На темной стороне - Оксана Кас

Хару тяжело вздохнул. Он понимал, что эта обязанность ляжет на них с Билли.

Режиссер фестиваля посмотрела на Хару:

— Если выкрутитесь — я ваш должник. Пожалуйста, хотя бы полчаса.

Хару снова вздохнул. Он обернулся к Билли и уточнил:

— Ты же вокалистка?

— Да, — кивнула она.

Хару задал еще несколько вопросов, предложил, чем примерно они могут заняться, попросил менеджера Пён дать ему его телефон. Времени на нормальный план у них не было, будут выкручиваться на месте. Выслушав идеи Хару, Билли решительно кивнула и первая двинулась к сцене. На все разговоры у них ушло не более двух минут.

Зрительский зал громко скандировал название группы, которая сейчас ну никак не может выйти на сцену.

— Простите, будет небольшая задержка, — с мягкой улыбкой сказал Хару.

Ответом ему был недовольный гул в зале, а потом фанаты начали снова скандировать название группы.

Хару жутко волновался, он ощущал этот страх перед толпой липким потом на теле — кажется, спина под рубашкой уже мокрая насквозь. В New Wave приглашали лектора, который объяснял, как управлять толпой, когда ты — ведущий. Но смогут ли две лекции подготовить к тому, что тебе реально придется это делать, да еще и без возможности как-то все спланировать?

— Понимаю, вы их очень ждете, — заговорил Хару, кое-как вклинившись в паузу между криками. — И они обязательно выйдут, просто нужно немного времени. За сценой вас хорошо слышно, кстати. Давайте скажем им, что вы их непременно дождетесь?

Хару чувствовал себя аниматором на детском утреннике, но именно так советовали вести себя в таких случаях.

— Давайте покричим «Мы вас ждем» на счет три? Раз, два…

«Три» потонуло в громком крике зрителей «Мы вас ждем!». Хару с улыбкой подсказал:

— Мы не уйдем!

— МЫ НЕ УЙДЕМ! — оглушительно завопил зал.

Хару играл с кричалками еще несколько раз, а потом, когда публика немного выплеснула эмоции, жестами попросил зал быть потише.

Следующие несколько минут он и Билли вели что-то вроде вежливого разговора о том, как классно в Лос-Анджелесе, что это такой значимый город для всех, кто мечтает о музыкальной карьере. А потом аккуратно свернули на обсуждение американской поп-музыки, что было спланировано заранее.

— Какой твой любимый поп-альбом? — спросил Хару у Билли.

— Я обожаю Ариану Гранде, — воодушевленно сказала Билли. — «Dangerous Women» — это, наверное, один из немногих альбомов, который я могу слушать целиком, ничего не перематывая…

— Я так понимаю, это тот альбом, в котором есть песня «Dangerous Women», — улыбнулся Хару.

Билли без его предложения напела немного из этой песни. Было видно, что ей трудновато — уж слишком своеобразная манера у Арианы.

— Я бы даже не пытался петь Ариану, — усмехнулся Хару. — Слишком высоко. Сумасшествие.

Билли тихо засмеялась:

— Едва не опозорилась, если честно, это на грани моих вокальных способностей. Но неужели ты не знаешь этот альбом? Мне казалось, что он очень популярен.

— Я его слушал, — кивнул Хару, — Я вообще сейчас упрямо изучаю поп-музыку, примерно как художники изучают картины признанных мастеров. Стараюсь оценить все значимые альбомы как минимум последних лет.

— И что, этот альбом плох? — спросила Билли, сделав такое удивленно-расстроенное лицо, что Хару даже засмеялся:

— Нет, конечно. Это хороший, сильный альбом, насколько я помню. Просто есть релизы, которые словно меняют правила игры.

— Например? — заинтересовано спросила Билли.

Хару сощурился, вспоминая.

— Из более-менее последнего — " When We All Fall Asleep" Билли Айлиш. Это такая точка невозврата, когда весь мир узнал, что можно записывать альбомы дома, в семейной обстановке. Плюс то, какие песни там — ты можешь любить эту музыку, или ненавидеть, но это… это было по-своему революционно.

— Я взяла свой псевдоним в ее честь! — радостно сказала Билли. — Мне казалось, что она — просто невероятная.

И Билли, опять без вопросов и напоминаний, пропела-прошептала припев «Bad Guy».

— У тебя хорошо получается! — искренне сказал Хару. — Сначала Ариана, теперь Билли — потрясающе.

Билли театрально поклонилась сначала Хару, потом зрителям — зал радостно кричал, поддерживая похвалу Хару.

— Но теперь мне интересно — какие еще альбомы стали таким же прорывом? — спросила Билли.

— Ну, раз мы все равно вспомнили Билли Айлиш, то справедливо будет назвать ее предшественницу, создательницу стиля «sad pop girl»… — начал Хару.

Зал взорвался радостными криками, потому что многие узнали просто по этой характеристике.

— Я почувствовала, что мне не хватает поп-культурного просвещения, — сказала Билли, с наигранной стыдливостью надув губки. — Все поняли отсылку, а я — нет. Кто же это?

Хару сказал вслух то, что и так начали кричать в зале:

— Лана Дель Рей и ее альбом «Born to die». Но припевы ее песен я вряд ли смогу исполнить — я не настолько хорошо владею фальцетом. Могу спеть часть первого куплета «Blue Jeans».

Билли, что ожидаемо, с энтузиастом его поддержала. Хару, немного переигрывая для большей комичности, жестом попросил Билли подождать, достал из кармана брюк свой телефон, нашел текст песни и начал петь только после того, как все в зале перестали смеяться.

— Круто! Я не знала эту песню, но она звучит необычно даже в твоем исполнении, — похвалила его Билли. — Что еще из знакового?

— Много, на самом деле. Пожалуй, можно назвать «The Fame» Lady Gaga, «1989» Тейлор Свифт, «Good girl gone bad» Рианны, «I am Sasha Fierce» от Beyonce…

— Кто-нибудь записывает? — весело спросила Билли, обращаясь к залу.

Зал ответил громкими криками.

— Как ты все это вот так вспомнил? — снова обратилась к Хару Билли.

Хару пожал плечами:

— Я осознал, что не очень хорошо понимаю поп-музыку, хотя работаю в музыкальной индустрии. К пробелам в своем образовании решил подойти системно — искал информацию о важных вехах в поп-музыке, слушал названные в статьях работы.

— Теперь я почувствовала, что у меня много пробелов в образовании, — сказала Билли с ноткой страдания в голосе.

Хару тут же принялся ее переубеждать, ведь это ему так удобно, но никто не обязан поступать так же.

— Ладно, —