Тайна надгробия (ЛП) - Шоуолтер Джена

Они ещё посочувствуют друг другу, когда она докажет им обоим, что они ошибались.

Глава 9

Арнольд Хаген

Попал с первой попытки.

Джейн заперла машину и перебежала улицу к Музею золотой лихорадки Аврелиан-Хиллз, полная решимости как никогда. Кто-то подверг опасности её драгоценного кота, и этого кого-то нужно было найти. Теперь дело стало личным.

Вторжение в дом, видимо, было как-то связано с убийством доктора Хотчкинса. Раскроешь одно — раскроешь и другое.

Вернётся ли взломщица?

По телу пробежала дрожь. По крайней мере, ей не стоило беспокоиться о Ролексе, пока они были в разлуке. Эти дополнительные засовы удержат и дракона.

Солнце припекало, и Джейн пожалела, что не захватила шляпу. Ролекс прогрыз крошечную дырочку в её любимой соломенной шляпе, и она ещё не придумала, как её починить. К тому же, любой головной убор мог выделить её из толпы. Джейн хоть и была новичком в расследованиях, но знала, что не стоило привлекать к себе лишнее внимание, особенно в маленьком городке. Она и так будет в центре внимания. Поэтому, в надежде слиться с другими посетителями, она выбрала простую футболку и джинсы.

Джейн вошла в здание бывшего окружного суда. Каждый школьник в Аврелиан-Хиллз хотя бы раз бывал здесь, и её охватило то волнующее предчувствие, которое она испытала в детстве, с боксом на обед и Бо рядом, восхищённо ахая, глядя на старинные инструменты.

Экскурсовод провёл мимо неё группу из пяти человек, произнося вполголоса:

— Обратите внимание на красный кирпич. Прекрасен, не правда ли? Каждый кирпич изготовлен из местных ископаемых, и, если хорошенько приглядеться, можно даже заметить следы золота.

Тот же самый текст Джейн слышала в шесть лет. И снова в девять. Ни разу ей не удавалось увидеть ни малейшего намёка на этот драгоценный металл. Тем не менее, ей всегда нравилось это здание в федеральном стиле[21], с выкрашенными в белый цвет ставнями и тротуаром, затенённым деревьями — величественное, но очаровательное на вид.

Джейн сбавила шаг, подходя к новой, улучшенной выставке, посвящённой золотой лихорадке. Раньше ей удалось лишь взглянуть мельком на эти важные страницы в кабинете Конрада, теперь в её распоряжении будут собственные копии для изучения. Удача явно ей сопутствовала. После месячного перерыва на ремонт музей вновь открылся сегодня на ограниченное время. Мог ли быть более явный знак того, что Джейн должна это сделать?

Сотрудница, сидевшая за круглым столом с изображением золотого персика, приветливо улыбнулась ей:

— Здравствуйте и добро пожаловать в Музей золотой лихорадки, где вам не придётся копать, чтобы найти сокровище. Если вы пришли на утренние экскурсии, то, к сожалению, опоздали. Однако вы можете воспользоваться нашей самостоятельной экскурсией.

— О да. Спасибо, — ответила Джейн с энергичным кивком.

— Мы лишь просим вас воздержаться от использования вспышки при фотографировании, — протянула ей брошюру пожилая женщина.

Что ж, она просто выключит вспышку и сделает столько фотографий, сколько ей захочется — проблема была решена.

Оплатив входной билет, Джейн прошла по коридору, вдоль которого были развешаны портреты здания суда и судей, некогда вершивших правосудие в этом месте. Под арочным дверным проёмом висела табличка: «Добро пожаловать в XIX век».

Мягкая мелодия банджо встретила девушку, когда она вошла в просторный зал. Стены украшали детализированные чёрно-белые фрески с изображением карт, первых поселенцев и горнодобывающего оборудования. За стеклянными витринами с подсветкой находились предметы быта шахтёров: кувшины, деревянные ложки и неглубокие лотки для промывки золотых крупинок из речного камня.

С важным видом Джейн направилась к стендам с журналами, надеясь, что после ремонта ничего не убрали. Она оглядела зал и нашла особый пятиугольный стеклянный стол-витрину.

