Этот безумный пролог никогда не закончится. Том 2 - Notego

– Здешний хозяин умеет держать рот на замке, поэтому я часто провожу здесь сделки. Не волнуйся, даже если он что-то услышит, никому не расскажет. Ну, зачем ты так срочно позвала меня? – спросил Филипп.

Кажется, он не выспался из-за сделки, и под глазами у него темнели большие круги.

– Ты знаешь, что принца Деона посадили в темницу?

– Я слышал. Торговец не может не знать такой новости. Среди нас даже прошел слух, что его казнят.

Он поставил сумку на пол. Похоже, он только что подписал новый контракт – сумка была доверху забита документами.

Я сказала чуть спокойнее:

– Я позвала тебя, чтобы кое о чем попросить. Ты ведь сказал, что я могу позвать тебя когда угодно. Поэтому…

– Хочешь, чтобы я помог подыскать место, куда ты сможешь сбежать? Или чтобы дела принца тебя не коснулись?

Филипп думал, что я планирую воспользоваться этим моментом, чтобы сбежать от Деона. В этом не было ничего странного. Но я покачала головой:

– Нет. Хочу, чтобы ты помог вытащить его из дворцовой темницы.

– Что?.. – он вскрикнул от удивления, затем оглянулся по сторонам и снова замолчал.

Документы, которые он держал в руке, упали. Десятки листов бумаги рассыпались в разные стороны, закрыв собой пол.

Я подняла документ, упавший к моим ногам. Он был об импорте новых цветочных сортов.

Положив его на стол, я продолжила:

– Подкупи охрану.

– Легче сказать, чем сделать… Лиони, с этим будет проблема.

Я знала, что он откажет. Но на такой случай я кое-что приготовила.

Я вынула из-за пазухи шкатулку с драгоценностями, подаренную мне Деоном. К счастью, моя комната в замке осталась нетронута, никто не прикасался ни к платьям, ни к украшениям. Сурен, поняв, что я намереваюсь сделать, прислала мне все, что оставалось в особняке, сегодня утром.

Похоже, все, что у меня было, поместилось в потрепанную сумку.

Я открыла шкатулку. Знай я, что так случится, купила бы побольше украшений, когда Деон предлагал. Я думала, что этого хватит на несколько месяцев, но, когда все посчитала, поняла, что количество возможных денег на самом деле небольшое. К тому же если продам драгоценные камни скупщику, вряд ли я смогу получить их реальную стоимость.

Дорогие украшения и платья при продаже в большом количестве будут иметь бросовую цену. Ведь бо́льшую часть стоимости составляет плата за ручную подгонку. Я тоже уже об этом знала. Поэтому позвала Филиппа, торговца, который, по крайней мере, заплатит справедливую цену. Возможно, я просто обратилась к нему по старой дружбе, но мне казалось, он не отвернется от меня.

– Если продать все это, разве не получится найти наемников из темных переулков, которые за деньги готовы на все?

Лицо Филиппа окаменело. Он захлопнул протянутую мной шкатулку и вздохнул.

– Лиони, сколько бы ты ни заплатила, вряд ли получится. И дело не только во мне, ситуация такая же и в других гильдиях. Это борьба за престол. Чтобы вытащить его из темницы… придется поставить на кон собственную жизнь. А если меня поймают, то не только меня самого, но и всю мою семью обвинят в заговоре против императорской семьи. Если меня поймают, проблемы будут огромны.

– Знаю… – тихо прошептала я.

Он услышал в моем голосе отчаяние и нервно рассмеялся.

– Знаешь, а все равно хочешь на это пойти? Лиони, подумай еще раз. Тебе придется подкупить охрану, а затем найти хорошо обученных наемников, брокера, умеющего отмывать деньги, посредника для пересечения границы и даже человека, способного менять личность других. Чтобы вытащить одного, потребуются усилия не меньше пятерых человек. К тому же будут ли они молчать? Тебе придется платить им еще и еще до тех пор, пока не удастся пересечь границу.

Я молча смотрела на Филиппа. Должно быть увидев в моих глазах решимость, он вздохнул:

– Лиони, тебя не было в столице, возможно, поэтому ты не знаешь, но еще несколько недель назад здесь начали ходить слухи, что любовница принца впала в немилость. Все насмехались над тобой. А принц, даже зная об этом, ничего не делал, бросил тебя и обручился с другой. И ты все равно готова пожертвовать ради него жизнью?

Подробностей я не слышала, но предполагала, что все именно так. Изелла стала объектом слухов сразу, как приехала в замок принца. Так что же началось в тот момент, когда я уехала? Газетчики наверняка поспешили как можно скорее раструбить о сенсации. Ведь любовница, которая в одночасье потеряла благосклонность принца и была изгнана из особняка, была удобным объектом для насмешек и интересной темой.

– Тебе придется продать драгоценности. Но отмыв средств из неизвестного источника делает деньги в разы дороже. Если станет известно, что кто-то за раз продал много дорогих украшений, а затем принц сбежал, то все подозрения падут на тебя. Не лучше ли подождать, пока все решат вассалы принца?

– Пока все вокруг, доверившись им, ждали, уже назначили дату суда. Секретарь, который должен быть рядом с принцем, исчез, а личный рыцарь – простолюдин, у которого нет в императорском дворце никакого влияния. Да он даже войти во дворец не может! Филипп, ты остался единственным, кому я могу довериться.

Я рухнула на стул. Я словно оказалась в болоте, из которого не могла выбраться. Но, просто выложив свои чувства, я не могла ничего изменить. Я подавила все возрастающее отчаяние.

– У принца ведь есть невеста из семьи Сноа.

В ответ я отрицательно покачала головой:

– Она уже отвернулась. Кажется, подумывает о том, чтобы отказаться от Деона и найти другого жениха.

– Разве они заключили не брак по расчету между семьями?

– Я тоже так думала. Но, видимо, это не так. Я ее понимаю. Она боится, что, стоит попытаться помочь Деону, искры полетят в ее семью.

Изелла посчитала, что связываться с Деоном опасно. И это было верно. Ходили нехорошие слухи. С каждым днем положение Деона становилось все хуже и хуже. Улицы полнились слухами, что Изелла разорвала помолвку и уже ищет нового жениха, а новостей о том, что она пытается его вытащить, не было. Казалось, между ними не осталось никаких чувств.

– Помоги мне. Я продам все это, чтобы получить деньги.

Я разложила на столе платья. Я думала, что их много, но на самом деле их оказалось так мало, что они даже не заняли весь стол целиком. Я собиралась отдать даже пижаму, оставив себе только простое пальто без украшений