Чего бы это ни стоило - Анна Хаккетт

— Бастиан…

— Обожаю, когда ты произносишь моё имя вот так. Будто ты во мне нуждаешься.

— Я нуждаюсь в тебе. — Во многих смыслах. В смыслах, которые меня пугают. Он ведет пальцами вверх по моему бедру, между ног. Он усиливает давление, проводя подушечками по шву моих брюк.

Мои губы приоткрываются, я подаюсь бедрами навстречу. Жаркое предвкушение пронзает всё тело.

Его рот находит мою шею, целуя и покусывая. Соблазняя меня.

Всё в этом мужчине притягивает меня. Он заставляет меня чувствовать себя желанной. Окруженной заботой.

В безопасности.

​Затем он расстегивает мои брюки и его рука скользит внутрь, под белье.

С хриплым стоном я приподнимаюсь. Он начинает ласкать меня. На сцене силуэты показывают Исиду, оседлавшую своего мужа.

Я хочу этого.

Я хочу Бастиана внутри себя. Хочу чувствовать его твердость в моем теле. Хочу быть сверху и дарить ему наслаждение.

Хочу знать, что он мой. Пусть даже ненадолго.

Он вводит в меня два пальца и я двигаюсь на его руке.

— Боже, как мне нравится твоя отзывчивость, — выдавливает он сквозь зубы.

— Со мной никогда такого не было раньше, — задыхаюсь я, запрокидывая голову.

Я вижу, что ему приятно это знать. Я уже близко. На сцене Исида и Осирис достигают разрядки, их переплетенные стоны заполняют зал.

Бастиан нажимает большим пальцем на мой клитор. Я взрываюсь.

Я дергаюсь в его руках, удовольствие захлестывает меня с головой. Его рот ловит мои вскрики, пока я переживаю пик оргазма.

После этого я не чувствую себя расслабленной и умиротворенной. Я разворачиваюсь, садясь на него верхом.

— Я хочу тебя. Никаких ожиданий. Никаких помех.

Даже в тени я вижу желание на его лице. Его скулы кажутся острее, взгляд — жарче.

— Не здесь. — Он ловко застегивает мои брюки и ставит меня на ноги.

Затем он берет меня за руку и уводит из ложи.

С бешено колотящимся сердцем я иду за ним.

ГЛАВА 26

​Бастиан

​Прижав ладонь к сенсорной панели, я заставляю себя остаться на другой стороне лифта. Ларк прижимается спиной к зеркальной стене напротив.

Я все еще слышу ее сексуальные вздохи, чувствую фантомное ощущение ее горячего тела, сжимающего мои пальцы.

Мы пожираем друг друга взглядами и, клянусь, воздух в кабине наэлектризован. Я знаю: если коснусь ее сейчас, то устрою настоящее шоу для моей службы безопасности у мониторов.

Я не хочу, чтобы наш первый раз случился на полу лифта.

​Наконец, кабина замедляет ход и останавливается. Я хватаю ее за руку и вытаскиваю наружу. Через мгновение открываю дверь пентхауса и втягиваю ее внутрь.

Едва дверь захлопывается, мы оборачиваемся одновременно. Ларк делает шаг вперед и в тот же миг я рву ее к себе. Мы сталкиваемся телами.

Ее руки обвивают мою шею, пальцы впиваются в волосы. Этот поцелуй — жгучий и ненасытный. Все ее тело дрожит от желания, и во мне растет жажда. Голод более глубокий, чем любой, что я когда-либо испытывал.

​Она выдергивает мою рубашку из брюк. Я стягиваю с нее футболку.

Мы двигаемся через гостиную по немыслимой траектории, скидывая обувь и теряя по пути одежду. Я расстегиваю ее джинсы, задерживаясь, чтобы прикусить оголенное плечо. Мне нужно видеть ее голой. Мне нужна вся эта гладкая кожа в моем распоряжении, чтобы касаться ее так, как захочу.

Она возится с пуговицами на моей рубашке, тихо ругаясь.

— Почему на тебе так много всего?

С победным звуком она справляется с последней пуговицей и стаскивает ткань с моих плеч. Затем принимается за брюки.

Мой член твердый как камень, желание пронзает меня насквозь. Я готов прижать ее к стене и войти в нее прямо здесь. Я хочу слышать ее крики. Чувствовать, как ее ногти впиваются в спину. Видеть, как ее киска принимает меня.

Нет. Это Ларк. Я не стану торопиться. Для нас это не будет быстро и яростно.

​Я снимаю с нее остатки одежды, оставив только черные трусики. Именно сегодня она решила их надеть. На боку у нее все еще повязка, но гораздо меньше той, что была в ночь ранения. Я знаю, что рана заживает хорошо.

Подхватив ее на руки, я быстрыми шагами направляюсь в спальню. Ее губы вновь находят мои, затем она атакует поцелуями шею, скользя зубами по мышцам. Она проводит языком по пульсирующей точке, и я знаю — она чувствует, как бешено бьется мое сердце.

— Тебе нравится это, да? Чувствовать, как я схожу с ума из-за тебя.

Ее зубы прихватывают кожу.

— Так много жизни. Обожаю эту силу.

Я понимаю ее маленькую одержимость. Я стону, сжимая ее ягодицы.

​Я пересекаю спальню и опускаю ее на кровать. Скидываю брюки, стягиваю боксеры. Наклонившись над ней, я снова прижимаюсь к ее губам. Целуя, стаскиваю с нее трусики.

Она тянет меня вниз и переворачивается. Резко толкает, заставляя лечь на спину. Оседлав меня, она осыпает мою грудь жадными поцелуями. Я чувствую исходящую от нее бешеную, дикую энергию. Она находит уже заживший шрам — след от ее же удара — и проводит по нему языком.

Я переворачиваю нас, меняясь местами.

— Мы никуда не спешим, птичка. — Я беру ее грудь в ладони, играя с затвердевшими сосками.

— Мне нужно, чтобы ты был внутри меня. — Она выгибает бедра.

— Знаю. Скоро. — Я не тороплюсь, лаская ее, очерчивая контуры ее тела. Мне нравится ее упругость, ее прекрасная грудь, ее покрасневшая от возбуждения кожа.

— Бастиан, быстрее.

— Нет. — Я склоняюсь и беру один сосок в рот.

Она ругает меня, извиваясь подо мной. Ее руки тянут мои волосы.

Я улыбаюсь. Она не нежная и мне это нравится. Я продолжаю не спеша ласкать ее, поднимаясь губами к основанию ее горла.

— Ты отдашь мне все, Ларк.

В ее глазах мелькает искра. Не совсем страх, но что-то близкое.

— Тебе понравится. Я заставлю тебя отпустить контроль, отдать себя мне.

— Бастиан…

Я раздвигаю ее бедра и обхватываю свой член рукой. Я поглаживаю головку, пока она наблюдает, закусив губу. Из меня вырывается хищный звук и я приставляю член к ее влажному входу.

Кажется, я ждал этого вечность.

Ее веки дрожат, готовые закрыться.

— Нет, Ларк. Смотри на меня. — Мой голос низкий и хриплый.

Ее прекрасные глаза широко распахиваются