У истоков американской истории. Виргиния и Новый Плимут, 1606-1642. - Лев Юрьевич Слёзкин
Инструкции губернатору Ирдли (и Ордонанс) получили в американской историографии название «Великой хартии» не только потому, что ими санкционировалось создание Генеральной ассамблеи, но и потому, что авторам этих инструкций, особенно некоторым из них («партия патриотов», «партия страны», возглавляемая Э. Сэндисом, в отличие от «придворной партии», возглавляемой Т. Смитом), приписывается намерение ввести в Америке демократические институты в противовес и вопреки самодержавным устремлениям Якова I. Эта трактовка воспринята А. С. Самойло — автором самого значительного в советской историографии труда по истории английских колоний в Северной Америке[191].
Бесспорно, что среди членов компании были видные оппозиционеры, а в будущем сторонники парламента в борьбе с королем[192], однако нам представляется правильным мнение Уэсли Крэвена — автора интересной и обстоятельной книги о роспуске Виргинской компании. После тщательного анализа имеющихся документов он пришел к выводу, что нововведения 1618 г. были лишь косвенно связаны с политическими мотивами, являясь прежде всего следствием материальной заинтересованности членов компании, включая «придворную партию»[193]. К той же мысли еще раньше склонялся известный американский историк Чарлз М. Эндрюс, который писал, что учреждение Генеральной ассамблеи «было, по всей вероятности, делом сэра Эдвина Сэндиса, хотя нет никаких указаний на то, что другие руководители компании возражали против этого плана в то время… Сэр Томас Смит был еще казначеем, а олдермен Джонсон — его заместителем и членом совета. Уорвик и Сэндис, помощник казначея, были в полном согласии»[194].
Действительно, все руководители компании искали путь, который вывел бы предприятие из затруднительного положения, а главное обеспечил бы получение доходов, ради которых они создавали колонию. Предложенные ими меры не выходили за рамки установлений и практики, существовавших в Англии, за рамки прав, предоставленных хартией 1612 г. Полномочия ассамблеи, как мы видели, были весьма ограниченны. Ничто не говорит о стремлении руководителей компании (того же Сэндиса) к демократизации колониального режима, как и о враждебности короля осуществляемой мере. Это стремление приписывается руководителям компании, «партии страны» или лично Сэндису американскими историками в поисках наиболее ранней даты рождения американской демократии[195]. Демократия же эта была буржуазной. Рождалась она в недрах английского общества. Это очевидно даже из изложенной схемы. Как пишет автор солидного труда по истории американской общественной мысли Чарлз А. Бэркер, «колониальное представительство началось в Джеймстауне в 1619 г., когда Виргинии исполнилось уже 12 лет. Но инициатива фактически была проявлена Англией, а не самой колонией»[196]. Колониальное представительство возникло не в результате намерения воплотить в жизнь демократический идеал (хотя бы в Америке), а в результате намерения найти наконец способ получить прибыль от капитала, вложенного в виргинское предприятие.
Акционерной компании прежде всего требовалось возможно большее число пайщиков. Для них участие в управлении, дававшее возможность защищать собственные интересы принятием мер, направленных на достижение главной искомой цели, являлось лакомой приманкой и стимулом к активности в делах. Так появились квартальные собрания акционеров. Со времени наделения этих акционеров землей в Виргинии, особенно с возникновением института крупного ассоциированного землевладения, нужны были новые приманка и стимул. Ассоциации в немалом числе составлялись из ведущих членов компании, от которых зависел успех попытки путем раздачи земли возродить колонию, увеличив ее население и продуктивность. Ассамблея должна была служить этим целям. Не случайно на ее первой сессии поселенцы были представлены землевладельцами, жившими в Виргинии, или агентами лондонских акционеров.
Играло роль желание компании получить от депутатов ассамблеи более ответственную, чем получаемую прежде от губернатора, информацию о положении колонии и более согласованные рекомендации к улучшению этого положения.
Ассамблея неизбежно должна была стать органом если не контролирующим, то наблюдающим за деятельностью губернаторов, нередко злоупотреблявших своей властью для личной выгоды или из прихоти. Созданием ассамблеи хотели умерить тот страх, который внушал режим, существовавший до 1618 г., успокоить возможных поселенцев, соблазнить их участием в представительном учреждении. Ассамблея должна была придать больший вес и авторитет постановлениям, адресованным колонии, придать им вид вводимых с согласия колонистов, что отражало существовавшую парламентскую практику. Но, как явствует из документа, Генеральной ассамблее отводилась весьма подчиненная роль. Решающее слово принадлежало губернатору и компании.
Кроме перечисленных, в задачи ассамблеи входило защищать интересы крупных и влиятельных землевладельцев, а также их представителей перед лицом простых колонистов, в первую очередь сервентов. Как уже отмечалось, депутатами ассамблей оказались землевладельцы, а ими успели стать к этому времени либо акционеры компании, либо члены ассоциаций, так как оформление прав на владение землей для прочих колонистов требовало длительной процедуры из-за нежелания компании лишаться работников. Согласно данным Брюса, к приезду Ирдли в Виргинию на свободу были отпущены только те, очень немногие, которые смогли откупиться[197]. Бэллаг писал: «До прибытия губернатора Ирдли в 1619 г. в Виргинии, кажется, не существовало частного владения землей. Колонисты были насильно лишены всех прав, а если имели участки земли, то до указанного времени не имели никаких гарантий, которые закрепляли бы за ними эти участки»[198].
Американский историк Чарлз Хэтч, рисуя картину избрания депутатов ассамблеи, представляет процедуру весьма демократичной: «Собирались все жители, исключая женщин, детей и несовершеннолетних подмастерьев, и они определяли свой выбор viva voce или поднятием рук»[199]. Однако к тем, кто не участвовал в голосовании, нужно отнести еще всех сервентов, а также тенантов, не отслуживших срок. Те же, кто участвовал в голосовании, вовсе не были совсем свободны в выражении своего мнения. Эндрюс, чье описание выборов сходно с приведенным выше, тем не менее справедливо завершает его словами: «Более чем вероятно, что влиятельные «управляющие и руководители плантаций» делали указания относительно избрания представителей своих плантаций и, вероятно, контролировали голосование в их пределах»[200]. Примечательно, что спикером ассамблеи депутаты избрали члена совета и секретаря колонии Джона Пори, второе должностное лицо в Виргинии после губернатора.
Первая сессия Генеральной ассамблеи состоялась 30 июня – 4 августа 1619 г. На ней были представлены четыре поселка (сити, тауна) и семь частных
