Блогеры - Павел Вячеславович Давыденко
– Силовое поле можно отключить, после запустить откат системы к базовым настройкам. Это уже не эксперимент. Ты что, не понимаешь? – повысил голос Витя, слыша, что теперь он гнусавит. – Все вышло из-под контроля, люди убивают друг друга без всяких причин!
Дэн теперь смотрел на него с любопытством и даже с досадой.
– Не думал я, что ты такой зануда. Дело твое. Но я тебе уже сказал, что отключить нейросетку ты никак не сможешь. И кажется, ты не уловил сути. Мы стоим на пороге нового мира, и никакого отката назад уже не будет.
Уля застонала и открыла глаза. Тихо сказала:
– Голова кружится… можно водички?
– А если я откажусь? – Витя опять сплюнул кровью. – Что тогда?
– Тогда я опять назову кодовое слово. Потом опять спрошу тебя, готов или нет. Действие на нервную систему сравнимо с действием паралитического яда. Это будет продолжительная агония с постепенным отказом всех систем. И предположим, ты сейчас бросишься на меня с этим скальпелем, который стащил. Но вряд ли ты будешь так уж быстр. Так что вытащи его из кармана и положи на пол. Ага, молодец.
Витя вытащил скальпель и положил на пол рядом с собой. Даже не задумался ни на секунду. Дэн отшвырнул его носком ботинка к стене. Только на короткий миг Витя почувствовал прилив сил, но сейчас тот опять иссяк, сменившись бессильной злостью. Куча вопросов роилась в голове. Трансфер, ядро, силовое поле, сверхлюди, прошивка…
Дэн меж тем приказал:
– Вытяни руки.
Витя повиновался, и тот стянул ему запястья стяжкой. Пластик пребольно въелся в кожу.
– Для безопасности трансфера. Просто прими новые правила игры. Будь на стороне победителей. Иначе – смерть.
– Просто… отпусти нас.
– Тебя могу хоть сейчас. Вали. Посмотрим, сколько ты продержишься на улице, – хмыкнул Дэн.
Витя утер кровь (скорее, размазал по лицу). До этого он тоже ощущал себя беспомощным, но теперь, после применения кода… Одна только мысль о том, что это может повториться и он снова ощутит всю эту боль, нагоняла жути. Даже сейчас воспоминания об ощущениях не отступили так уж далеко. Дэн меж тем выудил телефон из кармана и расплылся в улыбке.
– Вот и Максик на подходе.
– Воды-то хоть можно дать ребенку?
– Потерпит, – бросил Дэн, включая проектор. – Переход не займет много времени.
Линия Макса 8
Дина вела мотоцикл уверенно, объезжая поваленные деревья и выбоины на дороге. Макс цеплялся обеими руками за крепление позади себя. Плечи неприятно оттягивали лямки рюкзака.
За всей этой суетой и желанием добраться до госпиталя он совсем не подготовил никакого плана. Да и понятия не имел, как можно подготовиться вот к такому, что встретило их в городе и на мосту.
Когда они подъехали к больнице, увиденное повергло Макса в шок. Ворота больничного двора были вывернуты с корнем, как будто их вырвал великан. Рядом дымился сожженный микроавтобус, с черным от копоти кузовом. Несколько разбитых машин были раскиданы по асфальту, словно игрушечные. Остатки ограждений валялись вокруг, а в воздухе стоял запах горелой резины.
Макс спрыгнул с мотоцикла, пытаясь осознать происходящее. Его сердце билось в бешеном ритме. Дина встала рядом, ее лицо оставалось серьезным и сосредоточенным.
– Что тут произошло? – прошептала она.
– Жесть, – отозвался Макс. Несмотря на увиденное до этого, привыкнуть к происходящему хаосу пока не получалось.
Из дымящейся арки ворот показалась фигура. Взгляд насмешливый, на башке прицеплена экшен-камера и стетоскоп. Халат в бурых пятнах, в руке ружье. Макс не знал, что за оружие такое, но явно не огнестрельное – выглядело иначе.
– Ну привет, Максим. – Голос был ровным, без эмоций, но в нем слышалась угроза. – Почему сообщения так долго читаешь?
Макс сжал кулаки.
– Где Уля? Ты Куратор?
Человек со стетоскопом усмехнулся и сделал шаг вперед. За его спиной виднелись силуэты еще нескольких санитаров.
– Твоя сестра в порядке. Пока что. Но если хочешь, чтобы так и осталось, – он поднял руку, указывая на разрушенную больницу, – тебе придется кое-что сделать для Куратора. Он внутри, ждет тебя.
Макс посмотрел на Дину. Та слезла с мотоцикла, и Макс почему-то поглядел на него с сожалением. Они прошли сквозь вырванные ворота, оставив позади сожженные машины и осевший дым. Кажется, впереди их ждало что-то гораздо хуже.
Дина отбросила автомат. Санитары обхлопали ее и Макса, обыскали, но без особого рвения. Макс ожидал, что сейчас им свяжут руки, но нет. С другой стороны, что они могли сделать против толпы? Кроме того, Уля в заложниках. Стетоскоп повернулся спиной и жестом приказал Максу и Дине следовать за ним. Макс почувствовал, как внутри все сжалось. Мысли о сестре заглушили все остальное. Куратор не из тех, кто разбрасывается словами. Если он сказал, что Уля у него, – значит, все серьезно.
Они шли по разбитой аллее, ведущей к центральному входу больницы. Асфальт был изуродован, словно огромные когти вырвали из земли куски дороги. Кровь на стенах, выжженные надписи, следы от шин и пепел – все вокруг говорило о том, что здесь произошла бойня. Судя по всему, была мясорубка еще похлеще, чем в городе.
Стетоскоп нажал кнопку на рации и отрапортовал:
– Они с нами! – Он послушал и кивнул: – Понял, на прошивку. Остальных на охрану периметра? Сделаем!
– Ты сам вообще кто такой? – спросил Макс, догоняя Стетоскопа. Вывернутое плечо теперь ныло, пульсировало от боли. – И что здесь творится?
– А я медбрат. У нас тут эксперимент происходил.
– И как, успешный? – спросила Дина. – Вы хоть понимаете, что все на зону поедете? Я оперуполномоченная, вообще-то.
– О-о… Довольно успешный. Кстати, у нас тут ваши коллеги, полагаю… – Он махнул рукой, показав на обуглившиеся тела в полицейской форме.
Дина побледнела, и Макс придержал ее за руку, ожидая, что девушка может что-то вытворить. Но та лишь пробормотала:
– Вы психи… сюда же Миша выезжал… и Дима. Наши пацаны, с отделения.
Стетоскоп даже не повернул головы. Они вошли внутрь. Фойе больницы походило на зону боевых действий. Потолочные плиты обвалились, пол залит водой и кровью, мебель перевернута. Тут и там валялись бумаги и разноцветные пластиковые папки. Они напомнили Максу о собеседовании в офисе, которое у него должно было
