая куртку на постель. — Чем-то порадуешь?

— Собственно, я посылала тебе ежедневные отчеты по наблюдению за объектом. Но ты не реагировал. В принципе мы отследили весь его график, и я решила позвонить, запросить дальнейшие инструкции.

— Да, я всё читал.

Я действительно всё прочел. Но в отчетах не было ничего интересного, обычная рутина. Кай делал мне выжимки, из которых вырисовывались подробности жизни нынешнего президента фонда «Чистый мир». Всё на виду. Респектабельно, зажиточно и довольно предсказуемо. Информации было достаточно, чтобы провести второй этап операции под названием: «Берём субчика за жабры», — но я всё никак не мог выбрать время. В любом случае наблюдение надо снимать. А то ещё запалятся ребята на чём-нибудь, клиент начнёт нервничать, а зачем нам это? Совершенно незачем.

— Наверное, надо было тебе ещё позавчера позвонить. Снимаем наблюдение с завтрашнего дня. Сворачиваем активность. Я хочу нанести господину Володину визит вежливости, от которого он не сможет уклониться. Короче говоря, мне нужно, наверное, совещание в связи с набранным вами фактажом. Хочу понять, как проще всего получить нужный мне результат.

— Могу подъехать, — она игриво подмигнула. — Даже остаться могу. Пока невеста не с тобой.

— Точно не сегодня. Всё, что я сегодня хочу, — это завалиться спать, а не планировать покушение на добропорядочных подданных Империи. Марию выписали, кстати, спасибо, что поинтересовалась.

— Как обычно, мне придётся удовлетвориться твоими деньгами, — усмехнулась Кэт.

— Когда начнёшь рыдать, сможешь утереть слёзы сотенными купюрами из полученной