У истоков американской истории. Виргиния и Новый Плимут, 1606-1642. - Лев Юрьевич Слёзкин
Поздней осенью 1607 г. Смит, как повествует легенда, пережил свое главное приключение. С 11 спутниками он опять был в дороге, исследуя течение р. Чикахомини. Пока она была проходимой, двигались на лодке. Далее Смит, оставив часть людей на стоянке, с двумя англичанами и двумя проводниками-индейцами поплыл на каноэ. Удалось преодолеть еще 20 миль. Дальнейший путь был прегражден лесным завалом. Чтобы посмотреть, что за ним, Смит и один из проводников углубились в чащу. Перед уходом капитан приказал остальным ни в коем случае не разлучаться, не уходить от каноэ и при любой тревоге предупредить его выстрелом.
Смит шел не более четверти часа, как услышал крики, доносившиеся с места привала. Выстрелов не было. Предполагая, что проводники завели англичан в засаду, Смит схватил шедшего с ним индейца и привязал к своей левой руке. Держа пистолет в правой, он готов был спустить курок при малейшей попытке сопротивления. Тот старался убедить капитана в своей невиновности и уговаривал бежать от возможных преследователей, которые прежде всего убьют его за помощь «бледнолицым». Слишком поздно. Послышался свист многочисленных стрел. Одна из них ранила Смита в бедро. Капитан отстреливался из пистолета, прикрываясь телом проводника, вскоре убитого нападавшими. Отвязав его, англичанин, окруженный индейцами, стал отползать к кустам. Ему кричали, что его товарищи погибли, что ему остается только сдаться. Когда Смиту казалось, что он достиг укрытия, он с ужасом обнаружил, что земля под ним проваливается…
Сзади лежала непроходимая трясина, куда его, как видно, специально оттесняли. Впереди поджидали многочисленные враги (по словам легенды, около 200 воинов). «Оказавшись в западне, я решил сдаться на их милость и отбросил свое оружие в сторону. До этого ни один не отваживался приблизиться. Теперь они схватили меня и повели к королю. Я подарил ему компас, объяснив, насколько возможно понятнее, его употребление; король был столь удивлен и заинтригован, что дал мне возможность рассказать о шарообразности земли, о движении солнца, луны, звезд и планет. Под доброжелательные возгласы они накормили меня и свободного повели туда, где я оставил каноэ. Там лежал мертвый Джон Робинсон, пронзенный 20–30 стрелами. Эмри я не увидел»[93].
Смита водили по деревням и показывали их обитателям. Капитан все время ожидал смерти. Но индейцы обращались с ним «со всей возможной добротой». «Чем больше мы знакомились, — вспоминал Смит, — тем лучше друг к другу относились»[94]. Англичанин подружился с вождем племени, которому он много рассказывал о европейских странах, вере и обычаях. От него он узнал, что готовится нападение на Джеймстаун. Капитан убеждал вождя, что такое нападение принесет индейцам большой урон от пушек форта, а по возвращении Ньюпорта — страшную месть этого «главного белого воина». Под предлогом отправки в Джеймстаун известия о добром к нему отношении индейцев Смит попросил вождя доставить в форт составленное им письмо. Капитан предупреждал в нем товарищей о грозящей им опасности.
Однажды к вигваму, где под охраной жил Смит, пришел индеец с намерением убить пленника. То был отец воина, которого путешественник смертельно ранил во время перестрелки. Стража предотвратила убийство. Вождь, чтобы обезопасить Смита, отправил его в Веромокомоко — резиденцию Паухэтана. Он оказался не менее любознательным и гостеприимным, чем прежний хозяин англичанина, интересовался намерениями чужеземцев. Чтобы отвратить нападение индейцев на Джеймстаун, Смит старался внушить им уважение и страх к пришельцам. Как объяснял Вартон, «вожди индейцев стали уже обдумывать широкие планы в связи с создавшейся ситуацией. Главной темой их размышлений было, как наилучшим образом избавиться от неминуемого ига и уничтожить англичан. Джон Смит, считали они, был самым большим препятствием на их пути, так как он помешал англичанам покинуть Виргинию, когда они собирались вернуться в Англию, и так как только он смог поднять их дух, когда их осталось так мало»[95]. Индейцы, угрожая смертью, предложили капитану перейти на их сторону. Но, как продолжал Вартон, «Смит, верный королю и присяге, с презрением отверг их домогания»[96]. Тогда и произошла та драматическая и романтическая сцена, столь украсившая легенду о Джоне Смите, сцена со счастливым спасением путешественника юной индианкой. «Она бросилась к Смиту, как безумная, и, закрывая его голову своими руками, просила, чтобы предназначавшиеся ему удары обрушились на нее», — так изобразил эту сцену Вартон[97].
Фактом остается то, что капитан вернулся в Джеймстаун живым и невредимым. Здесь Смит вновь обнаружил заговор с целью побега (правда, не зашедший так далеко, как первый) и возросшую ненависть к себе членов совета. За время его отсутствия, полагая, вероятно, что он погиб, Рэтклиф ввел в совет Габриэла Арчера, давнего врага Смита. Последнему было предъявлено обвинение в гибели Джона Робинсона и Томаса Эмри[98]. Как рассказывал позже сам обвиняемый, «в самый роковой момент Бог соблаговолил прислать капитана Ньюпорта»[99]. Вынесенный Смиту смертный приговор был отменен.
Ньюпорт прибыл на корабле «Джон энд Френсис» 8 января 1608 г. На землю Виргинии сошло «первое пополнение» — около 70 новых колонистов. Один из них, Метью Скривинер, стал членом совета. Джеймстаун опять насчитывал около 100 человек. Однако на колонию обрушились новые несчастья: вспыхнул пожар, который охватил почти все постройки форта, включая склады, только что загруженные; поселенцев ожидал холод и голод. К тому же Виргинская компания прислала строгий приказ заготовить к отплытию Ньюпорта возможно больше товаров, продажей которых она могла бы возместить понесенные расходы. Без того неустроенная жизнь и тяжелый труд колонистов стали невыносимыми. Полусгоревший поселок не отстраивался, скудное хозяйство было совсем запущено. Рубили лес, пилили его на доски, готовили золу, смолу и деготь, собирали сассафрас, добывали руду. Грузили и ремонтировали корабль. Скудость питания, переутомление и болезни косили людей.
Для пополнения съестных припасов опять пришлось прибегнуть к помощи индейцев. Посредником, как обычно, выступал Смит: «Я был настолько известен среди индейцев и они мне так доверяли, что подходили к форту только тогда, когда я выходил к ним; все они звали меня по имени и не хотели ничего продавать, пока я первый не принимал их приношения…»[100]. Вартон, рассказывая попутно о тогдашних приключениях и подвигах капитана, делал разумную оговорку: «Больше всего он боялся, что англичане погибнут от недостатка пищи в случае, если индейцы, напуганные кровопролитием и войной, покинут свои деревни и уйдут куда-нибудь»[101].
Индейцы, обитавшие поблизости от Джеймстауна, не могли
