Мастер Марионеток строит Империю. Том 2 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Я вздохнул.

— Это тот, который стоит пятьдесят золотых? Виртуальная бесполезная одежда?

— Это статус, хозяин!

— Ладно. Договорились. Твой нос в обмен на виртуальные тряпки.

— И лайк! — она подняла палец. — Ты должен будешь лайкать мои посты. Хотя бы через раз.

— Не наглей.

— Ладно, каждый третий.

— Идет.

Она тяжело вздохнула и показала мне язык.

— Хозяин.

— М?

— Когда-нибудь… — она хитро улыбнулась. — Когда-нибудь я стану настоящим человеком, получу свои документы и засужу тебя за нарушение трудового кодекса.

— Готов принять всю ответственность и понести кару. А пока готовься. Завтра у нас окно номер сорок семь. И там твой нос нам не поможет, там потребуется всё твое обаяние.

Следующий день. 16:50

Кара случайно повредила крыло, когда погналась за бродячей кошкой. Времени на ремонт не было. Добираться до Ратуши пришлось на общественном транспорте. Со всеми вытекающими.

Я мчался по улицам Аргентума, сжимая под мышкой две толстенные папки. Одна копия для архива, другая копия для заявителя. Триста двенадцать страниц каждая. Печати, подписи, справки — всё на месте. Всё выстрадано.

Арли летела рядом, еле поспевая.

— Хозяин! Быстрее! Десять минут!

— Я знаю!

Ратуша выросла передо мной. Массивное здание из серого камня с колоннами и гербом города над входом. Я влетел в двери, едва не сбив с ног какого-то чиновника.

Нужно сдать строго сегодня. Иначе с тендером пролетаю. Прощайте сто тысяч.

— Окно сорок семь! — рявкнул я охраннику.

— Третий этаж, направо, потом налево, потом снова направо, потом…

Я не дослушал, рванул по лестнице. Первый этаж… Второй… Третий… Направо… Налево… Опять направо…

Я подскочил к окну номер сорок семь! И там… Никого не было. Жалюзи были закрыты. Висела табличка: «Технический перерыв на вечность».

— Нет, — выдохнул я. — Нет-нет-нет…

— Хозяин! Вон она!

Девица в форме вышла из кабинки и направилась к лестнице. Её отражение на миг мелькнуло в настенном зеркале. Волосы стянуты в тугой пучок, очки застыли на кончике носа. Серый мундир чиновницы сидит идеально. Её лицо можно было бы назвать даже миловидным, если бы не аура «НЕТ», почти осязаемая. Гризельда фон Трахтенберг, судя по табличке на груди.

Она не оглядывалась, полностью игнорируя мир. Игнорируя, что у меня было ещё десять минут…

— ПОДОЖДИТЕ! — крикнул я.

Она не повернулась, даже не замедлилась. Я рванул следом. Чиновники сновали туда-сюда по коридору, как муравьи в муравейнике. Гризельда уже была у лестницы. Уже ставила ногу на первую ступеньку… Ещё чуть-чуть я и просто не найду ее в этом бесконечном чистилище…

Я подпрыгнул и побежал прямо по стене, провожаемый криками удивления. Нить Души — тоньше волоса — скользнула по полу. Нашла её каблук и обвила.

Лёгкий рывок! Гризельда споткнулась. Её глаза широко распахнулись. Руки взметнулись вверх, очки слетели с носа…

И она полетела. Вниз, по дуге, к самому основанию лестницы. Очень крутой, длинной, каменной лестницы.

Время словно замедлилось. Я видел, как она переворачивается в воздухе. Как мелькают её серые туфли, как развевается юбка мундира.

Моя рука сама подбросила обе папки в воздух. Они полетели вверх, два бумажных снаряда, триста двенадцать страниц каждый. А мой путь лежал по лестнице вниз.

Нити Души впились в перила. Я оттолкнулся, скользнул по гладкому дереву, как по горке. Магическое ускорение рвануло тело вперёд.

