Медведь и единорог - Элизабет Прайс

Парень смотрел на бельевую верёвку Доди так напряжённо, что Зейн подумал, что она может загореться. Зейн некоторое время сдерживался, просто наблюдая. Он не то, чтобы был спрятан, но ребёнок не подозревал, что за ним наблюдают. Его медведь понюхал воздух и учуял маленького млекопитающего. Весь район был смесью разных перевёртышей. В городе было много таких кварталов. Набитый рабочими, большинство из которых, вероятно, не принадлежали ни к стаям, ни к прайдам, потому что им не нравились строгие правила. Вместо этого они объединились с разными видами в подобные сообщества, чтобы сформировать квази-стаи.

Через полчаса — к этому времени Доди так и не вышла, чтобы развесить бельё, — мальчик выглядел подавленным и покинул свой пост.

Зейн преследовал маленького хулигана через заборы и переулки, едва успевая за ним, пока не подошёл к тому, что выглядело как старое полуразрушенное здание клуба. Снаружи висела табличка с надписью: «Девушкам вход воспрещён». Буква «E» отсутствовала. «Это было похоже на что-то вроде малолетних хулиганов».

Со всей скрытностью, на которую был способен его раздражённый зверь, он подслушал, как трое подростков спорят о Доди и стирке. Всё терпение покинуло его, и Зейн взревел, ворвавшись в клуб. Трое мальчиков, все опоссумы, попытались сбежать, но Зейн заблокировал их единственный выход. Зейн — весь в когтях, чёрных глазах и острых зубах — огрызался на них, требуя, чтобы они сказали ему, где нижнее бельё.

Мальчик, за которым он следил, признался, что они крали нижнее бельё и продавали его своим друзьям. Они были совсем маленькими предпринимателями. Всё началось с того, что один из их друзей признался в любви к Шире, и мальчишкам взбрело в голову украсть её нижнее бельё и продать его парню. Поскольку это сработало так хорошо, они начали делать это для других друзей, и вуаля, достаточно скоро у них появился домашний бизнес. Зейн не особо вникал в то, что мальчики делали с купленным нижним бельём — он мог догадаться, если они были чем-то похожи на него в подростковом возрасте, и это было некрасиво и не приятно.

Зейн позволил себе момент яростной жалости к себе, глядя на мальчиков. Он ловил убийц. Он имел обыкновение иметь значение. Теперь ему оставалось только пугать маленьких мальчиков-извращенцев. Слава богу, никто из его коллег по АСР этого не видел. «Или Мелисса».

Конечно, после того, как мальчики признали, какие они умные, появился страх.

Самый маленький мальчик притворился, что плачет.

— Ты же не собираешься рассказать моим родителям?

Медведь Зейна фыркнул.

— Перестань плакать. И да, я это сделаю.

— Но мы будем наказаны до конца наших дней, — прохныкал третий мальчик.

— Не совершай преступления, бла, бла, бла.

— Мы отдадим тебе заработанные деньги, — предложил первый мальчик, не обращая внимания на второго мальчика и яростно пихая его локтем.

А вот третий мальчик понял намёк.

— А у меня есть талон на бесплатный молочный коктейль в магазине «На скорую руку» и купон на пейнтбол.

Медведь Зейна расхохотался.

— Воровство, сбыт краденного и теперь взяточничество. Боже, мальчики. У вас довольно много обвинений.

Три нижние губы ткнулись в него, и его медведь заворчал.

— Давайте, мальчики, пора собираться.

Губы начали дрожать, и он застонал.

— Да вашу ж… Хорошо, вот что мы собираемся сделать. Я забираю купоны на мороженное и пейнтбол.

Во-первых, он был голоден, а во-вторых, игра в пейнтбол могла помочь ему избавиться от стресса. Новые успокоительные, которые он принимал, ничуть не повлияли на его характер, если не считать того факта, что его моча стала зелёной.

— Но вы, трое жутких мальчишек, ограбили миссис Деметер, так что мы идём к ней. Вы расскажете ей, что натворили, и сдадитесь на её милость. Она может решить, что ей делать с вами. Хорошо?

Они не выглядели совсем счастливыми, но они были счастливее, чем несколько мгновений назад. Очевидно, они думали, что Доди будет легче убедить, чем их родителей.

Он проигнорировал лукавые улыбки, которые они бросали друг другу, когда смотрел на часы. Он дал им пару мгновений прийти в себя, прежде чем ударил кулаком по их маленькому карточному столику, заставив его зловеще задрожать. Трое мальчиков подпрыгнули, один из них издал писк. Их глаза расширились от ужаса, когда он навис над ними. Его голос превратился в примитивное рычание, когда его медведь поднялся на поверхность.

— Если вы когда-нибудь снова сделаете что-то подобное, я узнаю, и мой медведь придёт за вами. Вероятно, среди ночи. Понятно?

Они яростно закивали, с огромными, как блюдца, глазами и маленькими ртами. Зейн выпрямился и одарил их полуулыбкой. Теперь, когда они были полностью напуганы, они могли двигаться дальше.

— Хорошо. А теперь попрактикуйтесь в этих щенячьих глазках, мальчики, они вам понадобятся.

* * *

— Да, мама, три раза в день.

Скай ответила своей матери, глядя в приглушённый телевизор. Кристиан Хоук был в центре внимания, открывая новый приют для животных, подвергшихся жестокому обращению, недалеко от города. Её подруга Олси собиралась работать там, и она могла заметить олениху-перевёртыша в конце толпы, которая широко улыбалась и обнимала свою пару. «Везучая».

— И ты пользуешься зубной нитью после каждого приёма пищи? — спросила её мать обеспокоенным голосом.

Да, это была обратная сторона того, что мать была стоматолог-гигиенист — лекции о чистке зубов, использовании зубной нити и о том, что жидкость для полоскания рта — лучший друг, который у вас когда-либо будет.

— Мм-м хм-м-м.

— Как дела на работе?

Она улыбнулась.

— Отлично, я только что начала занятия йогой для тех, кому за семьдесят, и им это нравится. Нам так весело.

Работа всегда делала её счастливой, даже если Эрик был в дурном настроении после того, как кто-то разбил его машину. Она сочувствовала ему, но не настолько, чтобы пойти с ним на свидание, несмотря на его многочисленные безвкусные подкаты.

— Ты сейчас с кем-нибудь встречаешься?

Скай выдохнула.

— После Итана, нет.

Мать слегка заржала, но в остальном прикусила язык. Её мама никогда не любила Итана, считая его слишком грубым и неприятным. Конечно, она была права, но отец Скай ничем не лучше Итана. Её мама просто так любила её отца, что не могла видеть его недостатков — возможно, неприятная черта женщин в их семье.

Лошади, безусловно, были величественными существами, но жеребцы-мустанги были насквозь высокомерными вожаками. Некоторые люди были удивлены тем, насколько воинственными могут быть мужчины-перевёртыши. Легко было бы сказать, что все перевёртыши-хищники были рычащими, агрессивными существами, а все остальные — добрыми и нежными. Но