Два босса для Снегурочки - Tommy Glub

Глупая, глупая Тая…

Я запускаю в волосы пальцы, пытаясь морально принять, что меня уволят. Ну, вот так. Уволят и не подавятся. Я не верю мужчинам. Не верю, что они могут спокойно оставить меня на хорошем месте и рисковать собственной репутацией.

Потому я, бляха, сегодня пью!

— Таечка! Привет, красотка! — слышу теплый тембр и поворачиваюсь, поборов желание скривиться. Наверное, у каждой девушки был или есть, или будет, фрик, который всегда будет рядом.

Рому не назовешь фриком. Он красивый, хороший и улыбается всеми тридцатью сколько-то там зубами всегда искренне. С ним можно выпить и он отвезет тебя домой, даже не запустив руки под юбку. Но когда ты с ним становишься чуть ближе и границы стираются… он… словно сходит с ума.

И я получаю… фрика.

Он хороший и добрый человек. И сейчас угощает меня мартини, хоть и я не просила. Просто понимающе пьет вместе со мной и отчасти правильно понимает причину моего горя. Новые боссы.

Или босс. Или…

Проблемы!

Так что получается залпом выпить несколько бокалов. И едва я понимаю, что мне хватит, Рома подхватывает меня под руку и помогает выйти из ресторана к лифтам.

Мы поднимаемся. Мысли немного затянуты сладким алкоголем, словно тягучей паутиной, а во рту выделяется много слюны из-за сладкого послевкусия. Я опираюсь головой о зеркало и прикрываю глаза. Мне все равно, что там с Ромой. Он напротив и я ощущаю его взгляд. Но я даже в таком состоянии думаю только о ненавистных боссах. О том, какими огромными и жесткими мужиками стали они оба. Как он придавил меня, как другой предупреждал… даже грозились и обещали, что я о чем-то пожалею…

А мне лишь думается, как бы я расправилась с жесткими кожаными ремнями, как бы опустилась и вспомнила… на вкус, на запах…

Все тело приятно отзывается пульсацией во всех чувствительных точках. Внизу живота собирается тяжелый ком, а сердце колотится от желания. Я машу небрежно Роме, делаю вид, что иду ровно, но едва лифт закрывается, я приваливаюсь к стене и прикусываю губу.

Господи…

От одного касания бы Адама или Алана я бы сейчас взорвалась на мелкие кусочки вожделения. У меня даже пальцы дрожат, когда я достаю карточку и пиликаю ею. Дверь поддается, я вхожу. Прижимаюсь лопатками к ней и съезжаю по гладкому дереву, прикусив губу. Меж ног все стонет и сводит, я хочу… у меня так давно не было мужчины, что встреча с моими случайными любовниками просто вынесла всю мою идеальную жизнь за грань. И я должна не сдаться!

Втягиваю тяжело воздух. Даже в номере кажется витает мужской аромат. Я ощущаю его, тепло и даже слышу его ухмылку. В полумраке и под мартини может привидеться так много…

А потом фантом ещё присел и хмыкнул:

— Что из «не создавай проблем», ты не поняла? — спросил фантом, пока я прищуриваюсь и поднимаю глаза на Адама. Почти как настоящий, только… что-то смущает. Ну да, настоящий бы так не улыбался. Он бы снова попытался придушить меня и говорил свои фирменные «только пикни и я тебя уничтожу».

Хочется что-то ответить. Но в теле от воспоминаний и от нехватки мужского внимания так больно, что хочется кричать. Я посвятила себя ребёнку и карьере, так что секс у меня реже, чем дни рождения. И, к тому же, они были одними из лучших любовников… если не лучшими. Так что я тянусь пальцами к мужской коленке. Трогаю её.

Трогаю!

Господи, пусть оно горит всё синим пламенем… уволят меня уже точно. Так что…

Я веду по грубым джинсам, по бедрам, ощущая крепкие ноги и становлюсь на колени. Равняюсь с ним и нервно глотаю вязкую слюну.

— Мне все понятно, — произнесла я. — Правда. Я не создам проблем. Ни одной, кроме этой.

И впиваюсь в мужские губы, обхватив его шею. Почти такой же знакомый вкус губ, по которым я прохожу языком, чтобы расслабить и прикусываю нижнюю, сходя с ума от его пряного запаха. Мужчина несколько секунд не отвечает и ждет, когда я отступлю.

И отвечает мне так же рвано и дерзко. Обхватывая губами мои губы, согревая и трогая моё тело.

И взрывая каждым касанием что-то внутри…

4 глава

Он запускает в волосы пальцы и тянет так сильно, что я всхлипываю. Словно из другой вселенной доносится хриплый смех со стороны, а Адам поднимает меня и несёт внутрь номера, даже не церемонясь. Подхватил под попу и пошёл, не смотря куда.

Когда он садится, я уже не ощущаю ног. Немеет всё так, словно мне подмешали мощную дозу какого-то возбудина. Я знаю, такие препараты существуют, но точно помню, что пила только мартини.

Да и вообще, я не очень хочу признавать, что для меня они оба — уже один мощный возбудин…

Адам разворачивает меня и устраивает так, чтобы Алану было удобно тут же впиться в мои губы. Кажется, они стали в разы чувствительнее, ибо я едва соображаю вообще что-либо. В волосах мужские пальцы и я даже не могу понять — чьи. Губы Алана тянут меня вперёд, на него и я судорожно вздыхаю, когда он находит змейку на платье снегурочки. Черт бы побрал эту Дашу…

— Давай, малышка, раз уж заварила эту кашу, сама расхлёбывать будешь.

Хриплый голос сводит с ума…

Господи, такого прозрачного намёка на то, что они снова не собираются брать ответственность за этот долбанный и неправильный секс, я ещё не слышала. Ухмыляюсь, веду пальчиками по, скорее всего, дорогой, и мягкой ткани, пуговки почти сами поддаются и раскрываются. Я стягиваю с него рубашку, пока меня технично вытряхивают из платья. Если мы его порвём, я потом долго-долго буду придумывать легенду для Даши…

— Боже, я и на сцене тебя готов был трахнуть, — шипит в ухо рыжий. Его укус и горячее дыхание в ушко вынудили меня застонать, а его пальцы в трусиках добили окончательно. Я развела ноги и облизнула губы Алана, обхватывая его шею. Это сумасшествие, и я вполне готова за него заплатить, если нужно. Раз они не могут отвечать за свои поступки…

Я отвечу. Но… Только за собственное удовольствие. Так что… Почему бы не получить его сполна?

— Так тебе и поверила, — я судорожно вдыхаю запах Алана, который занят моим лифчиком, и намеренно скольжу мокрым бельём по брюкам Адама. Второй раз он уже сам фиксирует мои бёдра и вжимает так в стояк, что мне