Герцог для Дианы - Сабрина Джеффрис

— Так, значит, ваш отец тоже знаток античности?

— Во многом такой же, как и вы, могу себе представить, — сухо заметила Диана.

В этот момент Джеффри вдруг сообразил: он, в сущности, признался в том, что представлял ее себе без одежды. А это любая воспитанная в строгих правилах женщина могла воспринять как оскорбление.

То, что он действительно представлял ее себе обнаженной, делу не помогало. Надо было уводить разговор в безопасные воды.

— Пожалуй, мне стоит выразиться иначе, более по-джентльменски. Леди Диана, вы прекрасны в этом платье.

— Благодарю, любезный сэр. — Она присела в реверансе. — А вы выглядите настоящим красавцем, герцог. Каким-то образом вам даже удалось не помять свой галстук. Бо Браммел[2] гордился бы вами.

— А это кто? — поинтересовался он.

— Не важно. Он бы вам не понравился. Мне так точно не нравится.

— Увы, боюсь, моя прическа все-таки напоминает дикие заросли.

— Вы правы. — Диана подошла к нему и поправила прядку здесь, завиток — там. — Хотя это мне нравится все больше и больше.

Господи, она ведь его искушает! Если бы дверь не была открыта и ее не прислала сюда мать, он, может быть, поддался бы искушению и поцеловал ее еще раз. Их взгляды встретились, и ее глаза подсказали ему, что она, вполне возможно, хочет того же.

Но, когда он не сдвинулся с места, Диана покраснела и повернулась в сторону выхода.

— В любом случае не слушайте меня, когда речь заходит о модных прическах. Это сфера Элизы. Кстати, про Элизу: она хочет увидеть вас, вашу матушку и Рози вместе, чтобы убедиться, что ваши туалеты смотрятся гармонично.

Он пошел вслед за ней из кабинета.

— Господи упаси нам смотреться негармонично.

— Могу лишь сказать, что у Элизы есть кое-какие идеи насчет того, что члены семьи должны одеваться гармонично, в особенности на таких важных мероприятиях, как сегодняшнее. Она говорит, что это приводит к гармонии в семейных отношениях. И убеждена, что именно отсутствие такой гармонии разрушило нашу семью несколько лет назад.

— А не отношения на стороне, я правильно понимаю?

Диана пожала плечами.

— Мне рассказывали, что когда-то давным-давно родители еще разговаривали друг с другом. Так что, может, она и права. Кто знает на самом деле?

— Действительно, кто знает на самом деле.

Уж он точно не был специалистом в том, как сохранить семью. Отец, казалось, спорил с матушкой не менее часто, чем проявлял любовь. Дед и матушка постоянно конфликтовали из-за отца. А теперь и он с Рози…

Нет, вот эти отношения заметно улучшились благодаря «Элегантным событиям». Поэтому он будет наблюдать, как сестра осваивается в высшем обществе, и во всем ее поддерживать. Потому что, когда ему удастся обеспечить матери и сестре прочное положение в обществе, это выведет их всех на путь к гармоничным семейным отношениям.

И снимет безмерную тяжесть с его плеч.

Глава 9

Почему ей так отчаянно понадобилось дотронуться до него, и не один раз, а дважды? Бессмыслица какая-то. Обычно мужчины не производили на нее столь глубокого впечатления. Только он… и то, как он принялся болтать об обнаженной богине, и как попытался все исправить, начав снова, и его остроумие, которое удивляло ее каждый раз. Она знала — такого, как он, больше нет.

Должно быть, вот в чем все дело. Он был не похож на других. Герцог, но в то же время не настоящий герцог. Джентльмен, который не всегда ведет себя как джентльмен. Как же ей не захотеть дотронуться до него? Его рост и широкие плечи защитят ее от всех этих презрительных аристократов и их злословящих жен.

Но нужно было выбросить его из головы… По крайней мере, до того момента, когда у нее появится время над ним поразмышлять. А сейчас ей надо было убедиться в том, что все следуют правилам рассадки по старшинству и влиятельности, и в том, что Верити не забыла разложить крохотных марципановых лебедей на зеркальном блюде так, будто они плавают по чистому горному озеру, и в том, что кто-то из лакеев успел поставить для нее дополнительный стул за столом. По чудесному стечению обстоятельств одна из дам, которую они ожидали, прислала поклон и извинения, сославшись на болезнь, так что Диана могла присоединиться к ужинавшим, не нарушив при этом соотношение мужчин и женщин.

Джеффри не особенно радовался тому, что его усадили между вдовствующей маркизой и юной дочерью герцога, но такую рассадку диктовали правила старшинства и влиятельности.

А вот то, кого следует пригласить, диктовала Диана. Узнав, что старший внук преклонных лет маркизы достиг возраста, достаточного для женитьбы, она поторопилась пригласить вдову. А у юной дочери герцога имелся любимый брат, который должен был наследовать своему отцу. За недостатком пригодных для замужества герцогов или маркизов Рози ничего не оставалось, кроме как выйти за их наследников. Но вот незадача, наследников герцогов и маркизов тоже было раз-два и обчелся.

Тем не менее Диана теперь жалела, что пригласила дочку герцога, потому что девчонка с таким обожанием смотрела на Джеффри, что ей захотелось при первой возможности сунуть мерзавку головой в супницу с русской окрошкой.

— Вы попробовали утку? — спросил сосед справа. — Она куда лучше, чем можно было бы ожидать на ужине, который дает герцог с непонятной, по слухам, родословной.

Ею овладело странное жгучее желание защитить Джеффри.

— Вы осознаете, что, в дополнение к уважаемому роду своего отца, его светлость является потомком ньюкаслских Стокдонов со стороны матери? А образование он получил в старинном и очень дорогом заведении — в Академии Ньюкасла-на-Тайне. Ее величество королева собирается отправить туда на учебу одного из своих внуков.

Сосед кивал головой в такт ее словам, словно она не городила самую беззастенчивую ложь в своей жизни. В любом случае Диана сомневалась, что он когда-нибудь узнает правду. Этот бездельник разозлил ее до крайности, что вообще-то было трудно сделать. Он заслужил почувствовать себя отрезанным от потока светских сплетен.

После второго такого же разговора с соседом слева она была просто счастлива, когда подали десерт — огромных размеров произведение кондитерского искусства, которое включало замок из сахарной пастилы, лебедей из марципана, плывущих по горному озеру, а также груды покрытого разноцветной глазурью шоколадного драже, лежавшего по заснеженным склонам, которые венчал замок. На обоих концах этого сооружения стояли вазы из сахарной пастилы, полные марципановых фруктов и разнообразных печений. Судя по тому, как заахали и заохали сидевшие за столом, Диана