Клянусь ненавидеть - Саша Кей

– А он способен на такое? На подлость? Просто брошенные девушки, это печально, но думаю, ты тоже не ангелочек, – я решаю спросить конкретнее. – Было ли что-то, о чем я должна знать и опасаться?

– Я, Тая, разумеется, не ангелочек, но…

– Было или нет?

– Я не понимаю, о чем ты. При мне он никого не закапывал ночью в лесу. Брошенных детей за ним вроде тоже не числится. Или ты про… ну-ка, – Беснов разворачивает меня к свету фонаря. – Это сделал Вик?

Его желваки играют, а я не сразу понимаю, что его так злит.

А. Черт. Тот урод оставил следы от пальцев, я заметила уже в универе и немного подмазала тоном, но после секса и душа я забыла обновить тоналку.

– Я не понял, – врывается голос Вика в эту неловкую паузу, которая виснет из-за того, что я не горю желанием рассказывать о нападении.

Я спохватываюсь, что со стороны мы с Сашей выглядим, как милующаяся парочка. Обнимая меня одной рукой за талию и поднимая пальцами другой мое лицо за подбородок, Беснов склоняется ко мне, будто собирается поцеловать.

Глава 88. Вик

Картина маслом.

Масляная рожа Беснова и бегающие глазки Лисицыной.

Я не думаю, что он к ней прям лез, но по морде видно, что так-то был бы не против.

Хрен тебе, друг. У тебя свой геморрой.

Ведьма убирает руку Санька со своей талии. Правильно. Молодец. Но по жопе получишь все равно.

Заставляю себя подходить к этой парочке медленно, в развалочку. Правда, Беса это не обманывает, он напрягается.

– Ты вся синяя. Чисто голубой древолаз, – отвешиваю я комплимент Тае, как следует разглядев ее лицо и не обнаружив следов поцелуев. – Иди внутрь.

Серьезно, такая же пупырчатая от холода и ядовитая по жизни.

Цапнула меня за губу в первую же встречу, и вот итог.

– Но… – и взгляд у нее мутный, настороженный. Опять где-то что-то сдохло.

Что, блядь, успело произойти за двадцать минут?

Увидела первую любовь и теперь с ума сходит от угрызений совести, что с другим кувыркалась? Как меня это бесит, аж грудак сдавливает.

Ничего, я еще сегодня подкину поводов для угрызений. Чтоб простора было побольше. Когда берешь ее сзади, у нее хуже всего выходит отвлекаться на всякую хрень, но мы еще не пробовали наездницу.

– У тебя телефон звонил, – прерываю я протест ведьмы.

Лисицына ойкает и чешет на базу. Она у меня особенная, ага. Мобильник у нее в кармане плаща, но про это мы не помним.

Дверь хлопает за спиной Таи.

– На два слова, – говорю я с расстановкой, делая шаг в сторону от крыльца, на случай если мозг в ведьме проснется. – Не путай мне игру.

– А ты не заиграйся, – огрызается Бес.

– Все путем, – морщусь я. – Ты какими судьбами?

Я намекаю, что сегодня не очень рад его присутствию на репетиции.

– Вообще-то я тебе звонил, но ты трубу не поднимаешь.

Припоминаю пропущенные вызовы. Но я как бы был очень занят. Воспитывал Лисицыну.

– Я бы перезвонил.

– Я все равно ехал мимо.

– И не смог проехать мимо ведьмы? – все-таки подъебываю.

Нет, я не ревную. Никуда от меня Тая не денется. Будет рядом, сколько надо. Но хрен ли Саня трется рядом? У него что подписка на кавказские страсти кончилась?

– Я думал она вот-вот разревется…

– И ты решил утешить? Я без тебя справлюсь, – меня тянет быковать, но пока сдерживаюсь. Повода официального у меня нет. Претензия будет выглядеть невнятно.

– Уж ты-то мастер, – фыркает Бес. – То-то Тая говорит, что ты в своем стиле.

Меня обсуждали? Это хорошо. Значит, блондинистая голова Лисицыной занята правильными вещами.

– Так чего ты хотел? – напоминаю я Саньку, который неожиданно задумывается.

– Вообще хотел узнать, нужна ли моя помощь в пятницу. Или вы нашли, кто привезет ваше барахло в бар?

Я не успеваю ответить, как Бес переключается:

– Слушай… я думал мне показалось, но… Блин, сейчас уже не уверен.

– Что?

Санек чешет репу.

– Тачка другая, ну так она ту проиграла…

Я сразу понимаю, о ком он, хотя мы договорились ее не упоминать, настолько Диана меня выбешивает. Лютая злость поднимает голову. Неужели, овца не поняла, что больше ее игры не прокатят. Совсем инстинкт самосохранения отказывает?

Уж она-то знает, что я не тот, кто благородно утрется.

– С этого места подробнее, – цежу я.

Я уже понимаю, что буду давить гадину.

Надо было сразу, как только она прилепилась к сестре после выписки. Не хотел наступать в дерьмо. Вонять будет знатно, но, походу, по-другому она не поймет.

– Короче, я сюда поворачивал, а из двора выезжала машина. Я светанул фарами как раз, и мне показалось, что это Диана, но я ж ее тысячу лет не видел, да и делать ей здесь нечего. Ни одного притона рядом. Да и она вроде в психушке.

– Выпустили суку, – высекаю я, сжимая кулаки.

– Значит, не показалось, – хмурится Беснов. – Тогда это объясняет странные вопросы, которые мне задавала Тая.

– Странные вопросы? – охереваю я.

Что эта курва опять наговорила про меня. Я, кажется, внятно изъяснился. Сунешься в мою жизнь, пожалеешь. Диана слишком переоценивает влияние своего папочки.

– Тухлые какие-то вопросы про твои отношения с девками, нормальный ли ты чел, давно ли я тебя знаю…

– И что ты ответил? – по сути, без разницы, сказал Санек. Диана очень зря подошла к Тае. Надо будет сегодня же набрать Киру и прочистить ей мозги, если она еще сама не дотумкала, что бывшая подруженька ни хрена не изменилась.

– Если б я сразу сопоставил, то ответил бы, конечно, по-другому. Но в целом я сказал, что псих ты не всегда, и что ты плохой варик для хорошей девочки. Я серьезно так считаю. Да и ты проблем не любишь. Тая не твой тип.

– С чего ты взял, что Лисицына хорошая девочка? – щурюсь я, доставая сигареты. Так-то Бес прав, сложности я не люблю, по крайней мере те, которые нельзя решить качественной дракой. А от ведьмы одни проблемы.

– Видно.

– Я сам решу, чьи закидоны готов терпеть, – прикурив, затягиваюсь. – Ты же терпишь Ахмедову.

Глаза Санька