У истоков американской истории. Виргиния и Новый Плимут, 1606-1642. - Лев Юрьевич Слёзкин
Итак, пиннаса вернулась с продуктами. Колонисты приготовили достаточное количество груза для «Джон энд Френсис». Ньюпорт оставлял Виргинию с небольшим запасом продовольствия и далеко не в лучшем состоянии. В этом отчасти был повинен он сам, но в первую очередь член совета Мартин, которому показалось, что он обнаружил запасы золотой руды. Ради ее добычи забросили все прочие занятия, включая подготовку к посеву. Так как Виргинская компания давно мечтала о подобной находке, то «золотоискателем», по ироническому замечанию одного из колонистов, стал и Ньюпорт. По свидетельству того же колониста, Смит глубоко возмущался, что всю работу забросили из-за погрузки корабля «таким огромным количеством позолоченного дерьма»[102]. Ньюпорту предстояло в этом убедиться по прибытии на родину[103]. А пока, снявшись с якоря 10 апреля 1608 г., он увозил с собой «золото» и другие плоды тяжелого труда колонистов. С ним уплывали капитан Уингфилд и капитан Арчер. Рэтклиф болел, и временно обязанности президента были возложены на Мартина.
20 апреля в Виргинию привел свой «Феникс» капитан Френсис Нельсон, имея на борту около 40 новых поселенцев (задержавшаяся в пути часть «первого пополнения»). Как раз тогда сильно ухудшились отношения англичан с индейцами, которых они пытались сделать своими постоянными данниками. Во время одного из столкновений колонисты захватили нескольких пленных. Угрожая убить их, они предъявили Паухэтану ряд требований. Вождь послал для переговоров одного из своих наиболее уважаемых воинов и с ним — в знак доверия и особого значения миссии — «девочку 10 лет, которая превосходила всех своих соплеменников не только милыми чертами и выражением лица, но и не имела себе равных по остроте ума и доброте»[104]. То была Покахонтас. Ученые поправляют Смита, указывая, что ей было 13 лет. Но и тогда поражает читателя, что именно эта девочка — героиня в истории спасения капитана. Так или иначе, дипломатический демарш Паухэтана достиг цели: пленных отпустили и подарили «принцессе» набор безделушек. Мир был восстановлен.
2 июня 1608 г. «Феникс» поднял паруса. С ним покидал Виргинию Мартин. «Капитану Мартину, — говорится в «Общей истории», — вечно нездоровому, бесполезному в делах и одержимому идеей добиться доверия якобы присущим ему искусством обнаруживать золото, с удовольствием позволили вернуться в Англию»[105]. Рэтклиф, все еще недомогая, поддерживал свое здоровье кражей продуктов из общего склада, которые он к тому же продавал, «будто это было его наследственное имущество»[106]. В связи с продолжавшейся болезнью президента Смит сделался фактически руководителем колонии. Он вспоминал: «На этот раз мы остались все здоровые и довольные, не имея раздоров, любя друг друга и, как мы надеялись, обеспечив длительный мир с индейцами»[107].
Радость была преждевременной. Во время стоянки «Феникса» колонисты заготовляли для него грузы, приостановив полевые работы и без того малопродуктивные в условиях девственной природы и неопытности колонистов. Запасы продовольствия, привезенные на корабле, быстро таяли: Виргинская компания не была щедрой, моряки, зная о скором уходе из Виргинии, не экономили. Голод — бич Джеймстауна — вновь стоял у ворот.
Смит в это время не только управлял сложными делами Джеймстауна, но и составлял важные документы, которые намеревался отправить в Лондон: письмо казначею Виргинской компании; набросок карты Виргинии; «Правдивый рассказ о событиях, случившихся в Виргинии». В письме казначею Смит резко осуждал деятельность «болячки» Рэтклифа, предупреждал, что возвращение Арчера в колонию вызвало бы там «вечные раздоры». Он брал на себя смелость резко критиковать правление компании, которая жадно стремилась добиться от колонии прибылей, не дав ей встать на ноги, губя людей[108].
Еще до ухода «Феникса» в глубь страны отправилась продовольственная и географическая экспедиция, возглавляемая, как и прежние, капитаном Смитом. Она прошла берегом Чесапикского залива, по Раппаханноку, Потомаку и Патуксенту. Когда 21 июля путешественники вернулись в Джеймстаун, то застали его обитателей в состоянии, близком к бунту. Рэтклиф в их отсутствие не только бездействовал и по-прежнему расхищал содержимое складов, но и затеял еще строительство «президентского дворца». «Наши запасы, наше время, наши силы и труд бесполезно расходовались на исполнение его фантазий», — свидетельствовал очевидец[109]. После бурных споров решили сместить Рэтклифа с поста президента. На его место выдвигалась кандидатура капитана Смита. Он согласился принять на себя управление колонией. Однако, учитывая, что Уингфилд и Мартин по прибытии в Лондон не преминут очернить его, боялся, как бы после смещения Рэтклифа правление компании действительно не посчитало его мятежником и узурпатором. Кроме того, он вновь отправлялся в поход. Поэтому договорились, передав фактическую власть Смиту, а на время его отсутствия Скривинеру, формально дождаться истечения президентского срока Рэтклифа.
24 июля Смит и с ним 12 человек покинули Джеймстаун. Они пробыли в пути до 7 сентября, сделав много полезных открытий. Когда они вернулись, Рэтклиф сидел под арестом, обвиненный в мятеже. 10 сентября он был смещен окончательно. Смит возглавил колонию.
Согласно легенде, настало время разумного спасительного труда, военных упражнений, мирных сношений с индейцами. Однако к моменту нового посещения колонии Ньюпортом, в конце сентября, она насчитывала в живых только 50 человек. Невозможно, правда, определить, когда умерли их товарищи: при правлении Рэтклифа или после прихода к власти Смита. Так или иначе, упомянутая цифра омрачает радужные тона легенды.
Ньюпорт подошел к Джеймстауну 29 сентября 1608 г. Он доставил туда «второе пополнение» — 70 колонистов. Среди них два новых члена совета колонии (Ричард Вальдо и Питер Винн), несколько ремесленников (стеклодувы, мыловары, смолокуры), две первые белые женщины Виргинии. Из Англии был получен приказ короновать Паухэтана. Этой акцией его превращали в вассала английского короля, приобретая таким образом формальное право требовать повиновения. В качестве королевского уполномоченного Ньюпорт отправился в «столицу» индейской конфедерации. Вождь принял посланцев дружелюбно, но так и не понял смысла процедуры, превратив в фарс серьезно разыгрываемую церемонию. Он долго сопротивлялся возложению короны, а когда это удалось сделать и вручить ему другие знаки монаршей власти, он в обмен на них передал гостям снятые с ног мокасины и шкуру, покрывавшую его плечи.
В конце 1608 г. Ньюпорт покинул Виргинию, увозя с собой Рэтклифа. В начале следующего года из всех членов совета в живых