Огляделась по сторонам — никого. Отлично. Она достала блокнот и записала несколько мыслей. Ещё раз посмотрела налево, направо. Незаметно достала телефон. Вспышка выключена — превосходно.

Не привлекая внимания, Джейн навела камеру и коснулась экрана, затем оглянулась на вход. Путь был свободен. Щёлк. Щёлк. Щёлк.

Осмелев, она перешла к следующей витрине. И к следующей. Джейн переходила от одной экспозиции к другой, фотографируя страницы журналов, легенды некогда тайного общества, карты, списки, каракули, наброски и бесчисленное множество других вещей.

— Благодарю, — услышала она голос женщины, вошедшей в меньший выставочный зал.

Постойте. Эта женщина. Красное платье. Помада в тон. Пышная фигура. Джейн вспомнила, что видела её в доме Тиффани Хотчкинс. Эбигейл Уэйнс-Кирклэнд. Неужели светская львица часто заходила сюда?

К счастью, Джейн была в обуви на мягкой подошве: она быстро юркнула в угол, затаилась между двумя витринами и прижалась к стене, чтобы наблюдать незаметно. Видел бы её сейчас Конрад! Отлично справилась!

Эбигейл переходила от витрины к витрине, бегло осматривая содержимое, и шла дальше. Но у витрины, где Джейн сделала первый снимок, женщина остановилась и, нахмурившись, углубилась в изучение одного из документов. Оглядевшись по сторонам, она достала телефон и сделала снимок.

Эй, это придумала Джейн! И вообще, тебе не стоило использовать вспышку!

Из-за Эбигейл их обеих могли выгнать. Как только заметят её телефон, несомненно, донесут и на неё. Почему бы не завести разговор и не отвлечь её? Если заодно получится узнать что-нибудь полезное, тем лучше.

Джейн быстро сфотографировала другую женщину, а после незаметно вышла из укрытия и подошла к ней.

— Здравствуйте. Привет! Эбигейл, верно? Ты меня помнишь? Я Джейн.

Они на мгновение встретились взглядами, и Эбигейл, часто моргая, издала нервный смешок:

— Джейн. Да. — Быстро окинув взглядом комнату и став серьёзной, она схватила Джейн за запястье и потащила в тень, шепча: — Значит, ты тоже наслышана о золоте?

Детективное чутьё Джейн усилилось. Эбигейл намекала на то, что доктор Хотчкинс увлекался поисками сокровищ? На геральдические лилии? Или что-то ещё? Действительно ли он что-то обнаружил?

Лучше подыграть и разобраться с информацией позже.

— О да, золото, — прошептала она в ответ, словно тоже хотела сохранить тайну. — Я всё знаю. Но как ты об этом узнала?

— А как ещё? Тиффани нашла записи Марка.

Марка, а не Маркуса! Выходило довольно занятно и подозрительно, указывая на близкое знакомство. Возможно, близость. Даже Тиффани не звала мужа Марком.

— Теперь твоя очередь, — заявила Эбигейл более резким тоном, сильнее сжимая запястье Джейн. — Знаю, Марк думал, что нашёл упоминание о крупных самородках, спрятанных на твоём кладбище, но в новостях не было никаких сообщений о золоте.

— Потому что на моём кладбище нет золота! — цокнула Джейн. — Доктор Хотчкинс ошибался. Захоронения разграбили много лет назад — это задокументированный факт.

— Разве гробы нельзя было наполнить снова до перезахоронения? Где ещё надёжнее спрятать золото, чем в месте, которое, как все думают, уже обобрали дочиста? Взрослей, Джейн. Ты просто хочешь всё оставить себе.

«Горячий» доктор и правда верил, что на кладбище Джейн спрятано новое золото? Причём сама Джейн об этом не догадывалась.

— Золота нет, — подтвердила она ровным тоном. По крайней мере, больше никто не пытался прокрасться туда снова.

Хм. Почему никто не пытался? Не хватало смелости? Но что ещё важнее: сколько людей подозревали, что на её земле зарыто золото, и сколько из них в будущем отчаются настолько, что решатся на незаконное проникновение?

Джейн вздрогнула при мысли об охотниках за сокровищами, ползающих по её земле, портящих траву и нарушающих покой.

— Никакого золота нет, — повторила она настойчивее.