Этот безумный пролог никогда не закончится. Том 2 - Notego

Над чаем поднимался теплый пар. Деон все еще читал газету, закинув ногу на ногу.

– Деон, почему вы не спрашиваете, что я делала сегодня? Вы больше мной не интересуетесь?

Шутливо заданный вопрос заставил его рассмеяться.

– Я уже знаю, что ты делала. Видел, как торговец выходил за стены замка.

– Вот как.

Я взяла чашку. Сладкий и ароматный травяной чай был восхитителен.

– Я думал, торговец только продает вещи, а он, похоже, и другими делами занимается.

– Что?

Деон догадался, о чем мы говорили? Или это Итан подслушал нашу беседу в оранжерее и все передал?

У меня упало сердце. Я быстро вспомнила разговор, чтобы понять, не сказала ли я что-нибудь, чем могу вызвать у Деона недопонимание.

– Он облазил весь замок. Словно искал собачью нору.

– Наверное, изучал места для посадок… Я ведь купила довольно много деревьев.

Я снова подняла чашку. Взгляд Деона был все так же прикован к газете. Он выглядел спокойным, словно уже решил, что не оставит Филиппа в живых.

Я посмотрела на сад, который был виден из кабинета. Деревья казались такими крепкими и высокими, что напоминали длинную историю замка принца. Листья были такие зеленые и пышные, что на пешеходной дорожке лежала тень. Как заметил Витер, больше места для деревьев не осталось. Деревья, особенно старые, стоят дороже всего, но они занимают большое пространство.

– Собираешься купить еще? – спросил он, листая газету.

– А что, неужели ваше финансовое благополучие пошатнулось?

– Нет. Если такова твоя цель, к сожалению, тебе к ней еще идти и идти. – Он снова тихо рассмеялся.

– Но когда еще я смогу осуществить эту мечту? Неужели могут быть какие-то проблемы оттого, что я хочу сделать свою оранжерею самой большой и красивой в Империи?

– Чтобы осуществить твою мечту, придется снова переехать. Туда, где четыре оранжереи.

Место, где четыре оранжереи… Это оптимальная среда для жизни птицы мокиа. Возможно, мне даже удастся показать ей все четыре времени года. Просто высажу в каждой из теплиц цветы и деревья каждого сезона. Я немного повеселела.

– Если это возможно, почему бы вам не купить этот замок? Где в столице самые просторные сады и оранжереи?

Помолчав, он произнес:

– В императорском дворце.

– А…

– Сам я туда не ходил, поскольку не испытываю к подобному интереса, но слышал, что сад настолько огромен, что садовников во дворце больше, чем стражей. Особенно прекрасны лес и озеро позади дворца. Слышал, что поверхность воды выглядит так, будто она усыпана кристаллами.

Я даже не думала о саде, где есть озеро. Я пробормотала себе под нос:

– Хотела бы я разок сходить туда.

– Так сходи.

– Но как?

Как он собирается отправиться в императорский дворец, если так долго не мог вернуть даже собственный замок?

Он невозмутимо ответил:

– Как ты и сказала, достаточно стать императором. Ты же вроде говорила, что первоначально это должно было случиться через пять лет? Как думаешь, насколько сократился срок? До четырех лет? До двух? Или меня коронуют уже через неделю?

Его глаза красиво сощурились. Улыбка была прекрасной, но в тоне ясно слышались шутливые нотки.

– Даже не знаю. Но я все равно не дождусь.

Чай за это время уже успел остыть. Мне стало жаль испарившегося впустую тепла, поэтому я обхватила чашку руками.

– Почему?

– Я ведь кровь, принц.

Удивительно, что в такие моменты он делал вид, что ничего не понимает, хотя вгрызался в мою шею чуть ли не каждый день. Ему, конечно, неизвестно, что мне осталось всего четыре месяца, но никто из предыдущих мешков с кровью не прожил больше трех лет. Вероятно, я умру даже прежде, чем он станет наследным принцем, не говоря уже об императоре. Правду знал не только он, но и Витер с Итаном, которым было известно о существовании крови, и даже изгнанная старшая служанка.

– Кровь так нетерпелива? Неужели ты не сможешь подождать всего пять лет? – тихо пробормотал он.

– Вы притворяетесь, что не знаете. Хотите, я вам напомню?

Стоило мне это сказать, как он тут же ответил:

– Нет. Я не хочу знать.

Воздух в комнате стал холодным, словно замерзшим.

– Ты забыла, как ворвалась в мой кабинет, утверждая, что проживешь даже дольше меня? Это было всего несколько месяцев назад. Почему ты так много говоришь о продолжительности своей жизни? Как человек, который скоро умрет.

Я медленно поставила чашку на стол. В какой-то момент он отложил газету и теперь пристально смотрел на меня.

Он медленно подошел к креслу, где я сидела. Перед моими глазами появилась большая тень.

Его взгляд казался настолько суровым, что я не решалась заговорить. Выждав немного, он заговорил сам:

– Подожди, Лиони. Рядом со мной.

Он взял мой подбородок одной рукой и медленно опустил голову.

Приблизившись на такое расстояние, что наши губы могли вот-вот соприкоснуться, он мгновение смотрел на меня, а затем опустил взгляд. Его губы впились в мои, накрыв их одним махом.

Поцелуй не был торопливым и грубым, как раньше. Движения мягкого языка были расслабленными и нежными. На кончике языка я ощутила его просьбу.

– Ха-а…

Время шло, а он не собирался отстраняться. Поцелуй длился дольше, чем я ожидала, поэтому мне стало трудно дышать. Казалось, я вот-вот лишусь рассудка. Я тихонько вздрогнула, и он выдохнул мне в рот.

Проведя рукой по его спине, я опустила ладонь на лопатку. Каждый раз, когда он шевелил губами, его крепкая спина и кости сильно двигались.

Я мягко провела рукой вниз вдоль позвоночника. Он вздрогнул.

В то же время рука, опирающаяся на стол, наполнилась силой. Я услышала, как хрустнул край стола. Чашка, потеряв опору, упала на пол и укатилась.

Он схватил меня за талию и глубоко поцеловал, а затем расстегнул верхнюю пуговицу своей рубашки, как будто ему было душно. Ворот раскрылся, и я увидела его упругую грудь и изгибы мышц.

Каждый раз, когда мы сливаемся в поцелуе, я чувствую, что дорога ему. Я не какой-то инструмент, а возлюбленная, которую он хочет видеть рядом с собой. Казалось, держащая меня рука говорила именно это.

Чувствует ли он то же, что и я? Это так сладко. Во рту я ощущала привкус шампанского, которое не могла пить.

Так это был Оранж.

Губы, которые только что прижимались к моим, со звуком отстранились. Его щеки раскраснелись от возбуждения. Должно быть, я сейчас выгляжу так же.

Деон, взглянув на мою нижнюю губу, добавил то, что не мог сказать раньше:

– Жди… Поняла?

Я кивнула. Его острый взгляд снова смягчился.

Застегивая обратно пуговицу на шее,