Английская буржуазная революция - Владимир Михайлович Лавровский

не отбирать имений под формальным предлогом отсутствия документов о регистрации их в суде канцлера. Однако за это новый король потребовал денежной компенсации. Начался торг о размерах требуемой им суммы. Попытка Страффорда договориться о размерах выкупа непосредственно с представителями ирландской знати также оказалась безуспешной. Тогда крупных ирландских землевладельцев вызвали в 1628 г. в Тайный совет короля, где в его присутствии они вынуждены были согласиться на уплату в течение трех лет компенсации в размере 4 тысяч фунтов стерлингов в год. Эту сумму в 12 тысяч фунтов стерлингов предполагалось употребить на создание в Ирландии постоянной армии, которой английский абсолютизм не располагал в самой Англии.

Итак, на этих условиях Карл I признал права ирландских землевладельцев на их земли как «бесспорные». Однако вскоре это обещание было нарушено. Назначенный в 1632 г. лордом-наместником английской короны в Ирландии, Страффорд начинает с организации в католической Ирландии Суда Высокой комиссии пб английскому образцу для насаждения здесь религиозного «единообразия», а также для достижения и других, более реальных целей. Суд Высокой комиссии стремился к получению максимальных доходов от ирландских католиков — «рекузантов» в пользу королевского казначейства, находившегося в крайне стесненном положении в период беспарламентского правления Карла I. Особое внимание было обращено на принесение установленной присяги королю как главе церкви. Такую присягу должны были приносить ирландские землевладельцы, чиновники, доктора, адвокаты и т. д. при формальном вводе их во владение землями, «бесспорные» права на которые были признаны королем в 1628 г. при условии выплаты упомянутой компенсации в 12 тысяч фунтов стерлингов. Теперь властью наместника натиск на их земли вновь усиливается под предлогом требования присяги с признанием верховенства короля. Суд Высокой комиссии прибегал и к другим средствам воздействия на католических рекузантов в Ирландии: выставлению виновных у позорного столба, протыканию языка, клеймению раскаленным железом и т. п., не говоря уже о денежных штрафах, налагавшихся на виновных. Насколько широко применялись в этот период подобные приемы насаждения религиозного «единообразия», видно из обвинительного акта против Страффорда, привлеченного в 1640 г. к суду Долгим парламентом.

Используя различные приемы религиозных преследований, штрафов и конфискаций земли в пользу короны и английских лендлордов, Страффорд организует в Коннауте и других графствах плантации, широко применяя при этом вооруженную силу в качестве наиболее «действенного» аргумента, оказывая воздействие на присяжных при разборе судебных дел, провоцируя «мятежные» выступления недовольных характером английского «землеустройства» в Ирландии. Ярким примером этого последнего является именно страффордовский проект плантаций в Коннауте и Ормонде (декабрь 1634 г.) и его последующая реализация. Вопреки «Хартии милости», дарованной Карлом I ирландским землевладельцам, уплатившим компенсации, в связи с планом Страффорда вновь возникает вопрос о верховных правах, о титуле короля (his Majesty’s title) на ирландские земли. Энгельс называет всю эту историю с ирландскими плантациями Страффорда «затянувшимся юридическим фарсом», прикрывавшим подлинные цели грабежа ирландских земель королем, то признававшим «бесспорными» права ирландских землевладельцев, то вновь ставившим их под сомнение и нарушавшим их.

Так, в 1635 г. Страффорд направляется в Коннаут с отрядом в 4 тыс. кавалеристов для «содействия» в устройстве плантаций. Не только в Коннауте, но и в Галуейе и в других графствах Страффорд применяет насильственные методы, оказывает давление на присяжных, налагает штрафы и замышляет все более широкие конфискации, провоцируя выступления недовольных и цинически заявляя при этом: «Чем больше мятежников, тем больше конфискаций…»

Поставив одной из своих задач создание в Ирландии постоянных вооруженных сил, Страффорд рассчитывает их использовать не только в целях ирландского «землеустройства», но и против шотландских «мятежников», недовольных мероприятиями другого советника Карла I — архиепископа Лода в Шотландии. Предусматривалась Страффордом и еще одна возможность использования ирландской армии — для подавления революции в Англии.

