Давай поженимся - Юлия Резник

— Да. Кирилл сказал, что вы планируете заказать домик…

— Угу, — отвожу глаза.

— Их, вообще-то, еще с лета бронируют. Это очень популярное место.

— Ну, тогда не судьба, — бурчу я.

— Вообще-то, папа хочет сказать, что вы можете переночевать в нашем, — закатывает глаза Николь. И я роняю челюсть.

Глава 6

Макар

Вообще-то ничего подобного мне даже в голову не приходило! Это предложение озвучила Николь, и пока я чесал репу, размышляя, как бы потактичнее слиться, мелочь взяла и выпалила свое предложение!

Кир обрадовался. На лице людоедочки расцвела недоверчивая, и оттого еще более трогательная улыбка. И я не знаю, какую силу воли надо было иметь, чтобы в таких обстоятельствах включить заднюю.

И что же?

Суббота. Пять утра. А мы всей дружной компанией едем на гребаную турбазу! Потому что кому-то — не будем показывать пальцем на розовую шапку с помпоном — пришла в голову здравая вроде бы мысль, что если мы, один черт, едем в одно место, гонять две машины глупо.

И вот… Я за рулем. Рядом Элла. Сзади два не замолкающих ни на секунду болтуна, в багажнике — пакеты со снаряжением и едой, которые угрожающе шуршат на каждом повороте.

Небо только начинает светлеть. Дорога пустая, как казарма в увольнительный. Собственно, поэтому мы и выехали в такую рань. Фары выхватывают из темноты разделительную полосу, дорожные знаки и редкие сугробы, наметенные вдоль обочины. Асфальт серебрится наледью.

— Вы там точно все пристегнулись? — уточняю автоматически.

— Пап, ты это сто раз уже спрашивал, — смеется Николь. Сбоку тихонько фыркают. Я скашиваю взгляд на людоедочку, та сидит в распахнутом пуховичке. Волосы собраны в небрежный хвост. На лице ни грамма косметики. Но с такой яркой внешностью она ей и не нужна. В руках — термокружка.

— Чего? — ловит мой взгляд. — Я тоже пристегнута.

— Ничего. Проверяю, не спишь ли.

— С вами не уснешь, — бурчит она. — У вас лицо, как будто мы не развлекаться едем, а опять сдавать нормативы.

Быстро стреляю взглядом в зеркало заднего вида. Неужели она права? Мне бы не хотелось портить людям отдых кислой физиономией. Решаю свести все к шутке.

— Да как тут расслабишься, когда у меня два неопытных бойца и одна ходячая катастрофа?

— Эй! — не слишком успешно изображает возмущение Элла.

— Кирилл опытный! — парирует Николь. — Он катался уже пять раз!

И выставляет ладошку с пятью растопыренными пальчиками. Качаю головой. Так-то да. Для нее все, что больше одного, уже много. Чему я удивляюсь?

— Ты тоже быстро научишься, — заверяет Николь Кирюха.

И они опять пускаются в бесконечный треп. Я увеличиваю мощность печки. Дорога постепенно уходит от города. Панельки сменяются частными домами, потом лесополосой. Сосны в утреннем тумане возвышаются, как сказочные великаны. Из-за сопки лениво выкатывается бледно-розовое солнце. И вдруг все вокруг становится золотым. Глазам больно от того, как сверкает снег. Река слева застыла, но под тонким льдом темнеет вода. Красиво.

— Ого… — тихо выдыхает Элла, восхищенно приникая к окну.

Минут через сорок Кир начинает ерзать.

— А долго еще?

— Час, — отвечаю, сверившись с навигатором.

— Я хочу в туалет.

— Ты же ходил перед выходом! — вздыхает Элла.

— Опять захотелось.

— Минут через десять будет заправка. Там сходишь. Дотерпишь?

Заправка — единственный островок цивилизации посреди бескрайнего леса. Мы выгружаемся, как десант. Дети уносятся к туалетам. Я останавливаюсь у витрины с фастфудом. Элла изучает кофейное меню.

— Возьмем по бургеру? — предлагаю. — До базы еще прилично.

— Я взяла нам перекус, — отмахивается она.

— Что именно?

— Пироги.

Вряд ли пироги могут составить конкуренцию бургеру, но она, наверное, старалась. Будет правильно это как-то уважить. Пересилив себя, бросаю последний тоскливый взгляд на витрину и, вслед за выскочившими из туалета детьми, плетусь к выходу.

Пока я оббиваю лед с дворников, Эллочка достает термосумку. Приоткрывает крышку, и мне в нос забивается вкуснейший аромат выпечки.

— Так, тут у меня с мясом, здесь с картошкой и печенью. А это… С малиной. Сладкие. Кстати, еще теплые.

— Надо было хоть чаю взять, — растерянно бормочу я.

— У меня двухлитровый термос! Будете?

Кое-кто все предусмотрел.

— Буду!

Загружаемся в машину. Элла раздает детям пирожки. Разливает по пластиковым кружкам чай. Раскладывает салфеточки.

— Тут мята, имбирь и лимон. Для профилактики простуды.

Пахнет божественно! Колян пищит. И закатывает глазенки от восторга, поглощая воздушные пироги. Кирилл тоже уплетает те за обе щеки, но особых восторгов от мальца не исходит. Видать, частенько его мать подобного рода вещами балует.

— Вам с чем?

— Да все равно. Только не сладкий. Вы что, их всю ночь пекли? — уточняю, принюхиваясь к божественным ароматам.

— Ну, да, — беспечно пожимает плечами. — Я перед такими приключениями спать не могу. Или если, скажем, наутро у нас самолет или поезд — ни в какую не спится, и все тут.

— Это лучшее, что я когда-либо ела! — выносит вердикт моя дочь.

— Спасибо, — нежно улыбается мелкой Элла. — Калорий здесь, правда, прорва, но, надеюсь, мы все сгоним на склоне.

Впиваюсь зубами в пирожок. Реально вкусно. Двигатель мерно урчит, людоедочка протягивает мне чашку. Ладно, возможно, это была не такая уж плохая идея. Где бы я еще так вкусно поел? В столовке училища? Уж как я не гоняю поваров, так вкусно у них ни за что не выйдет.

Наевшись от пуза, хочется подремать, а не на склон. Но что уж… Надо ехать. Дорога уходит в лес. Узкая, извилистая. Снег здесь выше, со всех сторон нависают ветки. В какой-то момент перед нами появляется… лось.

Настоящий. Огромный. С ветвистыми шикарными рогами. Я резко торможу.

— Ого! — восторженно пищит Кир. — Мам, ты видела?!

Николь прижимается к стеклу. В глазах рогатого исполина мелькает осуждение. Понимаю, брат, неприятно, когда кто-то без спросу вторгается на твою территорию.

— Обалдеть, — с трепетом в голосе тянет Элла. — Я до этого лося лишь в зоопарке пару раз видела.

Величественно качнув головой, зверь грациозно переступает дорогу и скрывается в чаще. Дети наперебой вопят, гадая, увидим ли мы еще каких-то животных. Позволяю себе немного поумничать, прочитав им лекцию о здешней экзотической фауне.

— Серьезно?! Настоящие тигры?! Здесь?! —