Обогнал визжащую сударыню Гризельду. И там, в самом низу пролёта, я поймал её… Нет, не просто поймал. Я поймал её, развернув в идеальную позицию танго.

Глубокий наклон. Одна моя рука поддерживает её спину, другая держит её руку. Наши лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга.

Мир замер, пылинки танцевали в лучах света, падающих из окна. Где-то наверху чиновники застыли с открытыми ртами.

— Вы… — прошептала Гризельда. Её глаза широко распахнуло, тяжелое дыхание срывалось с губ. — Вы…

— Осторожнее, сударыня, — произнёс я голосом, который отрабатывал столетиями на дипломатических приёмах. — Вы так спешили покинуть меня, что спустились с небес самым коротким путём?

Она моргнула. Я поймал её очки — они прилетели следом — и аккуратно надел ей на нос.

— Вот так. Теперь вы видите мои глаза.

Её щёки порозовели. Впервые, подозреваю, за последние лет пять. Всё же у Маркуса была идеальная внешность для охмурения молодых и не очень сударынь. Даже если эти сударыни полностью порабощены Системой и превращены в винтики.

— Я… вы… кто…

Я поставил её на ноги. Но не отпустил руку.

— Я Маркус. Тот, чья судьба сейчас в ваших руках. — Я посмотрел вверх. — Как и эти документы.

Две гигантские папки наконец достигли апогея и начали падать. Я поймал обе одной рукой. Не выпуская ладонь Гризельды.

— Две копии, — я положил ее руку на папки сверху. — Одна для вашего ведомства, одна для меня. Нужна лишь ваша божественная печать.

Смущенная Гризельда смотрела то на меня, то на папки. Её рот открывался и закрывался, как у рыбы.

— Н-но… — она огляделась. — Но стола нет…

Мимо, кряхтя, тащился гоблин-курьер с коробкой пиццы на голове. Мелкий и сгорбленный. Я ловко развернул его спиной к нам и наклонил.

— Вот вам стол.

— Эй! — пискнул гоблин. — Чего это⁈

— Государственная необходимость, — объяснил я. — Стой смирно.

Гризельда… захихикала, как гимназистка. Она достала печать из кармана передника. Положила первую папку на спину гоблина.

БАМ!

— Ой! — гоблин дёрнулся.

Печать на первой копии. За ней на спину гоблина легла вторая папка.

БАМ!

— Эй, полегче! — гоблин возмущённо заёрзал. — У меня там позвоночник!

Печать на второй копии. Гризельда протянула мне мой экземпляр. Руки у неё слегка дрожали. Но уже не от страха.

— Ваши документы… господин Маркус.

— Благодарю, — я принял папку. Поднёс её руку к губам и коснулся костяшек пальцев. — Вы — спасительница моей мечты.

Она покраснела ещё сильнее. Я сунул ошарашенному гоблину медяк.

— За амортизацию позвоночника.

И исчез, эффектно взмахнув плащом. Пронесся вверх по лестнице через холл, к спасительному выходу. Меня провожали ошарашенными взглядами.

Арли догнала меня уже на улице.

— Хозяин! — она задыхалась от смеха. — Это было… это было…

— Эффективно.

— Ты её ОЧАРОВАЛ! Про таких дамочек говорят, что она даже мужа отправляет из спальни с отказом! Если тот не оформил надлежаще документы на исполнение супружеского долга.

— Шарм — это тоже инструмент. Иногда более действенный, чем магия.

Я посмотрел на папку в своих руках. Печать, подпись, регистрационный номер… всё, что надо. Всё на месте.

Что ж… я не зря повторно прошел через Ад. Заявка на тендер официально принята на проверку.

— Хозяин, — Арли утёрла слёзы смеха. — Ты только что использовал гоблина как мебель.

— Он получил компенсацию.

— Медяк!

— Щедрая