Однако своей политикой в Ирландии Страффорд подкапывался под одну из опор английского абсолютизма, приближая его катастрофу. Политика Страффорда в Ирландии ускорила взрыв ирландского восстания 1641 г., ставшего прелюдией гражданской войны в Англии.

Расчет Страффорда на ирландскую армию, которую можно будет натравить против шотландских «мятежников», а также против революции в самой Англии, не оправдался. Мало того, в самой Ирландии — в Ольстере — у шотландских ковенантеров нашелся союзник в лице английских колонистов-протестантов: 100 тыс. сочувствовавших шотландским пресвитерианам.

В 1639–1640 гг. английский абсолютизм должен был пожинать плоды своей ирландской политики колонизации и религиозного «единообразия» как в Ирландии, так и в Шотландии. Лод насаждал «методами» Страффорда в пресвитерианской Шотландии англиканскую церковь.

В ответ на попытку Лода ввести в 1637 г. в Шотландии англиканскую литургию и молитвенник Елизаветы шотландские пресвитериане заключили религиозный ковенант и подняли оружие в целях сохранения республиканского строя церкви в Шотландии, которому угрожала политика английского абсолютизма, проводившаяся Лодом.

Именно в Шотландии была организована та военная сила в виде армии шотландских пресвитериан — ковенантеров, которая нанесла первый серьезный удар по английскому абсолютизму в англо-шотландской войне 1639–1640 гг. Та же сила сыграла большую роль в развитии военных операций в гражданской войне в самой Англии, особенно в первый ее период. Когда шотландская армия в 1639 г. вступила в северные графства Англии, ее военное превосходство над вооруженными силами Карла I стало очевидным. Объяснялось это прежде всего тем, что во главе шотландской армии стояли хорошие военные организаторы, учитывавшие опыт 30-летней войны. Таковым был генерал Лесли, который с помощью Гамильтона, также артиллериста шведской школы, вооружил шотландскую армию легкой артиллерией нового образца (в Эдинбурге был построен пушечный завод, снабжавший шотландскую армию орудиями нового типа).

Другое важное обстоятельство, способствовавшее успехам шотландской армии в войне 1639–1640 гг., — это наличие сочувствовавшей победам шотландцев оппозиции в Лондоне, рассматривавшей неудачи королевской армии в качестве признака приближавшегося падения английского абсолютизма. Иллюминация столицы по случаю победы, одержанной шотландцами, была по существу демонстрацией против режима Карла I и его ближайших советников и помощников.

Военные неудачи и недостаток денежных средств вынудили Карла I созвать парламент — Короткий парламент (13 апреля – 5 мая 1640 г.). Уже в этом парламенте произошли события, свидетельствовавшие о напряженности внутреннего положения в стране, усугубленного военными поражениями.

Открывая Короткий парламент, Карл I взывает к «национальным чувствам» англичан, понося «мятеж» и «измену» шотландцев. Канцлер Финч оглашает в парламенте переписку шотландцев с королем Франции, что, однако, не произвело ожидавшегося эффекта. Вожди оппозиции указали канцлеру, что наибольшая опасность заключается не в сношениях шотландцев с Францией, а в угрозе английской свободе и вольностям парламента со стороны короля и его советников. Пим, вновь избранный в парламент 1640 г., обрушивается в своей речи на злоупотребления королевской власти. Пим требует реформ и напоминает о политической супрематии парламента. Правительство обещает реформы, но настаивает на предварительном вотировании субсидий для продолжения войны с Шотландией, прерванной компромиссным Бервикским миром, отменившим епископат