Ассистент Дьявола - Валентина Зайцева

Я знала о его братьях. Все знали, благодаря их огромной известности в своих сферах. Но никогда не встречала никого из них — они не появлялись в офисе. Видимо, семейка Громовых предпочитала держаться порознь.

— «Нам ещё предстоит выяснить, кто родители этих трёх агрессивных и пугающих мужчин, — я уткнулась взглядом в газету, читая последний абзац. — Их устрашающая природа должна откуда-то происходить, но источник пока остаётся загадкой. Известно лишь, что все трое, включая Михаила, отслужили срочную службу в армии, что, видимо, только добавило им жёсткости. Ходят слухи, что их отец был высокопоставленным военным».

Громов ничего не сказал. Даже когда я закончила. Молчание затягивалось, становясь всё более тяжёлым.

Я опустила голову и снова принялась листать газету, не зная, как реагировать на его тишину.

Из горла вырвался лёгкий вздох, когда я наткнулась на страницу с фотографией меня и самого дьявола из мира бизнеса. Вот же незадача.

Снимок был чёрно-белым, но на нём отчётливо узнавались мы оба. Это была та самая фотография из ресторана, где я висела на его плече. Выглядело это двусмысленно, надо признать.

— Хотя бы обрезали так, чтобы мои ягодицы не было видно, — пробормотала я себе под нос, разглядывая кадр.

Мускулистая рука с проступающими венами, принадлежащая крупному мужчине напротив, поднялась ко рту. Он потёр пальцами щетину, опершись локтем о деревянный стол. Жест выдавал его задумчивость.

— Вы разрешили опубликовать это фото? — поинтересовалась я, повернув газету к нему, чтобы он видел снимок. — И эту статью? Или они просто взяли и напечатали без спроса?

Ответа не последовало. Михаил Сергеевич молчал, изучая фотографию с непроницаемым выражением лица.

Я вернула газету в прежнее положение и прочла подпись под фото: «Эта женщина, возможно, новая пассия Михаила Громова. Мы не знаем, кто она, но многие предполагают, что это актриса или супермодель. Источники утверждают, что они были замечены вместе уже не первый раз».

Громов наклонился вперёд в кресле, не отрывая пристального взгляда от моего лица. Его внимание было абсолютным.

— Супермодель? — повторила я с усмешкой, а потом посмотрела вниз на свою радужную пижаму с единорогами. — Вот бы они видели меня сейчас. Супермодель в пижаме с единорогами — звучит как заголовок для жёлтой прессы.

Тёмные зрачки скользнули с моего лица. Его взгляд медленно, не спеша, словно оценивая, спустился по моему телу и остановился на талии. В этом взгляде было что-то, от чего по спине пробежали мурашки.

Челюсти снова свело, когда он отвернулся от моей майки с радугой, прикрывавшей грудь.

— Вам правда не нужно, чтобы вас видели со мной, — заметила я, цокнув языком и отложив газету на стол. — Вам не нужно, чтобы о нас сплетничали. Я же понимаю, какой это удар по вашей репутации.

— И с чего вы это взяли, Екатерина Петровна? — в его голосе прозвучала искренняя заинтересованность.

Я пожала плечами, стараясь выглядеть безразличной:

— Потому что у меня есть судимость. Не самое лучшее дополнение к вашему имиджу.

Михаил Громов четыре раза моргнул за десять секунд. Самое человечное выражение, которое я когда-либо видела на его лице. Он явно не ожидал такого признания.

— У вас что? — хриплый голос моего начальника прозвучал ошеломлённо, и в нём читалось неподдельное удивление.

— Судимость, — повторила я, совершенно серьёзно. — Не самое лучшее дополнение к резюме, согласитесь. Хотя в графе «особые навыки» это можно было бы указать.

Крупное мускулистое тело приблизилось ко мне, явно заинтересованное. Его глаза загорелись любопытством.

— И что же вы натворили? — в его голосе появились едва уловимые нотки интриги.

— Убийство, — отрезала я без эмоций, выдерживая паузу. — Всего двенадцать жертв. Серийный маньяк, да.

Одна из его бровей чуть приподнялась, но он не прервал меня, ожидая продолжения.

Я вздохнула и смущённо опустила голову, признаваясь:

— Угнала соседскую машину и утопила её в пруду. Ночью, чтобы никто не видел.

Громов склонил голову набок, изучая меня с новым интересом.

— Сами виноваты, дурацки прятали ключи под садовым гномом, — пробормотала я, оправдываясь. — Сами напросились, чтобы семнадцатилетняя девица ночью их тачку угнала. Кто вообще так делает в наше время?

Клянусь, его тёмно-синие глаза расширились, а привычная недовольная складка у рта исчезла. Он смотрел на меня так, словно увидел впервые.

— Немного жалею сейчас, — поделилась я с ним откровенно. — Чуть не утопила тогда своего бывшего. Он был в кабине и еле выбрался. До сих пор, наверное, на меня обижается.

Его локоть по-прежнему покоился на столе, а кулаком он прикрывал рот, скрывая, как мне показалось, улыбку.

Стук в дверь переговорной заставил меня спрыгнуть со стола, словно меня застукали за чем-то неподобающим.

Я быстро уселась на стул рядом с Громовым, ожидая, когда войдёт посетитель. Сердце колотилось от неожиданности.

Дверь открылась, и в проёме возникла высокая, долговязая фигура с пышной шевелюрой. Этот человек сделал несколько больших шагов, пока не достиг конференц-стола. Выглядел он крайне взволнованным.

— Очень приятно, Михаил Сергеевич, — дрожащий голос новоприбывшего наполнил комнату. — Меня зовут Соколов Никита Евгеньевич, я представитель холдинговой компании «Смирновых». Спасибо, что согласились нас принять.

Моё внимание оживилось при названии компании. Я была удивлена, что у нас встреча с главным конкурентом. Зачем бы это?

— Садитесь, — приказал низкий голос рядом со мной, не оставляя места для возражений.

Никита Евгеньевич устроился на стуле с противоположной стороны стола. Его руки дрожали, когда он поставил на стол коричневый портфель. Бедняга выглядел так, словно сейчас упадёт в обморок.

— Я думал, вас будет трое, — прокомментировал мой начальник, бросив на незнакомца скучающий взгляд, в котором читалось лёгкое разочарование.

— Мои коллеги... — Соколов запнулся, а потом быстро выпалил, краснея: — Стесняются. Они... они просили передать извинения.

Что явно означало: они не захотели встречаться со злым гением, правящим компанией. Не могу их винить — я бы тоже побоялась.

— Понятно, — произнёс Громов низким гулом, словно доносящимся из глубины пещеры. В его тоне читалось презрение.

Представитель холдинговой компании «Смирновых» отвёл взгляд от устрашающего бизнесмена и уставился на меня с нескрываемым любопытством:

— А вы...? Простите, но я не знаю, кто вы.

Я вдруг вспомнила, зачем я здесь, и какая у меня цель. Пора было действовать и претворять свой план в жизнь.

Одна