У истоков американской истории. Массачусетс. Мэриленд, 1630-1642. - Лев Юрьевич Слёзкин
Уинтроп не предлагал конкретных форм организации общественной жизни колонии и не говорил о коммерческих задачах компании. Но он определил религиозные цели переселения, которые рассматривались им как поощряемый образец «служения Богу»: «Мы обнаружим, что Бог Израиля находится среди нас, когда десятеро из нас будут способны противостоять тысяче наших врагов, когда Он сделает нас достойными и прославленными, чтобы люди говорили о процветающих поселениях: Новая Англия — творение Бога». И далее: «Мы должны иметь в виду, что будем подобны городу на холме и глаза всех будут устремлены на нас; поэтому, если мы будем кривить душой перед Богом в деле, которое мы начали, и таким образом вынудим Его лишить нас помощи, которую Он нам сейчас оказывает, мы ославим себя и станем притчей во языцех для всего мира, мы откроем уста врагов для хулы путей Господних и всех деяний во имя Бога».
За этими словами стояло пророчество Исайи: «…гора дома Господня будет поставлена во главу гор, и возвысится над холмами, и потекут к ней все народы… И будем ходить по стезям Его. Ибо от Сиона выйдет закон, и слово Господне из Иерусалима» (Исайя, II, 2, 3). Да и сами слова походили на пророчество. Однако пуритане избегали открытого мессианства, не признавали «божественных откровений», приходящих к верующим свыше. Поэтому Уинтроп расположил свой город не на горе, стоящей «во главе гор», даже не просто на горе, а всего-навсего на холме: «Мы будем подобно городу на холме» (We shall be a Citty upon a Hill)[115].
Иначе говоря, предполагалось воздвигнуть «Новый Иерусалим» грешными руками людей, но следуя «по стезям Его».
Неизвестно, как восприняли путешественники прочитанный им «Образец». Уинтроп ничего не пишет об этом в «Журнале». Ему, как видно, казалось важнее рассказать о Столкновении двух кораблей экспедиции, о встрече с фламандцами, плывшими из Бразилии, о шторме и морской болезни, которые «нарушили распорядок дня и помешали молиться» (У, I, 31), о загрязнении пушечной палубы, о ссоре между моряками и пассажирами, а также о других путевых происшествиях.
В субботу, 12 июня 1630 г., «Арабелла» подошла к американскому берегу. «…Воины Христа впервые вступили на землю Западного полушария… Они высадились на северном берегу реки Чарлз у небольшого острова, называемого Ноддл, где жил тогда некто м-р Сэмюэл Мейврек… На острове он построил небольшой форт… и установил 4 мортиры для защиты от индейцев»[116]. Там путешественники встретили Уильяма Пирса, чей корабль стоял неподалеку, и колониста из Нового Плимута Исаака Эллертона. Пирс, Эллертон, а затем и прибывшие позже Эндикотт и Скелтон поднялись на борт „Арабеллы“. Мы, ассистенты, а также некоторые другие джентльмены, а также часть женщин и наш капитан поехали с ними в Наумкек [Наумкеаг, Сейлем], где отведали оленьего паштета с хорошим пивом; вечером мы вернулись на наш корабль, исключая нескольких женщин, оставшихся на берегу.
Тем временем большинство наших людей сошли на берег у мыса Энн, который недалеко от нас, и собрали много прекрасной земляники.
Один индеец влез на корабль и проспал здесь всю ночь», — так записал события того замечательного дня Уинтроп (У, I, 49–50).
В следующие дни «Арабелла» перешла в Сейлемскую бухту. Туда один за другим благополучно прибыли остальные корабли экспедиции[117]. Колонию Эндикотта, как писал Дадли графине Бриджит Линкольн, нашли «в печальном и неожиданном для нас положении»[118]. 80 человек умерло еще зимой, многие болели, продовольствие было на исходе. 180 сервентов, посланных с предыдущей экспедицией, пришли просить хлеба, так как оставшегося у них могло хватить на две недели. Однако взять этих людей на пропитание сочли невозможным. «Необходимость, — продолжал Дадли, — вынудила нас пойти на большие потери и дать им всем свободу, а их снаряжение и отправка стоили нам от 16 до 20 ф. ст. за каждого»[119]. По местоположению и, как видно, из-за присутствия там большого числа голодных людей Сейлем сочли неудобным для расселения вновь прибывших. Тогда на р. Чарлз основали поселок Чарлзтаун. Вскоре возникли Брэдфорд, Уотертаун, Роксбэри и др.
«Начало работы показалось им очень трудным»[120]. Уинтропа к тому же постигло тяжелое несчастье: утонул его сын Генри. Губернатор нашел в себе силы побороть личное горе ради общего дела, ради основания «города на холме», и продолжал энергично исполнять обязанности руководителя. Своим горем он поделился с Маргарет: «Будь благословен Господь или добрый Бог и милостивый Отец, который еще сохраняет мне жизнь и здоровье, чтобы я мог приветствовать тебя… Мы перенесли долгое и беспокойное путешествие, по Господь сделал для нас его безопасным и легким… Я так перегружен делами, что у меня нет времени для писания писем и других моих частных забот. Я пишу сейчас только для того, чтобы ты знала, что я жив и думаю о тебе, несмотря на все мои дела… У нас произошло много неприятных и печальных событий; и рука Господа покарала и непосредственно меня; мой сын Генри, мой сын Генри. О! Бедное дитя… Но, несмотря на все случившееся, я, слава Богу, не обескуражен… Твой верный муж Дж. Уинтроп»[121].
В тот же день, когда Уинтроп написал цитируемое письмо, 30 июля 1630 г., в Чарлзтауне была основана конгрегационалистская церковь. В составленном по этому поводу ковенанте, в частности, говорилось: «Во имя Господа нашего Иисуса Христа… Мы, нижеподписавшиеся… искренне, торжественно и благоговейно (как в Его божественном присутствии) обещаем и обязуемся точно следовать Священному писанию и действовать в полном согласии с Его божественными предначертаниями и во взаимной любви и уважении друг к другу — настолько, насколько Богу будет угодно сподобить нас»[122]. Это было важным дополнением к тем принципиальным основам создания колонии, которые изложил Уинтроп в «Образце христианского милосердия». Хотя никакой прямой формальной связи не устанавливалось, из смысла ковенанта само собой следовало, что священники (т. е. церковь), призванные вникать в «божественные предначертания» и разъяснять их, должны стать участниками в определении форм общественного устройства колонии и норм поведения ее жителей. Тем более, что основателями церкви и неизбежно ее ведущими членами были, кроме
